Рапунцель в волчьей стае - Любовь Сергеевна Черникова

— Хольмганг!

Глава 52

— Хольмганг? — повторила я незнакомое слово. — Что это такое?

— Поединок чести у викингов, если я не ошибаюсь… — ответила мама. — Ну и, видимо, у оборотней тоже.

— Яр будет драться с Бергманом?

— Да! — ответил вместо мамы Виктор, распахнув дверь без стука. — Скорее, вам нужно уходить!

— Куда? Зачем? — воскликнули мы с мамой наперебой.

— Наш альфа коварен, он постарается не оставить выбора своему противнику, — сказал оборотень.

— Уверен на сто процентов, что он планирует какую-то подлянку, — поддержал его брат.

— Одним словом, даже если Бергман проиграет, он сделает так, что твоему Яру забирать будет некого! — сообразила мама.

За спинами бугаев возникла Инга.

— Мальчики, нужно спрятать Илону и Веру от альфы! — заявила она.

Мы с мамой переглянулись. Похоже, в стае Бергмана назрел самый настоящий бунт.

— Есть идеи? — уточнил Виктор.

— Рома? — Инга вопросительно уставилась на второго брата.

— За территорию их выводить нельзя, — сказал оборотень. — Альфа скажет, что все это затеяли только ради того, чтобы его обмануть, и отменит поединок. Или что-нибудь еще придумает. Он хитрый.

— Нельзя, чтобы это случилось! — всполошилась Инга, глаза которой горели лихорадочными огнями.

— Вы что, правда хотите, чтобы Ярослав дрался с моим отцом?!

Оборотни переглянулись.

— Ну да. — Кивнул Виктор.

— Понимаешь, Вера, это для нас шанс… — мягко начала Инга.

— Шанс избавиться от этого ублюдка, — закончил за нее Виктор.

Я сделала шаг назад и замотала головой.

— Нет! А если он убьет Яра? — Я посмотрела с осуждением на Ингу. — Ты же сама рассказывала, на что он способен!

— Не переживайте, юная госпожа, наш альфа не посмеет ничего предпринять. Ярослав Сибирский прибыл с Советом неспроста.

— Кстати, вы тоже это почувствовали? — вдруг сказала Инга.

— Что именно? — нахмурился Роман.

— Сибирский — альфа! И его власть вожака… Она… Она превосходит все, что мне доводилось ощущать раньше!

— Что? — хором воскликнули оба брата.

— Откуда ты знаешь? — уточнил Виктор.

— Я была на улице. Стояла совсем близко. И я… Я заглянула ему прямо в глаза. Я поддержу его первой, если он захочет забрать нашу стаю.

— Кхм! Прошу прощения, но кажется, нам нужно торопиться, — напомнила мама. — Вера?

— Мам, я… Мне страшно! Страшно за Яра.

У меня даже голова закружилась, а сердце испуганно забилось.

— Тогда тем более вам нужно хорошенько спрятаться до начала Хольмганга. А когда поединок начнется, мы вас приведем. Вы обязательно должны присутствовать, — пояснил Роман.

— У меня идея! — воскликнула волчица. — Спрячем вас в холодильнике! Там альфе не придет в голову искать. Он не успеет ничего с вами сделать, времени до начала осталось совсем немного!

— Инга, ты гений! — воскликнул Виктор и прислушался. — Скорее!

Он подхватил на руки нас обеих и бросился прочь из комнаты.

— Я принесу одежду!

Инга унеслась в мою комнату.

— А я запутаю следы! — сказал Роман.

На кухню мы мы отправились не обычным путем. Тем более, что из холла уже доносились голоса. Особенно отчетливо звучал голос отца, отдающего распоряжения.

Виктор стремглав метнулся в конец коридора, умудряясь двигаться бесшумно. Взлетел по боковой лестнице на третий этаж, где мы до этого никогда не были. Отворив третью по счету дверь, он занес нас в комнату, которая выглядела заброшенной, и направился прямиком на балкон.

— Только не кричите, ладно, — попросил он.

— Ты же не собираешься…

Договорить я не успела. Оборотень просто взял и перепрыгнул через борт на землю.

Внутри меня все куда-то ухнуло, как будто на американских горках в Гонконге. Только держали меня не надежные ремни, а сильные руки оборотня. Он крякнул, присел, но нас не уронил. А мы с перепугу вцепились в его голову.

— Ты чего творишь! — Возмущенная мама первой несколько раз шлепнула Виктора по могучему плечу.

Глаза ее влажно блестели от испуга, но еще в них отражалась толика восторга.

— Испугалась? — шепнул оборотень и улыбнулся.

— Еще бы! Я не в том возрасте для таких приключений!

— Зря вы так думаете, Илона. Зря…

Отвечая, оборотень быстро перемещался, внимательно вглядываясь в тени. Оказавшись рядом с какой-то дверью, он остановился и принюхался. А затем пару раз тихонько пнул створку. Она тут же распахнулась, и наружу выглянула Инга.

— Входите!

Мы оказались в темном коридоре, но звериное зрение позволяло оборотням легко ориентироваться. Мы пересекли просторную, набитую разной утварью кухню, которая напоминала ресторанную.

— Сюда! — Инга отворила массивную железную дверь, и я ощутила холод.

Одновременно включилась мертвенно бледная подсветка, осветив висящие части мясных туш.

— Боже правый! — выдохнула мама.

А Виктор поставил ее на пол и хотел уже пойти прочь, но мама вцепилась в его руку.

— Спасибо! Спасибо, что помогаешь! — второй рукой она инстинктивно накрыла заклеенную пластырем метку.

Оборотень кивнул, и направился было к выходу, но вдруг вернулся и заключив мамино лицо в ладони, заявил.

— Если Сибирский его не добьет, это сделаю я!

Он наклонился и запечатлел на ее губах короткий поцелуй, после чего покинул кухню.

— Ты очень сильная вила, — заметила Инга, проводив его взглядом.

— Почему?

— Виктор стал сильнее, хотя пробыл рядом с тобой совсем недолго.

— Не может этого быть! — возразила я. — Я постриглась и покрасилась. Отец сказал, что я бесполезна. Мой дар больше не действует.

Инга пожала плечами.

— Откуда мне знать, как это работает? Одевайтесь.

Она сунула нам в руки наши теплые вещи, в том числе и сапоги. Очень вовремя! Я уже начала стучать зубами. Одеваться в холодильнике было неудобно, но едва я попыталась выйти, чтобы сесть на стул и обуться, как Инга меня остановила.

— Не выходите! На кухне не должно остаться ваших следов.

— Логично, — согласилась с ней я.

Мы с мамой принялись торопливо одеваться прямо в холодильнике. Чувство, что время поджимает, не оставляло. Мне показалось,