Мои калифорнийские ночи - Анна Джолос

Дженнифер

Я готова вывалиться прямо в окно. Моргаю так, будто у меня случился нервный тик и думаю о том, что мне, вероятно, всё это послышалось. Рид поднимает руку, на секунду сверкая циферблатом часов, и дотрагивается до моего лица. Я чувствую, как учащается пульс, и мгновенно вспыхивает кожа под его пальцами. Ладонь скользит от подбородка к шее, забирается в мои волосы, и я порывисто выдыхаю, ощущая властное прикосновение.

— Не связывайся с ним, Смит, — наклоняется ещё ниже ко мне, и его горячее дыхание опаляет губы.

Молчу, не в силах пошевелиться. Он вдруг склоняет голову чуть влево и ведёт носом по моей щеке к виску. Шумно и откровенно вдыхает запах моих волос, разгоняя по телу толпу взбесившихся мурашек. Клянусь, никогда и ни на кого моё тело не реагировало подобным образом. Оно совершенно меня не слушается.

— Ты вся взмокла, Дженнифер, — задевая губами ухо, шепчет он, в то время как рука скользит по лопаткам вниз.

У меня под волосами действительно мокрая шея и спина. От волнения и нервного напряжения. Так всегда происходит, когда мы остаёмся наедине.

Убейте меня. Зажмуриваюсь, наслаждаясь каждым едва заметным касанием его губ. В один миг все чувства обостряются, и моя вселенная сужается до размеров этой комнаты. То, что происходит кажется таким нереальным… Но это мы, и я бесконечно долго умираю в предвкушении.

— Ты пьян, — только и могу вымолвить дрогнувшим голосом. Весь мой боевой настрой на серьёзный разговор куда-то пропал…

— Да. Ты пахнешь так, что у меня крышу сносит, — вдруг признаётся он, притягивая к себе.

Внутри что-то обрывается. Он медленно водит губами, касаясь разгорячённой кожи. По ощущениям у меня поднимается температура. Я вся горю. Кровь кипит, растекаясь по венам горячей лавой. Моё дыхание предательски сбивается, когда он прижимает меня к своему частично оголённому торсу.

— Так тебе нравится Ричи? — спрашивает, легонько прикусывая нежную кожу шеи.

— Дааа, — еле слышно отвечаю я, и похоже это скорее на призыв к продолжению…

Рид тихо и хрипло смеётся. Отодвигается от меня и серьёзно смотрит, прищуриваясь. Я опускаю ресницы и всё же делаю это: протягиваю ладонь и веду пальцами, касаясь вздутой вены на его руке. Ощущаю, как он напрягается. Решаюсь посмотреть в его серебристые глаза: прожигающие, как всегда, насквозь. Сегодня в них столько дикого блеска и ничем не прикрытого огня, что становится по-настоящему страшно. Он такой порочный! Я всегда это чувствовала. Черти пляшут, затягивая меня так глубоко, что точно не выбраться.

— Я вот что думаю, Смит, — приближаясь к моим губам, произносит он, пока я активно торможу, пребывая в шоке от того, что происходит, — может пошло оно всё к чёрту, а?

Голова идёт кругом, воздуха становится катастрофически мало, и мне всё тяжелее вдыхать его. Словно кислород враз стал тягучей консистенцией. Ладони вспотели, сердце оглушительно стучит где-то в области горла. Я сглатываю, когда его чуть шершавые пальцы сперва касаются моей нижней губы, а затем грубо скользят вдоль верхней. Он наблюдает за тем, что делает и судорожно выдыхает, когда я едва касаясь языком, прикусываю подушечку пальца зубами.

Творится какая-то чертовщина, его ладонь гладит меня по щеке, и я, прикрыв глаза, прижимаюсь к ней, ласкаясь как кошка. Мы оба замираем, на секунду выпадая из реальности. Успеваю подумать о том, насколько он красив, прежде, чем его губы замирают в непозволительной близости от моих. Чувствую покалывание сотен иголочек и нарастающее искрящее электричество между нами. Так и стоим, до тех пор пока не становится физически больно…

Я так сильно хочу попробовать его на вкус, что в какой-то момент бесстыдно сдаюсь и сама подаюсь вперёд. Слишком любопытно, интригующе. Опасно, но так безумно волнительно…

И как несчастный мотылёк я лечу на свет, рискуя погибнуть. Самое странное, что мне плевать на то, как это выглядит. Понимаю, что невыносимо долго ждала этого момента и сейчас ни за что не готова его упустить…

Губы Рида накрывают мои, безжалостно стирая все те поцелуи, что случались до него… Целует: жарко, неистово. Так, что подгибаются коленки. Сладкая истома растекается в груди и мозг превращается в густую вату. Этот поцелуй, как наш прыжок с парашютом: невероятный, прекрасный, сумасшедший… И я готова оттолкнуться от бездны и упасть с ним прямо в пропасть. Снова.

Языки переплетаются, я чувствую лёгкий привкус алкоголя и сигарет. Разум задурманен, руки тянутся, чтобы обнять его шею, коснуться затылка. Клянусь, ни о чём не могу думать, совсем не соображаю… Он теснее прижимает меня к подоконнику, опуская одну руку на талию, а вторую ниже. Вдруг осознаю, что до сегодняшнего дня вообще не имела понятия о том, что такое влечение к другому человеку. Болезненное, всепоглощающее и острое. Разрывающее на кусочки. Я лихорадочно касаюсь пальцами его груди, ощущая бешеный стук сердца под напряжёнными мышцами. Рид мучает мои губы, по очереди кусая и лаская. Требовательно, настойчиво, глубоко целует меня, и кажется, что ещё немного, и я потеряю сознание от неведомого чувства, заполняющего каждую клеточку.