Измена. Попаданка и Чудовище - Ясмина Сапфир

— А причем тут это?

— Просто спросила.

Нимайя неожиданно отвела взгляд, словно это ее «просто» совсем не просто. Но пояснений я не услышала.

— Ну еду заказывать вы умеете. Стирку и чистку посуды освоили. Теперь перемещения. Вы уже сами немного научились. Брат убедился… Когда вы заявились к нему в разгар совещания…

Она как-то странно усмехнулась. Я даже не поняла — досадует или же радуется.

— Вообще-то не научилась. Меня чуть не выбросило назад.

— Дело не в вас. Быстрые коридоры внутри замка, или порталы, как вы выражаетесь, настроены на определенные параметры существ. Чужака не пропустят. Брат и его помощники вчера все исправили. Теперь вы можете пользоваться быстрыми коридорами как пожелаете. Кстати, некоторые ведут в сад. Некоторые — в горы. Там везде прекрасные места для прогулок, даже есть очень живописное озеро. И вода теплая. Можете купаться.

— Но сбежать с вашей территории у нас не получится.

— Нет, — спокойно ответила Нимайя. — Для этого есть особенные быстрые коридоры, невидимые для вас. На них наложены специальные пространственные маскировки. Вроде тонких пластов материи.

— А если мы, как индиго, научимся их сдвигать? Мало ли, какими мы обладаем способностями!

— Быстрые коридоры вас все равно не пропустят.

— Я так понимаю — их ваш брат и его помощники не перенастраивали.

— Правильно понимаете.

— Хорошо. Спасибо за пояснения.

Наши отношения с Нимайей оставались натянутыми. Она пыталась проявлять дружелюбие, гостеприимство, я же часто «лезла в бутылку». Дико раздражало то, с каким восторженным придыханием риррка отзывалась о брате, фактически — моем похитителе и тот факт, что ни меня, ни Матвея отпускать не планировали.

После экскурсий первого дня мы начали задавать Нимайе уже более «интимные» вопросы.

Через трое суток, я дошла и до рирров.

— Получается, для ваших мужчин — постель — это лишь для питания и потомства? Так?

— Да. Они возбуждаются, как бы это сказать — эм… по необходимости. Управляют процессом. Не так как люди.

— Мда… Значит, чувств, любви у вас совсем нет?

— Ну почему же? Женщины всегда любят своих мужчин, хотя бы за то, что они питают нас живительной энергией. Рирры любят. Просто не все и не всегда. Мы живем очень долго, почти бесконечно… ну если, конечно, не разлагаемся… Кхм… Но рано или поздно почти каждого рирра это настигает.

— Что настигает?

— У вас это называется синдром истинной пары. И тут уже рирр не контролирует ни реакции своего тела: желание и возбуждение, ни эмоции.

— И женщина только одна? Нет другой? Не может быть, в принципе?

— Да. Она — единственная. И больше никакой быть не может.

— А если отвергла?

— Живет дальше. Какие еще варианты?

Этот разговор почему-то запал мне в душу. Я часто возвращалась к нему в своих мыслях, пока мы с сыном гуляли по парку или рылись в здешнем аналоге интернета. Только не когда стремились освоить способности индиго.

Проблема заключалась в том, что мы совершенно не понимали — как и что правильно делать. Надо ли медитировать, настраиваться как-то еще. Щуриться, как ведьмы из фильмов, размахивать руками, как чародеи, произносить заклинания. Что требуется, дабы индиго в нас окончательно пробудились, и мы получили все их возможности.

Так что… результаты пока не особенно радовали.

На четвертый день мы решили попутешествовать по местам, которые так настойчиво рекламировала Нимайя. Саду и озеру.

В словах риррки было рациональное зерно. Уж если мы не в силах ничего изменить — Ранвил четко это мне объяснил — смысл переживать, нервничать и страдать? Только себе делать хуже. Надо наслаждаться тем, что тут хорошо.

Всяко лучше, чем рефлексировать.

Места тут оказались, действительно, волшебные. Я никогда в жизни ничего подобного не видела. Хотя вдоволь попутешествовала и внутри России, и за границей.

Воздух казался чистейшим и дышалось просто чудесно.

Наверное поэтому, несмотря на пленение и мое раздражение по этому поводу, спала я в замке Ранвила лучше, чем когда-либо…

Сад выглядел одновременно диким и ухоженным. Пышные, не подстриженные деревья самых разных размеров и форм потрясали величественностью и экзотичностью. Самыми удивительными представлялись гиганты, похожие на секвойи с длинными узкими листьями, которые на конце дробились на трое. Еще мы долго рассматривали деревья с желто-красными листьями, словно уже осень. Хотя в крае Ранвила господствовало лето. Лазурное небо было таким чистым, что выражение «синь сосет глаза» впервые стало для меня не просто литературным реверансом.

Здесь пахло сладким нектаром, молодой листвой и почему-то желтыми одуванчиками…

Мы с Матюшей долго гуляли по дорожкам, усыпанным оранжевым гравием. Камушек к камушку, словно их сутками перебирали…

В вышине пели птицы, а в травке шуршали зверьки. Я даже одного засекла. Он напоминал земную белочку, только был ярко-красного цвета и имел две темные полоски посередине туловища. Судя по всему, как и белочки, прятал орешки на зиму.

Мы побродили и отправились к озеру…

А та-ам… Там мы остались надолго. Хорошо, хоть догадались купальники захватить.

Озеро находилось как бы внутри каменной чаши, окаймленное короной гор: местами нежно розовых, местами даже лиловых. На солнце они бликовали и переливались.

Влага в водоеме оказалась чистейшей. Голубой-голубой, спорила с небом в ясности и яркости цвета.

Пестрые рыбки сновали туда-сюда.

Я зашла в небольшой естественный грот и переоделась в купальник. Купальники нам тоже здесь выделили. Я выбрала спортивный, из тонкой, очень хорошо поддерживающей ткани, но при этом абсолютно невесомый. Я чувствовала себя в нем как обнаженная. Ничего не мешало, нигде не сдавливало. Красота! Просто чудо! И выглядело неплохо — я заранее примеряла все перед зеркалом. Мне всегда шли синие и фиолетовые оттенки. Поэтому я выбрала из пестрых вариантов именно голубой.

Матюша уже вовсю плавал и нырял. Я застыла на берегу озера и почему-то, вдруг нахлынула ностальгия…

Мы с мужем, в Дагестане…

Теплое море, ясное солнце, чистейший пляж и… Матвей, который только-только учится плавать без нарукавников.

То жалуется, то ноет, а то вдруг забывает обо всем и отдается на волю волн. И… плывет… плывет… плывет…

— Ма-ам! Иди ко мне! Вода обалденная!

Я осторожно попробовала ее ногой. Да-а-а! Теплая, как в ванне. Какая-то мягкая, словно кашемировый плед. Непривычно приятная к телу водица.

Я осторожно спустилась по каменным ступенькам возле берега, будто нарочно сделанным для таких как я — опасливых купальщиков, которые ни за что прыгать не станут.

Окунулась.

Ммм… На какое-то время все забылось.

Плен. Ранвил и его странные на меня планы. Нимайя… с ее вечными намеками и разговорами о брате. Какой он замечательный и