Служить и защищаться - Хелена Руэлли

— Потому что я хотела поставить наместницей тебя. А ты о ком говоришь?

— Я… это… Ну, о том же.

Элина больше не стала сдерживаться и рассмеялась в голос. Фаирн вначале глянула на неё с обидой, потом заулыбалась, а после и вовсе присоединилась к смеху. Усмехнулся даже раб в углу.

— Как мне объявить тебя наместницей? — спросила Элина, отсмеявшись. — Заключим договор на бумаге? Или мне следует появиться в ваших катакомбах, всех собрать и объявить обо всём лично?

— И то, и другое. Давай вначале договор, а потом, как с префектом договоришься, обо всём сама и объявишь.

Эллина вновь усмехнулась. Настоящая политика получается: достигни дипломатического успеха, а после объяви об этом своему народу.

— Фаирн, когда я приду говорить со всеми, я буду настоятельно рекомендовать принять подданство Атрейи.

Воодушевление дроу поугасло:

— Подчиниться человеческому королю? Никто этого не захочет. Что хорошего это сулит нам?

— А ты считаешь, что Гвенедд, посланница клана Подземных Пещер, появилась здесь просто так? Её отец ведёт непрестанные войны с соседями за территории. Ваш клан — лёгкая добыча. Если вдруг отец Гвенедд пришлёт полсотни воинов, вы сможете отбиться?

Фаирн в волнении закусила губу:

А если он никого не пришлет? Наши территории не граничат с его…

— Да, не граничат, но, может, ему нужны рабы. Вы отобьётесь? Молчишь? А если клан перейдёт под руку короля Витерия, король будет обязан вас защитить. Любой из вас сможет обратиться в суд, если его обидят, или найти работу в городе…

— Зачем нам ваш суд? У нас свои законы!

— И как решаются споры?

— Ну, матрона обычно решает, — стушевалась Фаирн. — Или в честной схватке.

— Ага, и матрона наподобие Инафай честного решения не вынесет никогда. А после схватки будут или трупы, или калеки. У нас в клане наблюдается избыток населения?

Фаирн согласилась с доводами Элины, хоть и с неохотой. Что ж, многие гномы были подданными Атрейи. Это не мешало им жить по своим обычаям, вести дела и поддерживать отношения с роднёй из вольных гномов. Были, конечно, и плохие примеры. Инкубы почти полностью ассимилировались с людьми, тролли тоже, но люди их не слишком-то жаловали…

— Сама понимаешь, дроу это не грозит, — усмехнулась Элина. — Вы-то с людьми уж точно не смешаетесь.

— Так подпишем договор, матрона? А в знак признательности я дарю тебе своего раба!

Элина оторопела:

— Слушай, раба не надо. Ну, зачем он мне? У меня даже личной служанки нет, и ничего, обхожусь.

— Вот видишь! Даже служанки нет! Тогда такой раб тебе особенно нужен! Вот, глянь договор. Кстати, его Келе составлял. Он умён и образован, помимо всего прочего.

— Келе? — переспросила Элина, не сообразив, о ком идёт речь.

— Да, так его зовут, — Фаирн мотнула головой в сторону раба.

Элина уже разворачивала плотный желтоватый лист и читала текст. Надо же, эти ребята неплохо подготовились!

— Ну как? — Фаирн пыжилась от гордости. — Хорошо составил?

Элине этот договор напомнил генеральную доверенность из её прошлой жизни. Молодец этот Келе, ничего не скажешь. Может, такой раб ей и вправду нужен? В договор оставалось только вписать имена и поставить подписи, что Элина с Фаирн и сделали.

— А второй экземпляр где? — спохватилась Элина, когда Фаирн упрятала договор за пазуху.

— Да зачем тебе? — искренне изумилась наместница-дроу.

— Чтобы ничего не забыть и не перепутать, — тонко улыбнулась Элина. — Если у тебя Келе такой грамотный, он в нашем присутствии перепишет, а мы заверим.

У гномов-хозяев раздобыли чернила, бумагу и стилос. Фаирн грубо схватила раба за ошейник и дёрнула, но Элина окриком остановила её:

— Ну-ка, лапы прочь от моего имущества! Он же теперь мой, так?

Фаирн с почтительным поклоном отошла в сторону. Элина осторожно расстегнула жёсткий ошейник. Кожа у раба была такая же горячая, как у Рэйшена, и ошейник оставил на ней бледный след.

Пока Келе переписывал договор, Элина заметила, что он старается держаться неестественно прямо, как будто прикосновение рубашки к спине причиняет ему боль. "Надо будет проверить, не располосовала ли Фаирн ему спину", — решила Элина. Видимо, в клане Эльгиниррок любили развлечения с плёткой.

— Готово, — Келе протянул Элине лист, исписанный ровным округлым почерком.

Голос у раба был мягкий, вежливый. Элина глянула в ореховые глаза Келе — тот снова отвёл взгляд.

Фаирн, весёлая и довольная, распрощалась со своей матроной и поспешила вернуться к соплеменникам, чтобы "порадовать" их вестью о своём возвышении. Келе с непонятным отчаянием поглядел вслед прежней хозяйке. Элина удивилась. Неужто он так был к ней привязан?

Глава 12

— Скажи, Келе — это твоё настоящее имя?

Раб наконец решился поглядеть в лицо Элине.

— Моё имя — Келеах, — учтиво ответил он. — Но обычно меня называют Келе. Для краткости.

Элина немного помолчала, чувствуя себя неловко, но потом собралась с духом:

— Келе! Сними рубашку!

— Уже? — с непонятной растерянностью переспросил раб, но тут же спохватился. — Да, хозяйка, как прикажешь.

Он принялся стягивать рубаху, и Элина убедилась в своей правоте: плечи и спина Келеаха были располосованы точно так же, как у Рэйшена.

— Штаны тоже снимать? — уточнил раб, комкая рубаху в руках.

— Что-о? — изумилась Элина. — Зачем это? Не знаю, что ты себе надумал, но я просто хотела обработать твои раны. Да, я знаю, что на дроу всё быстро заживает, но это не означает, что вас не надо лечить.

Прикосновения новой хозяйки были осторожными и бережными, она старалась не причинить боль (уж в этом-то Келеах разбирался!). Когда Элина добралась до лица, Келе прикрыл глаза: прохладные пальцы касались его кожи так нежно и чувственно, что он уже был не против дальнейшей службы у новой хозяйки…

— Всё, можешь одеваться, — бодро проговорила Элина.

— Уже?

— Да что ты заладил: "уже" да "уже"? Ночью здесь не так уж тепло, чтоб с голым пузом бегать! Мы с тобой сейчас попросим у хозяев тюфяк, одеяло и подушку, не идти же к ним раздетым!

— А зачем тюфяк и… остальное?

— Как зачем? Тебе же надо где-то спать? Устроим тебе постель вот тут, на этой широкой лавке у стены…

Келе был слегка ошарашен таким подходом. Он ожидал чего-то другого от этой службы. Новая хозяйка не отставала от него:

— Кстати, за что Фаирн взъелась на тебя?

Келе молча вздохнул. Элине подумалось, что Фаирн взбесила его заторможенность, но Келе наконец решился ответить:

— Я… Я не хотел, чтобы она отдавала меня тебе. Отказывался идти… Ну, и получил.

— А почему отказывался?

— О людях говорят много плохого…

— И в основном не ошибаются, — криво