Ночи Калабрии - Вероника Франко

Марина была единственным парикмахером в нашем маленьком городке, которому удавалось договориться с моими волосами.

– Никак не могу. Лето в разгаре. Горячая пора.

– Очень тебя прошу! Я на любое время согласна.

– Да я с утра до вечера пашу. Как проклятая. Извини, но, правда, вот никак.

– Я заплачу по двойному тарифу, –  в ход пошёл последний аргумент.

Марина задумалась.

– Ладно. Завтра в семь утра.

– Спасибо! Спасибо! Спасибо! Ты – лучшая!

***

Из электрички на перрон московского вокзала вышла девушка с идеально уложенными волосами светло-медового оттенка с серебристыми бликами. Тонкие пальчики с аккуратным нюдовым маникюром держали бордовую сумку известного итальянского бренда. На красотке были брюки жемчужного цвета и шёлковая белая блузка. На ногах – мокасины из тонкой замши  в тон сумки.

Смотрю на своё отражение в окнах вагона поезда и поверить не могу, что эта девушка и есть я. Поймав на себе несколько восхищенных мужских взглядов, гордо поднимаю голову и улыбаюсь.

Выйдя на привокзальную площадь, ищу глазами машину с указанными в сообщении номерами. Чёрный седан класса люкс с затемнёнными окнами стоит на самом видном месте. Интересно, как это шофёру разрешили здесь припарковаться? Сразу вспоминаю, к кому еду на встречу. Вопрос отпадает сам собой.

За рулём сидит водитель. Больше в салоне никого нет. М-да, итальянец мог бы и сам приехать – встретить. Хотя о чём это я?

Меня отвозят в центр Москвы к какому-то административному зданию. Ничего себе! Вот это уровень! Неужели у них нет своих переводчиков? Не успеваю прочитать табличку, чтобы узнать, что это конкретно за управление. Ко мне подходит охранник и приглашает внутрь.

Прохладный просторный холл освещают громадные тяжёлые люстры советского периода. Красные ковровые дорожки устилают мраморный пол. На пропуском пункте у меня спрашивают паспорт. После чего выдают пропуск, закреплённый  на длинной ленте, которую надлежит повесить на шею.

– Второй этаж, третий кабинет направо, – произносит мужчина.

Я поднимаюсь по широкой лестнице. На втором этаже также стоит охранник. Он кидает беглый взгляд на мой пропуск и одобрительно кивает головой.

Чувствуя, как холодеют ладони, стучу в массивную дверь. Она тут же открывается. На пороге стоит итальянец, который встречал нас в миланском аэропорту в мае. Кажется, его зовут Карло.

– Добрый день, – здороваюсь я.

– Добрый. Проходите, – мужчина делает шаг в сторону, уступая дорогу.

Сердце пропускает удар, а потом начинает бешено колотиться, едва я вижу знакомые широкие плечи. Ягуар стоит спиной к двери и смотрит в окно. Тонкая белая рубашка обтягивает его торс, подчёркивая каждый мускул.

– Привет, Лия, – оборачивается синьор Спада.

Он ещё красивее, чем я его запомнила. Наши взгляды встречаются. У меня кружится голова от чёрного омута итальянских глаз.

– Добрый день, Дарио!

Лёгкая тень улыбки скользит по его лицу. Понимаю, что он рад меня видеть.

– Присаживайся. Кофе хочешь? – спрашивает мужчина настолько непринуждённо, будто бы мы расстались только вчера.

– Нет. Спасибо.

Ещё не хватало пролить кофе на белую блузку. А в том, что так и будет, не сомневаюсь. Мои руки трясутся, как у человека, страдающего болезнью Паркинсона.

– Воды? – предлагает Ягуар, замечая, что я нервничаю.

– Можно.

Один из телохранителей тут же ставит передо мной стакан и закрытую бутылку минералки.

– Как поживаешь? – интересуется синьор Спада.

– Хорошо, спасибо. А ты? Вы? – быстро исправляюсь.

Глядя, как я мучаю пробку, в попытках открыть воду, Дарио берёт у меня бутылку из рук и быстро наливает минералку в стакан. Смотрю на пузырьки газировки, как если бы видела их первый раз в жизни.

Воцаряется молчание.

– Господа, могу я попросить вас выйти на пять минут?

Люди Дарио тут же выполняют просьбу.

– Лия, у нас до встречи тридцать минут. Поэтому успокойся, перестань трястись и дыши.

Ничего не могу с собой поделать. От нервного напряжения, зубы стучат, а колени подпрыгивают.

– Почему ты позвал меня переводить? – задаю вопрос, который больше всего интересует в данную минуту.  – Здесь, наверняка, есть свои переводчики.

– Разумеется. Но они со стороны русских. А я хочу, чтобы мне переводил свой человек.

– Ты им не доверяешь? – задаю идиотский вопрос, заранее зная на него ответ.

– Я никому не доверяю. Просто с тобой я хотя бы знаком лично.

– И в случае чего сможешь прибить, – у меня вырывается нервный смешок.

Итальянец прикрывает глаза и качает головой. Наверное, он уже пожалел, что связался со мной.

– Сейчас я позову Карло. Мы введём тебя в курс дела. Пожалуйста, соберись.

Глава 11

Переговоры проходят в огромном зале, занимающем чуть ли не целый этаж. Я такие только в советских фильмах видела. Высокие потолки с лепниной по периметру и помпезной хрустальной люстрой в центре.  Огромные окна с синевато-зелёными портьерами. Тяжёлая мебель из тёмного дуба. Стулья с подлокотниками обиты золотистой парчой.

С русской стороны присутствуют мужчины, одетые в дорогие строгие костюмы. Пара лиц кажется мне знакомой. Думаю, этих людей я видела по телевизору. Разговор в основном ведёт Карло. Дарио же вступает в беседу всего несколько раз. Потенциальные партнёры обсуждают поставки итальянского мрамора в огромных количествах на строительные объекты столицы. От нулей в денежных суммах, указанных в документах, у меня лезут глаза на лоб.

Как только начинаются переговоры, я, странным образом, прихожу в себя, словно внутри переключается какой-то тумблер, отвечающий за спокойствие. Становится абсолютно всё равно, что в комнате сидит итальянский мафиози, предмет моих эротических грёз. Я превращаюсь в машину для перевода. Через три часа с перерывом на пятнадцать минут стороны подписывают предварительное соглашение, и мы выходим из здания.

– Хорошая работа, Лия. Я в тебе не ошибся, – произносит Дарио, надевая солнечные очки.

– Спасибо. Какая программа дальше?

– Поедем в отель. Отдохнём. Вечером нас ждут на ужин. Уже другие люди.

А, вот, началось. Мрамор – всего лишь прикрытие. Настоящие дела Ягуар решает по ночам.

– А ты был уже в Москве раньше?

– Нет.

– Тогда тебе обязательно нужно посетить Красную Площадь и Александровский сад.

– Необязательно.

Окрылённая тем, что моя работа понравилась итальянцу,  возражаю:

– Да это всего в двух шагах отсюда. Пойдём!

Дарио молчит. Делает жест в сторону своих охранников. Из пяти человек к нам подходят двое.

– Показывай дорогу, – сухо говорит Ягуар.

Главные достопримечательности российской столицы нравятся большому мафиозному боссу. Ну, или, по крайней мере, мне так кажется. Дарио вообще никогда не выражал свои эмоции и впечатления вслух. Сколько его помню, он всегда отличался сдержанностью, спокойствием, граничащим с безразличием, как если бы Ягуар не был южным