Научи любить. После развода - Марика Крамор

Даже если завтра пожалею об этом.

Глава 10

ЛАЙМА

Сознание возвращается медленно, словно поднимается со дна глубокого спокойного моря. Первое, что ощущаю, — это тяжелая теплая рука на талии, надежно прижимающая к себе. Второе — ровное глубокое дыхание у самой шеи. Коже тепло.

Это приятное ощущение заставляет меня сонно улыбнуться, а еще солнечные лучики так ласково щекочут веки. Приоткрываю глаза. Свет заливает спальню, в глаза бросается кусочек тумбочки, которой у меня никогда не было.

Мое сердце внезапно срывается с места и застревает где-то в горле, бешено колотясь.

Глаза распахиваются, пальцы судорожно цепляют простынь.

В памяти всплывает все разом: Антон, такси, конференц-зал, поцелуй Михаила и его горячие прикосновения ночью...

О боже!

Ни подняться, ни отодвинуться у меня не выходит. Для начала приходится снять с себя мужскую ручищу! Действую крайне осторожно, чтобы не разбудить Михаила. Я очень надеюсь, что он не проснется как можно дольше!

Так! Справилась!

Плавно отодвигаюсь, прикрываясь одеялом до подбородка, и чувствую, как по щекам разливается предательский густой румянец. Вот это я попала. Вот это я сошла с ума в новогоднюю ночь! Не верю! Я просто не верю, что вот так легко поддалась дурацким эмоциям!!! Это же недопустимо!

— Доброе утро, — летит в меня с заразительным зевком.

Дергаюсь от неожиданности и сразу застываю, как дура, продолжая натягивать одеяло до подбородка.

Можно я прямо сейчас провалюсь сквозь землю?

От спокойного мужского тона смущение накрывает с головой. Я не знаю, что сказать Михаилу! «Привет, мы тут с тобой вчера немного сошли с ума. Надеюсь, ты понимаешь, что это была ошибка и нам лучше сделать вид, будто вообще ничего и не произошло?»

Да, Лайма, очень вовремя одумалась!

— Доброе... — выдавливаю из себя то ли вопросительно, то ли с сожалением. Мысленно бью себя по лбу. Медленно оборачиваюсь и тону в темных, еще сонных глазах. На мужских губах появляется убийственная, чуть ленивая улыбка.

Он тянется ко мне, а я инстинктивно пытаюсь отодвинуться, пячусь назад, если так можно выразиться.

Одеяло уже не спасает от жгучего пронзительного взгляда.

Я пробую встать, ощупывая взглядом горизонтальные поверхности. Где же то, что осталось вчера от моего платья?

Михаил наблюдает за мной молча, в его взгляде читается легкая насмешка.

— Говорят, как Новый год встретишь, так его и проведешь, — раздается пафосный голос, но все такой же бархатный, с нежной хрипотцой. — Мне лично понравилось. Год обещает быть шикарным.

Он ловит меня за запястье и притягивает к себе, а у меня от его слов дыхание перехватывает окончательно. Кажется, я сейчас просто задохнусь от стыда и этой дурацкой комковатой неловкости в груди!

Михаил прижимает меня к себе, между обнаженными телами все еще остается тонкий щит — злополучное одеяло. Широкие ладони ласкают спину, а я совсем запуталась в ощущениях и не понимаю, что именно сейчас чувствую, но уж точно повторять не намерена!

— У тебя телефон звонил, — вру я, упираясь в его грудь ладонью. Разгоряченная кожа обжигает, и я отдергиваю руку.

— Так я свой вроде на беззвучку ставил… — он улыбается мне в губы, кажется, разгадав мою хитрость.

— Значит, мой! — не отступаю я.

— Ты свой тоже ставила на беззвучку. Если только ты ночью вероломно не оставила меня здесь одного, совсем беспомощного, и не отправилась на поиски своего телефона.

Лукавые искорки его глаз дают понять, что мужчина шутит. Губы Михаила прилипают к моей шее, и я отчетливо чувствую его возбуждение. Я же здравомыслящая женщина, вот как, спрашивается?! КАК?! Я могла оказаться в подобной ситуации?

— Миш, — неосознанно провожу ладонями по его лицу, ощущая колкость щетины. Стараюсь незаметно отодвинуться. — Ты вот… погоди… не торопись. Миша!

— М?

Он отстраняется и ласкает меня томным взглядом, пытаясь скрыть расползающуюся улыбку.

— Мне правда нужен телефон. И умыться. Да и вообще…

— Я понял.

Он еще разок обгладывает жадным взглядом мою завернутую в одеяло фигуру и поднимается с постели. Я чувствую облегчение.

— Держи.

Мужчина, не меняя выражения лица, тянется к тумбочке со своей стороны кровати и хватает корпус моего мобильного. Движение плавное, мышцы спины и плеча играют под кожей. Он не худой — крепкий, сильный. Очевидно, следит за собой. Вчера это казалось притягательным. Сейчас — немного неуместным.

Протягивает мобильный.

— Ты его нашел! Значит, это ты ночью оставлял меня здесь одну. Беззащитную.

— Ходил водички попить, — летит в меня очаровательная ухмылка. И тут же он напускает на себя самый невинный вид, который только можно представить.

Как только принимаю из его рук телефон, экран загорается, ослепляя десятками пропущенных вызовов и сообщений от Антона. В горле пересыхает.

Подумаешь. Мне вообще уже все равно!

— Муж? — проницательно уточняет Михаил, невозмутимо ожидая ответа.

— Муж, — киваю твердо. А про себя добавляю: пока еще муж.

Поднимаюсь, включая звук.

— Не буду мешать, — заявляет хозяин моего спонтанного убежища, касаясь потемневшим взглядом моих коленей. — Кстати, звук там выключен, я проверял. Пары минут хватит, или у вас намечается более серьезный разговор?

Уголки его губ предательски подрагивают. Я странно себя ощущаю. Словно с этим человеком у нас одна тайна на двоих. Хотя… видимо, так оно и есть.

— Как закончишь, приходи завтракать, — предлагает Миша, словно ничего не произошло. Его тон не оставляет пространства для возражений, и в нем нет давления, только забота. — Я вчера оформил доставку ко времени.

Он смотрит прямо, с легким непроницаемым любопытством. А на дне зрачков плещется едва уловимая хитрая искорка.

Соглашаюсь кивком, уже выстраивая в голове план побега.

За спиной Михаила еще не успевает захлопнуться дверь, как телефон в руке начинает вибрировать. На этот раз Кристина. Сердце делает очередной кульбит. Подхожу к окну, прижимая гаджет к уху.

— Привет, — слышится мой неестественно тонкий голос.

Подруга взволнованно уточняет:

— Лайм, мы тебя потеряли…

Да уж. Сегодняшней ночью меня действительно потеряли все.

— Телефон выключила. Не хотела говорить ни с кем.

— А ты где? Антон сказал, что тебя дома нет. Что случилось-то?

Приходится лгать. Голос звучит фальшиво даже в собственных ушах:

— Я... в гостинице. Не хотела с ним сталкиваться. Мне нужен был небольшой перерыв. Поэтому...

На том конце провода повисает говорящая пауза, а дальше...

— Лайм, это из-за Иры, да? — тихо спрашивает Кристина. — Ты вчера так подозрительно сорвалась… А еще так на Иру смотрела, будто хотела ее об стенку головой ударить.

— Догадались все?

— Ну… Не все, конечно. Но я же