С тех пор, как ты вернулась… - Элизабет Харбисон

Лора провела бессонную ночь. Все время она ходила из угла в угол в своей комнате в «Старбак Хауз». Слишком трудно было осознать все произошедшее с ней за день. Она всегда думала, что почувствует громадное облегчение, если узнает, кто она на самом деле. Но этого не случилось. Воспоминания не нахлынули, как это бывает в «мыльных операх». Теперь у нее было еще больше вопросов и еще меньше ответов, чем раньше.

С одной стороны, она узнала правду о себе, о своей прошлой жизни. С другой стороны, может, было бы легче прожить, не зная, кто она на самом деле, что собой представляет и за кого в ответе. Лора считала, что сможет разобраться во всем этом, когда останется одна. Ничего подобного, сейчас она была в еще более растрепанных чувствах, чем раньше. То, что она испытала к Энди в ресторане, только усилилось в его отсутствие. И, наверное, дело было не совсем в нем — это сама жизнь неумолимо надвигалась на нее. Как невидимая сеть, окружавшая ее, она не оставила лазейки. Неожиданно жизнь Мэри Шеппард лопнула, как мыльный пузырь. И осталась жизнь ее, Лоры, во всей своей многообразной сложности.

Раздался телефонный звонок. Лора схватила трубку.

— Алло!

— Привет, Мэри! Это я. — Звонила Нелла Лераби, директриса приюта. — Похоже, я нашла кое-какие ответы на твои вопросы.

— Уже? — Лора невольно посмотрела на часы. Она звонила Нелле всего два с половиной часа назад, как только рассталась с Энди.

— Ну, я воспользовалась своими связями с властями. — Нелла любила это слово — связи. «Властями» был полицейский участок графства Вейн, в котором работало около пятидесяти сотрудников, а «связями» — женщина-клерк, обратившаяся за помощью в их приют 17 лет назад. Хотя, действительно, у всех полицейских были хорошие отношения с Неллой и обитательницами приюта. — Я сказала, что тебе нужно помочь, и они тут же засуетились.

Лора переложила трубку из одной руки в другую.

— И что они выяснили?

— Твой парень не врет.

— Значит?.. — с трудом произнесла Лора, хотя она и сама знала, что это значит.

— Ты, действительно, Лора Беннет. Фотографии, полученные по факсу, подтверждают это. В феврале прошлого года, врачи госпиталя в Личфилде зарегистрировали смерть этой женщины в результате автокатастрофы. Результаты идентификации ничего не дали.

У Лоры сжалось сердце. Она со страхом задала следующий вопрос:

— А что-нибудь о жизни Лоры и Энди Беннет?

— Ничего плохого. — Голос Неллы звучал решительно и победоносно. — Никаких обращений в Службу спасения, никаких слухов о семейных скандалах. Все говорят о том, что он страшно тяжело пережил потерю жены. По крайней мере, он так себя вел, — грубовато добавила Нелла.

Лора тяжело вздохнула.

— Значит, все это правда. Он — мой… Он — мой муж.

— Ну… в общем, да, — согласилась Нелла на другом конце провода. — Но это не причина, чтобы торопить события. Это не значит, что надо бросаться во все это, как головой в омут. Ситуация сложная, непонятная и не очень удобная.

Лора отрицательно покачала головой, хотя Нелла этого и не видела. Во время встречи с Энди никакого неудобства она не испытывала.

— Я должна побыть одна, хотя бы какое-то время, и разобраться в себе. Я не думаю, что Энди может представлять очередную угрозу для меня.

— Интуиция у тебя всегда была хорошо развита, Мэри… вернее, Лора. Но не расслабляйся. До тех пор, пока ты действительно не узнаешь этого человека, не разберешься в нем, надо держать ухо востро.

— Я постараюсь.

— И не забудь о самом главном.

Нелла замолчала.

— О чем? — нерешительно переспросила Лора.

— Теперь ты ответственна не только за себя. — Нелла намеренно сделала паузу. — С сего дня у тебя есть ребенок, о котором ты должна подумать.

С сего дня у тебя есть ребенок, о котором ты должна подумать. За эти долгие месяцы ей ни разу не пришло в голову, что у нее может быть ребенок. И вот теперь она должна учитывать интересы, совершенно незнакомой ей малютки.

Нелла вызвалась приехать в Нантакет для моральной поддержки и очень настаивала на том, что нужно найти хорошего адвоката — вдруг понадобится. Лора поблагодарила, отказалась и повесила трубку, пообещав держать Неллу в курсе дел. Ей было о чем подумать.

Итак, Энди Беннет сказал правду. Она почувствовала облегчение… К чему обманывать себя? Она была этому даже очень рада. Теперь она могла позволить себе пофантазировать. Хотя бы капельку. Ее научили в приюте «Анонимные сестры» терпению и умеренности во всем. Независимо от желания.

Лора представила себе Энди Беннета. Она видела его только раз, но запомнила все до мельчайших подробностей — от темно-карих глаз до легкой горбинки на носу. Нос ей понравился. Похоже, он когда-то давно был сломан. Она достаточно насмотрелась на подобные вещи в приюте для женщин. Интересно. Конечно, это могла быть авария или что-то подобное, а не драка, как ей сразу показалось.

Потом она представила его губы. Один уголок рта слегка приподнят, как у человека, который часто и охотно улыбается. Губы были не полными, но и не тонкими, как у людей недобрых. Ну да, они были такими, как надо. Те несколько секунд, когда он целовал ее, только распалили ее. Лора попыталась представить, что значит по-настоящему целоваться с ним, и вдруг рассмеялась — она знала это. Она, без сомнения знала даже больше. Лора села на край кровати и посмотрела на себя в зеркало. Где еще касались ее эти губы? Целовал ли он ее в шею? Кожа покрылась мурашками. Нравилось ли ему целовать ее спину, шепча при этом ласковые слова? Был он пылким любовником или наоборот? Где-то там, в глубине ее памяти, были скрыты ответы на все эти вопросы. Как бы ей хотелось хотя бы на мгновение все вспомнить, удовлетворить свое растущее любопытство.

Лора встала и подошла к окну, луна была почти полной. Как по-разному она сияет! Сегодня луна казалась серебряным долларом на темно-фиолетовом небе. Облачка, будто нарисованные, проплывали мимо нее, как в мультфильме, и исчезали в Млечном Пути. Она оперлась на подоконник и прижалась лбом к прохладному стеклу. На тротуаре лежали длинные черные тени. Что это она все об Энди Беннете? Пора подумать о Лоре Беннет.