Дуэль с Лордом Вампиров - Элис Кова

Монстр замирает и словно в замешательстве крутит головой направо и налево, потом издает громкий вопль, кажется, сотрясающий само основание замка, и хватается за голову. Он тяжело дышит, даже в темноте видно, как надувается и опадает его живот.

Падшие – те же вампиры, уступившие действию проклятия. В обычных случаях свежая или особым образом сохраненная кровь помогает им не потерять себя. Может, душ из могущественного древнего эликсира вернул этому несчастному существу хоть какое-то подобие сознания? Вдруг он сбит с толку, пытается понять, что происходит, и отыскать некогда утерянные крупицы разума?

Завизжав, падший опускает голову. Я медленно тянусь к бедру, вытаскиваю из ножен кинжал и провожу им по разлитому на полу эликсиру. Он начинает сиять – так ярко, что нас с падшим окутывает алый ореол, примерно того же оттенка, что и кровавая луна.

Свет привлекает внимание монстра.

Однако он не спешит бросаться на меня и просто отползает в сторону. Боится меня? Или этой силы? Какие воспоминания хранятся в той частице разума, что еще живет в древнем создании? И пусть я жалею его, но не намерена позволить ему сбежать, иначе в будущем он может напасть на кого-нибудь еще. Лучше я здесь и сейчас избавлю его от страданий.

Я бросаюсь вперед и вонзаю клинок ему в грудь. Падший тянется ко мне когтями, но кровавое серебро пронзает его плоть прежде, чем он успевает ударить. Монстр умирает мгновенно. Я вытаскиваю клинок из его ребер. Металл больше не светится, магия исчезла.

Падшие, с которыми мы с Руваном сражались в старом замке, не поддавались воздействию серебра, но это существо умерло от одного удара. Значит, кровавое серебро способно накапливать силу, а потом высвобождать ее, даря смерть.

Пока я осматриваю оружие, краем глаза вновь замечаю какое-то движение, на которое отзывается живущая глубоко во мне сила.

– Руван, хорошо, что ты здесь. Прости за все, что я наговорила. Но ты должен знать, что…

Я поворачиваюсь и застываю.

Моя сила откликнулась вовсе не на повелителя вампиров, хотя это существо обладает не меньшим могуществом.

Жуткого монстра, крадущегося сейчас во тьме, я не смогла бы представить и в самых худших кошмарах. На человеческом теле с кожей трупного серого цвета – подтянутом, без капли жира – отчетливо выделяются тонкие, но мощные мышцы. Похоже, это создание – творение самой смерти.

Вместо пальцев на руках когти, а клыки такие длинные, что не помещаются во рту и спускаются ниже подбородка. Голову, будто корона, венчают рога. Над плечами торчат два крупных крыла, похожих на крылья летучей мыши, которые изгибаются дугой вдоль всего тела.

С подобными существами мне сталкиваться еще не доводилось, и это невольно наводит на мысль, что передо мной представитель третьего, самого жуткого вида монстров, о которых рассказывал Руван.

Потерянный.

Сорок

Этот монстр двигается совсем не так, как другие. У него, по всей видимости, даже имеется некое подобие сознания, а на жутком, изможденном лице сохранилась тень того, кем он когда-то был. Я окидываю взглядом его рога, спускаюсь к бездонным провалам на лице, в которых некогда были глаза.

Может, передо мной тот, кто когда-то звался королем Солосом?

Я представляю, как он спешит вслед за Лореттой, несмотря на то, что в письме она попросила его не ходить. Может, проклятие настигло его в забытых коридорах, и те самые проходы, в которых он ее прятал, в конце концов стали для него могилой? И он, покинутый, отрезанный от всех, оставленный умирать, до сих пор скитался здесь?

Впрочем, неважно, кем было это существо: Солосом или каким-то другим повелителем, забредшим, как и я вслед за Лореттой, в эту часть замка. Теперь он потерянный. И явно намерен меня убить.

Крепче стиснув кинжал, я медленно пригибаюсь к полу. Нужно снова его зарядить. Можно, конечно, использовать собственную кровь, но эликсир сильнее. К тому же я больше не хочу рисковать здоровьем Рувана.

Однако, судя по всему, я принимаю неверное решение.

Потерянный движется со скоростью ветра и миг спустя оказывается за моей спиной. У меня даже не хватает времени окунуть клинок в эликсир. Резко развернувшись, я замахиваюсь и наношу удар ему в руку, но толку от этого мало. Очевидно, рана ничуть не волнует монстра, он скорее озадачен. Что ж, по крайней мере, пользуясь его удивлением, можно попробовать убежать.

Я неуклюже падаю на пол и отползаю назад, по пути проводя кинжалом по эликсиру. Клинок вновь вспыхивает красным.

Однако больше я ничего не успеваю.

Раскрыв пасть и выставив вперед когти, потерянный бросается на меня. Я пробую уклониться, но не успеваю. Он впивается клыками мне в плечо, и крик, слетевший с моих губ, эхом разносится под сводами замка. Борясь с внезапно накатившим головокружением, я поднимаю кинжал и полосую его по груди. Потерянный отшатывается, испуская резкий звук, похожий на скрежет меча по металлу, от которого волоски на моем теле встают дыбом. На мгновение я застываю на месте.

По боку стекает кровь, пропитывая одежду. Меня охватывает слабость. Я пачкаю кинжал в собственной крови, снова заставляя его светиться. Жаль, что я не уделяла времени изучению самих лорий крови, ограничившись лишь их возможностью применения в кузнечном деле. В противном случае, возможно, я бы раньше разобралась с собственными снами и сейчас не торчала бы в этом зале. Все часы, проведенные с Кэллосом, оказались потрачены впустую. Даже светящийся кинжал не способен повредить потерянному. Руван не ошибся, это существо совсем иное: не вампир, не человек, даже не один из монстров, охваченных проклятием, а некий сгусток ненависти и зла, сплетенных воедино с помощью магии.

– Ну ладно, – рычу я, – раз этого не избежать, я заберу тебя с собой. Иди ко мне, демон!

Словно бы поняв меня, он приближается.

Пригнувшись, я уклоняюсь от первого удара и вновь царапаю кинжалом ему грудь. Монстр с ревом отшатывается. Пользуясь случаем, я вытираю лезвие о пропитанную кровью рубашку и наношу ему еще один удар в руку. Если каким-то образом удастся вывести из строя его конечности, возможно, у меня еще получится победить.

Потерянный бросается вперед, одним мощным взмахом крыльев доказывая, что я переоцениваю свои возможности.

Скользнув над полом, он обрушивается на меня, и мы врезаемся в бочки с эликсиром. Во все стороны разлетается чернильная кровь. Кинжал вновь загорается красным, но поскольку я прижата к дальней стене, толку сейчас от него мало.

Похоже, монстр станет последним, что