Дуэль с Лордом Вампиров - Элис Кова

– Но откуда? И кто она такая?

– Во всех моих снах появляются человеческая женщина и мужчина с длинными белыми волосами. Сегодня впервые он назвал ее Лореттой, они находились в той комнате, на окраине старого замка. Знаю, звучит как бред, но у меня такое чувство, словно что-то… или кто-то взывает ко мне.

– Что еще ты помнишь из своих снов?

– Пытаюсь припомнить детали. – Я массирую виски. – Но это больно.

Поднявшись, Руван мягко отводит руки от моего лица и сам осторожно принимается делать массаж.

– Овладеть врожденной магией крови не так-то просто. Твой мозг сопротивляется, и это нормально.

– А как перестать сопротивляться?

– У всех свои методы. – Он ободряюще улыбается. – Ты найдешь способ, когда будешь готова.

– Но ты мне веришь?

– Конечно верю.

Я потрясенно замираю, тронутая оказанным мне доверием. Не в силах вымолвить ни слова, лишь неуверенно киваю.

– А теперь пойдем осмотрим ту комнату, – предлагает Руван. – Вдруг удастся выяснить, что пытается сказать нам твоя кровь.

Одевшись, мы быстро выходим из покоев и минуем галерею. Внизу в зале Лавенция, Кэллос и Уинни ведут жаркий спор насчет плана нападения, но никто из них нас не окликает. Оставив позади зал и коридоры, мы поднимаемся по винтовой лестнице, но когда входим в святилище, я резко замираю. Сделав еще шаг вперед, Руван тянет меня за руку, но я не двигаюсь с места.

– В чем дело?

– Мужчина из моих снов… по-моему, я знаю, кто он. – Сопровождаемая гулким эхом шагов, пересекаю святилище и останавливаюсь перед алтарем и статуей коронованного мужчины с книгой в руках. – Король Солос.

– Что?

– Они встретились во время праздника, он предсказал ей будущее. Руван, думаю, Лоретта была возлюбленной короля Солоса.

– У короля Солоса не было ни возлюбленных, ни детей, – качает головой Руван, приближаясь ко мне, – поэтому после его смерти начались беспорядки. Прямых наследников не осталось, так что кузены с кузинами и племянники с племянницами затеяли борьбу за трон.

– Нет, у него была возлюбленная, Лоретта, – твердо возражаю я. – Я видела их вместе. Она с ним работала… помогала ему. – Постепенно все встает на свои места. – Мастерская в старом замке принадлежала ей, а не Солосу. И король вовсе не порабощал первых людей. Он сотрудничал с ними.

Руван осторожно обхватывает ладонями мои плечи и, глядя мне прямо в глаза, произносит:

– Твои слова противоречат истории вампиров.

– История может ошибаться, – стою на своем. – По-моему, мы оба уже это поняли.

– Но это… это же король Солос. – Руван поднимает голову на статую мужчины с книгой. – Записи Джонтана не оставляют сомнений.

– И ты не допускаешь мысли, что Джонтан ошибался?

– Но зачем ему лгать? – Лицо Рувана принимает отстраненное выражение.

– Возможно, потому что вампиры тех времен были не готовы принимать помощь людей, которых считали слабыми в магическом плане. – Я вспоминаю, как Руван описывал людей древности. – Или просто хотели их защитить? – Я качаю головой. – Не имею понятия. Однако не сомневаюсь, что исторические факты исказили, возможно, ненамеренно. Есть вероятность, что мы знаем далеко не все, что происходило на самом деле. Ведь все сведения о Солосе почерпнуты только из записей Джонтана. Сам он ничего не писал, поэтому полную картину о нем сложить невозможно. – Я кладу руки Рувану на бедра и притягиваю его к себе, вырывая из оцепенения. – Знаю, очень тяжело принять, когда мир под тобой вдруг начинает шататься. Но единственный способ разобраться во всем – полностью открыть себя для любых возможностей и посмотреть на все происходящее свежим взглядом. Отбросить все мысли, предубеждения и желания, чтобы увидеть истину.

Руван крепче обнимает меня. Прошлой ночью наши объятия несли в себе любовный подтекст, сейчас же впервые мы обнимаемся просто по-дружески. Ни нарастающего напряжения, ни неуемной потребности. Мы удовлетворили страсть и теперь просто поддерживаем друг друга.

– Хорошо. – Он с решительным видом отстраняется. – Значит, у короля Солоса была возлюбленная по имени Лоретта. И если мужчина-ворон стремится за нее отомстить, то…

– Возможно, он был еще одним потенциальным женихом?

– Человеком, который влюбился в вампиршу, – тихо, почти печально продолжает Руван. – К тому же возлюбленную короля. Его бросили и использовали. Возможно даже, он обратился в вампира, чтобы стать достойным ее. – «Достойным». Слово застревает в мозгу, но я стараюсь не обращать на него внимания.

– Лоретта не была вампиром, – возражаю я. Во сне я видела ее глаза: зеленые, а вовсе не золотистые. Надеюсь, Руван все же примет эту правду. – Если та мастерская принадлежала Лоретте, как она могла бы открыть дверь, не будучи человеком? К тому же найденные в мастерской записи подтверждают, что вместе с Солосом работал человек.

– Но зачем человеку работать с королем вампиров? – все еще не верит Руван. Внутренне я понимаю, как тяжело ему принять подобную правду, и все же мне хочется хорошенько его встряхнуть.

– Может, в его исследованиях она нашла возможность помочь и своему народу, о которой мы просто пока не знаем… или же Лоретта любила его. – Я ведь видела во сне, как они смотрели друг на друга. Жаль, что нельзя показать этого Рувану. – Возможно, она была кровницей Солоса.

– Вампиры никогда не давали кровные клятвы людям.

– Но ты…

– Я был первым. – Отпустив меня, он принимается расхаживать взад-вперед.

– Это ты так думаешь, но точно не знаешь, – напоминаю я. – За последние недели я твердо усвоила, что нам известно далеко не так много, как кажется. Если во времена Солоса вампиры в большинстве своем считали людей кем-то вроде домашнего скота, пригодного для получения крови, как бы они повели себя, узнав, что их король не только работает с человеческой женщиной, но и связал себя с ней кровной клятвой?

– Они никогда не приняли бы эти отношения, – шепчет он.

– Вот именно! Наверняка Джонтан не упоминал Лоретту в своих записях, чтобы защитить и ее, и короля. – Я делаю шаг вперед.

Руван явно колеблется, готовый вот-вот признать мою правоту, однако все же медленно качает головой. Я покрываюсь холодным потом при виде выражения его лица, на котором отчетливо проступает страх.

– Король Солос мог заполучить любую понравившуюся ему женщину из элиты Темпоста. Он ни за что не выбрал бы человека.

Я застываю.

– Что ты хочешь этим сказать?

Руван поднимает голову, во всей его позе читается напряжение. Явно раздираемый противоречиями, он с трудом сглатывает, но не спешит отвечать.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что «король Солос ни за что не выбрал бы человека»? – настаиваю я.

– Даже если записи Джонтана не отражают