План "Перехват" - Евгения Озерова

Действительно… Влад все равно сейчас в «Захвате», и предупредил ее, что приедет поздно: надо будет забрать одежду на время ремонта из квартиры. Следующие зачеты и экзамен вообще через пять дней — она имеет право отдохнуть!

Подготовиться она не успела: после того, как Влад добрался к ней в Южное Бутово, стало как-то не до того, а потом они просто заснули. И проснулась она утром почему-то совершенно без угрызений совести — ну, как сдаст, так и сдаст, что же делать? Сдала она, впрочем, очень даже неплохо. Оба зачета, которые она пропустила, действительно проставили автоматом, причем один из преподавателей сообщил, что в следующем семестре будет вести у них другой предмет, и очень надеется на неменьшие успехи с ее стороны. А по правоведению она получила четверку, и сама чувствовала, что четверка честная, хотя внутренне и ожидала всю дорогу каких-нибудь едких высказываний экзаменатора насчет особого отношения к ней небезызвестного политического обозревателя…

Решено! Надо пройтись до смотровой площадки, может быть, даже посидеть там в кафе, а потом — на метро Воробьевы горы, и…

— Настя!

Она медленно обернулась и рефлекторно сделала шаг назад: вот этого своего «знакомого» она ожидала увидеть меньше всего!

— Настя… — выглядел Эдик Краснов очень растерянным, даже, казалось, стал меньше ростом, впрочем, возможно, это действительно только казалось — он был без привычного длинного плаща, в ветровке. — Можно… поговорить с тобой?

— Ну… Давай… — она тоже растерялась не на шутку. — Только я хотела пройтись…

— Ну… Пойдем… Надеюсь, не помешаю…

Последняя фраза прозвучала и утверждением, и вопросом одновременно, и она пожала плечами и медленно пошла в сторону Главного здания МГУ. Эдик пристроился рядом.

— Я ничего не знал, Насть… — наконец, после долгого молчания, выдавил он. — И подавляющее большинство не знало. Ничего, честно.

— Да ну?! — деланно изумилась она. — Вот прямо ничегошеньки?! Ты же, как я понимаю, был вербовщиком, как ты мог не знать…

— Вот не знал!!! — отчаянно вскрикнул он, несколько прохожих даже обернулись на них. — Не знал, правда! Неужели ты думаешь, что вот после всех этих… После…

«Обалдеть! Мальчик, похоже, не в силах произнести слово допрос!» — пронеслось в голове.

— Неужели ты думаешь, если бы я был хоть в чем-то виноват, меня бы отпустили?! — закончил, наконец, он жалобно. — И всех остальных? После всего? Да меня даже… Да меня…

— С применением магии допросили. Унизительно, понимаю, — безжалостно закончила за него Настя.

Лицо Эдика пошло пятнами, он отвернулся.

Они долго молчали.

— Эдик, — наконец, обратилась она к нему. — Ну хорошо, о проделках… Хотя какие «проделки», демоны… О том, что верхушка ваших так называемых интеллектуалов действительно высосала и убила как минимум одну девушку — как минимум одну! — ни ты, ни подавляющее большинство действительно не знало. Бывает, что уж… Мы ведь политологи, знаем, что рядовым членам, как правило, недоступна информация о делах и целях элит. Но вот кто мне о власти над людьми жестко втирал, скажи пожалуйста? Не далее, как неделю назад, вот на этой самой аллее?

Аспирант молчал. Потом выдавил:

— Это была ошибка… Я… Мы пересмотрели свои взгляды…

— Ты хочешь сказать, что о том, что вас, и даже эту вашу верхушку, используют практически в открытую агенты Цитадели, ты тоже не догадывался? Ну совсем-совсем? Правда-правда?!

Эдик вздохнул и робко кивнул.

— Какие же вы тогда интеллектуалы, блин… — помотала Настя головой, подняв брови в изумлении. — Гуманитарии, тонкие знатоки человеческой натуры и психологии… Извини, я не ругаюсь матом, а то бы… Охарактеризовала.

— Ладно, — тихонько пробормотал Эдик. — Я не знал, но догадывался. Точнее…

Он вздохнул и снова замолчал.

— Точнее, все-таки знал. Или как минимум был уверен. Деньжищи-то такие откуда? Не с добровольных же студенческих взносов, — усмехнулась Настя. — И не Грааль вашему так называемому жрецу пожертвовал из собственных запасов.

— Ты сейчас говоришь, как тот парень. Однокурсник Вики, — снова словно пожаловался Эдик. — Прямо точь-в-точь.

Настя воззрилась на него с удивлением: какой-такой парень?

— Ну, как его там… Я тебя с ним видел пару раз на факультете, простое такое имя… Толя… А, Коля! — вспомнил Эдик.

— Коля? Старостин, что ли? Он здесь причем?! — Настя даже остановилась.

— А он там сидел, между прочим! — с какой-то злостью произнес аспирант. — Не… Не участвовал, просто… Ловил на логических ошибках. И… Не знаю, как сказать… Ну… Догадки высказывал, что ли… Прямо вытягивал слова…

Настя смотрела на него, вытаращив глаза. Наконец, выдавила:

— Ты хочешь сказать, Коля участвовал в допросах?! Старостин?! Что за…

— А то ты не в курсе! — горько рассмеялся Эдик. — Вы же заодно! Я потом понял: он же постоянно где-то рядом вился, последние недели две — точно. Но он человек, туда бы мы его не пустили, а ты…

«Коля?! Коля сам работает на спецслужбы?! На кого?! На отдел, или…?!» — в голове шумело от вопросов. Настя потерла виски, пытаясь сосредоточиться:

— Где вас допрашивали-то?

Эдика аж передернуло от слова, но он мрачно ответил:

— Не знаю… Нас не вызывали, просто загнали всех в автобусы из лофта, и привезли. Остальных по очереди довозили, кого из дома, кого с учебы или работы… А кто вообще гулял… Какое-то новое здание, ремонтом еще пахнет. И этот твой Федор, брат двоюродный так называемый, еще заглядывал пару раз… Не иначе как полюбоваться…

В голосе Эдика сквозила такая ненависть, что Настя не удержалась:

— Ты же только что сказал, что пересмотрел свои взгляды. Что, вскрыло вас «быдло»? Не ожидали, интеллектуалы? Обидно, да?!

Эдик сжал зубы, поняв, что выдал себя — аж желваки заходили. Потом справился с чувствами, «надел» приличное выражение лица и произнес:

— Тебе бы так… Допрос за допросом — целые сутки! И, кстати, ты сама ненавидишь! Только наоборот — меня! Нас, точнее!

Настя зло усмехнулась:

— Знаешь, имею право! Меня ведь никто не допрашивал, видишь ли. Ни разу. Нисколечки. Меня просто ваши… Ваши покровители из Цитадели… Сходу, безо всяких допросов — несколько раз за эти полгода убить пытались! Меня и моего парня! В последний раз — не далее, как вчера! Слышал уже про предотвращенный теракт, небось?.. Ну вот. А не убили, поверь, вовсе не потому, что плохо старались, а потому, что мои защитники лучше сработали! Так что извини-подвинься, как говорится…

Она отвернулась и зашагала вперед, мысленно попрощавшись с Эдиком. Ну как «попрощавшись» — конечно, об