Война племен - Даниэль Зеа Рэй

— С вами все в порядке? — спросил Кихао. — Мне кажется, вы меня не слышите.

Шанталь пригубила воды и положила на стол очередную игрушку, которую ей принесли.

— Извините, я все же должна проверить, что там происходит, — она встала из-за стола.

Кихао неосмотрительно схватил ее за руку.

— Шанталь! С вами все хорошо?

Она инстинктивно выкрутила чужое запястье.

— А-а-а! — завопил Кихао.

Шанталь отпустила его.

— Не смейте ко мне прикасаться, — прошипела она. — Никогда!

— Извините! — Кихао прижал руку к груди и стал ее потирать.

Такого омерзения от чужого прикосновения Шанталь давно не испытывала. Захотелось пойти и помыться.

— Я должна идти. Вас проводят мои служащие.

Она рванула к дверям. В проходном зале пусто. На выходе — охранник.

— Где Юзеф? — спросила Шанталь.

— Не знаю. Встретил его у дома, он направил меня сюда.

— Куда он пошел?

— Я не видел, госпожа!

Шанталь рванула в дом с другого входа. Пробежала по коридору до его комнаты. Распахнула дверь. Пусто. Никого нет. Но вещи его на месте. Несколько рубах и чистые штаны на стуле.

— Юзеф! — закричала она.

Никто не ответил.

— Юзеф!!! — Шанталь рванула в свою комнату.

Может, он там? Ждет ее, чтобы устроить выволочку? Пусть бы устроил! Пусть бы накричал на нее! Пускай, лишь бы был там…

Дверь распахнулась. В комнате пусто.

— Юзеф!!! — голосила Шанталь во все горло.

Может, он в сарае? Тренируется? Она бросилась на улицу.

— Юзеф! Юзеф!!!

В сарае тоже никого. Шанталь выбежала на улицу и начала оглядываться по сторонам, прижимая ладони к губам и сдерживаясь, чтобы не заплакать. Он ушел. Он попрощался с ней и ушел. И ничего не взял с собой. Как пришел ни с чем, так ни с чем и ушел… Упасть бы на колени и заплакать. Она не отпустит его! Не отпустит!

— Юзеф!!! — закричала она и заревела.

— Госпожа, — помощница остановилась рядом. — Я видела его. Он шел по дороге и свернул на развилке в сторону ворот.

Шанталь подобрала юбки и понеслась вдогонку. Она научилась быстро бегать еще весной. Уклоняться от случайных прохожих — в начале лета.

— Юзеф!!! — во все горло кричала Шанталь.

Люди расступались. Люди кланялись и провожали старшую дочь рода Стелларов недоуменными взглядами.

Она заметила его вдалеке. Он действительно шел к воротам. Он на самом деле уходил от нее.

— Юзеф!!!

Он не остановился на крик. Она знала, что он слышит, но все равно не остановился. Шанталь задрала юбки проклятого нового платья чуть ли не до пояса и оголила подштанники. Ее не волновало, что подумают о ней другие. Юбки мешали быстро бежать. Юбки мешали нагонять Юзефа.

Она едва не сбила его с ног. Он остановился только тогда, когда она схватила его за плечи и встала на его пути.

— Юзеф… — прошептала Шанталь, задыхаясь.

— Вы что-то хотели, госпожа? — абсолютно спокойно, так ровно и холодно поинтересовался он.

— Я не госпожа, — она замотала головой. — Я не твоя госпожа. Я Шанталь.

— Извините, госпожа, но я должен идти.

— Я тебе не госпожа! — Шанталь уперлась локтями в его грудь, пытаясь остановить. — Я твоя Шанталь!

— Люди, смотрят, госпожа. Извините, но я должен идти.

Шанталь рухнула на колени и вцепилась мертвой хваткой в его ноги.

— Прости меня! — заходясь слезами, просипела она. — Прости меня!!!

Юзеф смотрел на нее сверху-вниз и боль в груди расползалась по сторонам.

— Я тебя люблю! — сипела она сквозь рыдания. — Я же тебя люблю! Пожалуйста, не уходи… Пожалуйста! Юзеф! Прошу тебя!

Он сам опустился на колени и обнял ее. Шанталь обвила его руками и повисла на шее, продолжая рыдать.

— Я тебя люблю… Не уходи… Пожалуйста… Женись на мне… Я за тебя выйду и все тебе отдам… Только не уходи… Пожалуйста…

— Не уйду, — он стал поглаживать ее по спине, чтобы успокоить. — Никуда я от тебя не уйду.

Он поднял ее с земли. Она продолжала висеть на нем, словно на дереве.

— Значит, любишь меня? — прошептал он, пряча лицо в ее растрепанных волосах.

— Люблю.

— И замуж за меня выйдешь?

— Выйду.

— Почему раньше не сказала?

— Потому что дура, — продолжала реветь она.

— И я тебя люблю.

— Я знаю.

— Знаешь?

— Знаю.

— Пойдем домой, Шанталь.

— Пойдем, — она ухватилась за его руку и только тогда оба огляделись по сторонам.

Казалось, вокруг собрался весь поселок. Люди тихо окружили их и завороженно наблюдали со стороны. Женщины одобрительно кивали головой, мужчины ехидно улыбались. И тут до Шанталь дошло. Они ведь все о ней знают. С кем ночи коротает, с кем дни напролет проводит. В ее доме слишком много глаз и ушей, а ее загул длился так долго…

— Пойдем, — Юзеф погладил ее по спине и мягко подтолкнул вперед.

Люди расступились. Выдать такое представление посреди бела дня на улице могла только ярая поборница этикета и правил приличий, старшая дочь рода Стеллар, которая на деле ничем не отличилась от других женщин, живущих рядом с ней. Разве что фамилия у нее была более знатная и ответственности на плечах было больше, чем у любого из мужиков, живущих здесь.

***

Месяц спустя. Центральное поселение.

Под деревом в саду сидели двое. Они держались за руки и разглядывали звезды над головой.

— А ты знаешь, почему луна, на которую мы смотрим, синяя, а не белая, как написано в книгах предков? — спросила она.

— Потом что она на самом деле синяя, а не белая, — засмеялся Гелиан, наклонился и поцеловал жену в губы.

Поцеловал так, как хотел, так, как не мог поцеловать четыре года назад, сидя на этом же месте. Одна рука поползла по ее спине, другая по объемному животу. Его толкнули в ладонь маленькой ножкой, и Терра засмеялась.

— Сегодня опять буянит.

— Пусть буянит, — губы Гелиана поползли вдоль шеи жены.

Кажется, в доме, где продолжались гуляния, кто-то завел песню.

— Ты мне подарок принес? — спросила Терра, закрывая глаза от накатившей неги.

— Подарок? — усмехнулся Гелиан, расстегивая молнию на ее платье.

— Какую-нибудь книгу, — ее пальцы заплутали в его волосах. — Желательно с картинками. И чтобы была завернута в бумагу.

Рука Гелиана поползла под подол платья.

— Ты хочешь получить подарок сейчас или, может, подождешь еще немного? — пробурчал он, целуя грудь и стягивая в живота платье вместе с нательной рубахой.

— Ну, может и подожду. Такая занимательная беседа… Не хочется