Осколки мёртвых душ - Марго Айсли

Мы сходили и на местную достопримечательность — огромную раскидистую сосну возрастом около двухсот лет. У основания виднелся постамент и табличка «Посажена Виттором Изборгом в день основания Исвальдской империи». Перед деревом раскинулся небольшой уютный скверик с фонарями и три деревянные скамейки, одну из которых облепили местные детишки. Подумать только, сколько событий застало это дерево. От громкого внезапного рёва я вздрогнула, а Мэтт ойкнул, прикусив язык. Дети попрятались за лавку.

— Не выходи из под дерева, — посоветовал он, — пусть улетит.

— Что это? — испугалась я и попыталась рассмотреть небо сквозь снег.

— Да драконы что-то в последнее время разлетались, вчера трое около города лежали спали, купцы заехать не смогли, пришлось к другим воротам ехать, а там дорога-то для таких повозок не рассчитана. Меня в том числе отправили снег плавить, весь день по пояс в снегу пролазил, устал, как собака.

— Тётенька, — услышала я детский голосок совсем рядом, — а вы правда ледяная фея?

Я повернулась и обнаружила около нас троих детишек с раскрасневшимися от мороза щеками. Они с интересом смотрели на меня и явно ждали ответа.

— Эээ, нет, — помотала я головой, — я просто маг.

Мальчик заметно поник.

— А я тебе говорил, — пробубнил второй и легонько толкнул первого в плечо, — нет никаких ледяных фей.

— Тогда почему у вас волосы голубые? — не унимался первый, — вы замёрзли?

— Есть немного, — улыбнулась я.

Раздосадованные дети немного помялись, но ушли обратно к лавке, то и дело косясь на меня. Раздался ещё один громогласный рёв, и высоко над городом пролетел белоснежный дракон. Сделав полукруг, он скрылся за горными вершинами.

— Слушай, а когда появились первые драконы?

— Да изначально вроде были. Замёрзла всё-таки? Пойдём, тут недалеко стоит очень милая маленькая таверна.

Пока мы шли, я не могла не думать о мучивших меня догадках. Азраил сказал, что это его драконы и его город, а если драконы существовали с основания мира, то им много тысяч лет? А значит, их создателям тоже. Ну то есть я вызвала не иначе как — даже в мыслях подумать страшно — не иначе как архидемонов. Нет, быть того не может. Мне много раз говорили, что моей энергии на такое недостаточно, даже с учётом накопленных осколков душ, которые все и ушли на портал. Я слишком слабая, у меня бы ни за что не хватило сил.

А может, Азраил просто соврал про драконов? Или имел ввиду что-то другое? А если всё же мои догадки верны, то я не иначе как в охрененно глубокой заднице. Ещё глубже, чем предполагала. Архивариус же говорил, что со временем они выходят из под контроля…

— О чём задумалась? — видя моё, вероятно, напуганное лицо спросил Мэтт.

— Да так, — махнула я рукой, — про драконов думаю. Было бы удобно летать на таких вместо виверн, по крайней мере, явно быстрее.

— Угу, только они разумные, так что сначала отгрызут тебе голову, а потом полетят куда захотят. Пришли.

Таверна оказалась настолько неприметной, что я бы не догадалась о её существовании и приняла за обычный дом, однако внутри действительно стояли мелкие столики и сидело несколько человек. Мы сели за один из них. Было достаточно темно и накурено какими-то благовониями. Я кашлянула и помахала перед лицом рукой, надеясь развеять дым.

— А что тут особенного? Какая-то странная лачуга, — недоумевала я, усиливая на всякий случай щиты.

— Да, вот только тут вино есть контрабандное, которое больше ни в одной таверне не найдёшь. Его даже в столице нет, запрещено. Сейчас попробуешь и сама согласишься, что это того стоит.

Ну разве что пару глотков, а то магия моя начнёт сбоить, и так шампанского с утра немало выпила.

Мы сделали заказ, и получив заветный бокал с красной жидкостью, я осторожно принюхалась и сделала глоток. Сладкое, но чуть терпкое, вроде обычное виноградное, однако я явно ощущала нотки клубники и абрикоса. Действительно, было очень вкусно. Так, медленно попивая вино, мы болтали ни о чём, в основном он рассказывал о своей работе помощником архонта, а на деле дай-подай-принеси по всему городу от растопки снега на дороге до поиска пропавших людей, и не важно, что в обязанности не входит. Один раз он даже ловил кур, разбежавшихся с единственной и очень важной для города фермы, потому что нельзя было дать им замёрзнуть и лишить горожан яиц. Ловили аж до утра вместе со всей стражей и местными магами.

На середине рассказа я ощутила, что слишком сильно опьянела. Сознание путалось, будто я пила не вино, а что-то очень крепкое. Сидеть становилось всё сложнее, тело налилось свинцом и перестало слушаться, и я из последних сил схватилась за стол.

— Мэтт… — позвала я бывшего друга, но тут же ощутила жуткую слабость.

Голова закружилась, а веки с каждым морганием всё тяжелее было открывать. Я хотела позвать его ещё раз, но не смогла произнести ни слова. Руки соскользнули со стола, и я поняла, что проваливаюсь в темноту.

Сознание ускользало, мысли сбились в густой кисель. Я чувствовала, что лежу на чём-то ледяном и не могу пошевелиться. Во рту пересохло, тошнило и кружилась голова.

— О, наша беглянка почти очнулась, — послышалось словно сквозь толщу воды.

Я с трудом приоткрыла глаза с ощущением, будто веки царапает песок. Тёмное каменное помещение, тусклый свет, улыбающийся незнакомец. Мужчина с тонкими чертами лица и чуть раскосыми глазами взирал на меня сверху вниз и отвратительно улыбался.

— К-кто вы… — кое-как совладала я с голосом и попыталась осмотреться.

Увиденное повергло меня в такой шок, что я от ужаса распахнула глаза. Я лежала на каменной плите, прикованная за руки и ноги так, что даже не могла ими пошевелить.

— Не дёргайся, — сказал он и издал смешок, — а то причинишь себе боль раньше времени. А я всего лишь верный слуга империи. Инквизитор, что избавляет мир от такой мерзости, как ты.

Я вздрогнула и попыталась ударить его каким-либо заклинанием, но ничего не произошло, любое плетение тут же рассыпалось, будто магию… блокировали?

Вот дерьмо!

— В эти кандалы вплетено заклинание рассеивания, детка, — подтвердил он чудовищную догадку и приблизился, а потом провёл рукой по телу и больно сжал шею.

Я снова задёргалась, но лишь разодрала запястья до крови. От прикосновений этого ублюдка было настолько мерзко, что меня ещё сильнее затошнило.

— Убери свои вонючие руки! — огрызнулась я.

— Как пожелаешь.

На лице мужчины появилась кривая усмешка, и