Темный Луч. Часть 3 - Эдриенн Вудс

— Конечно, принцесса, — сказал Эмануэль.

— Я говорила тебе не называть меня так. — В ее голосе звучало раздражение.

— Какого рода дерьмо? — спросил я Эмануэля.

Елена протиснулась мимо меня.

— Это не имеет значения. Я разберусь с Древними.

Древние.

— Эмануэль?

Елена поздоровалась с Люком.

— Они хотели поместить Энни в карантин, а Елена угрожала им, — прошептал Эмануэль.

Мой гнев поднялся на триста градусов, и я стиснул зубы.

— Что?

— Нам нужны семьи, желательно побольше детей. Дети все смягчают, — сказал Эмануэль.

Чарльз спросил то же самое, что и я, и Елена сказала им, что они хотели поместить Энни в карантин. Старик с силой потер лицо.

— Эй, только через мой труп. — Елена коснулась его плеча.

Эмануэль уставился на нее, как на идиотку. Это раздражало меня, но он никогда бы не переступил эту черту. Не теперь, когда я был на борту.

— Ты бы ее видел. Гельмут, даже Лонгвей, струсили.

— Что? — спросил Люк.

— Может, она и похожа на своего отца, но это действительно дочь Катрины.

Я сглотнул. Королева Катрина пугала меня до полусмерти.

Я представил Эмануэля Люку и Чарльзу.

— Мне показалось, я узнал тебя. Ты не постарел ни на день. — Чарльз пожал руку Эммануэлю.

Он рассмеялся.

— Драконья штука.

— Не произноси это слишком громко, — предупредил Чарльз. — Драконы редки на этой стороне, ну, те, кто все еще умеют изменяться.

Мой взгляд был прикован к Елене, как у ястреба. Я был рад, что она вернулась, но это была еще одна вещь, которую она могла добавить к списку причин, по которым я был таким разочарованием.

Мы последовали за Люком и Чарльзом в дом и обнаружили, что Гертруда занята рукоделием, а Дейзи читает книгу.

— Элль! — Гертруда встала. — А это кто такой?

— Эмануэль. — Он потянулся к ее руке. — Дракон короля Гельмута. Приятно с вами познакомиться.

— Мне показалось, что ты показался мне знакомым. Я — Гертруда.

— Елена? — Я коснулся ее руки и подтолкнул локтем, чтобы перекинуться парой слов наедине.

Направляясь в кабинет Чарльза, я посмотрел на него, молча спрашивая его разрешения, он мягко кивнул.

Она прислонилась к столу Чарльза, скрестив руки на груди. Она явно все еще была зла. Я потер лицо, думая о Древних. Я даже расхаживал вперед-назад, обхватив руками шею. Угроза Древним была огромной, и я сомневался, что она понимала, насколько.

— Что именно ты сказала Древним?

— Они хотели поместить ее в карантин, Блейк. Я была зла, ясно?

— Что ты сказала? — снова спросил я.

— Я сказала им, что если они не уйдут через два часа, я натравлю тебя на них, — прошептала она последнюю часть.

Что?

Она доверяла мне самым странным образом.

Я выдохнул. Мне хотелось рассмеяться, но ей нужно было знать, насколько серьезны были Древние. Я скрестил руки на груди и уставился на нее в ответ.

— Они — Древние, Елена.

— Мне насрать, кто они такие, Блейк. Она — твоя кузина. Что ты хотел, чтобы я сделала, позволила им забрать ее? Она достаточно натерпелась, и здесь нет никаких эпидемий.

— Ладно, полегче, — сказал я. — Все, что я хочу сказать, это то, что ты понятия не имеешь, что натворила. И теперь это ставит меня в другую ситуацию.

— Ну, мне чертовски жаль, что я испортила твои планы, — прорычала она. — Я разберусь с ними сама, как и со всем остальным. — Она выбежала из комнаты.

— Елена, это не…

Она захлопнула дверь прежде, чем я успел закончить.

Гертруда спросила, все ли с ней в порядке.

— Я в порядке. — Ее тон сразу же изменился. — Мы должны начать вытаскивать кого-нибудь из детей и родителей, Эмануэль.

Эмануэль не ответил.

— Не смотри на меня так, — сказала она. — Он остается. Это то место, где он действительно хочет быть. Я сама разберусь с Древними.

— Елена.

— Прекрати! — закричала она.

— Древние? — спросил Чарльз.

Я пошел на кухню. Они все разговаривали с Еленой.

— Это долгая история. Со мной все будет в порядке.

— С тобой все будет не в порядке, Елена. — Эмануэль повысил голос. — Не говори глупостей.

Это было слишком.

— Это не я… — Она остановилась, когда я вошел на кухню.

— У тебя есть люди на другой стороне, готовые поменяться местами? — спросил я.

Эмануэль кивнул.

— Сколько буйо? — Я заметил, что у него уже был такой на груди.

— Блейк? — Чарльз посмотрел на меня с беспокойством.

— Сначала мы покажем тебе, Чарльз, — сказал я.

— Десять, — сказал Эмануэль. — Включая меня.

— Хорошо, подготовь десять взрослых к отъезду. Все дети, о которых они не знают, пойдут с нами сегодня вечером.

— О, теперь это мы? — съязвила Елена.

— Ты угрожала Древним, Елена. Даже я не знаю, как с этим справиться. — Я был честен.

Ее лицо вытянулось. Она наконец-то поняла, что ей следует беспокоиться.

— Нам нужно сделать это быстро, — сказал я Эмануэлю.

— Нам вдесятером нужно собирать вещи? — спросила Гертруда.

Я кивнул.

— Но сначала нам нужно кое-что проверить.

***

Мы собрали всех в гостиной.

Эмануэль взял у Чарльза волосок и вставил его в шар в середине жгута Буйо. Он закрыл крышку, и шар засветился. Эмануэль закрыл глаза и превратился в Чарльза прямо у всех на глазах. Все ахнули.

— Подойди сюда, Чарльз, — сказал я.

Эмануэль хранил молчание.

— Говори в устройство. — Я постучал по средней части, на которой был забавный черный шар.

— Что? — спросил Чарльз, не сводя глаз с Эмануэля.

— Вот. — Я указал на записывающее устройство. — Назови свое имя.

Чарльз наклонился и откашлялся.

— Я — Чарльз Бенсон.

Устройство воспроизвело запись еще раз, затем голос Эмануэля изменился. Он говорил точь-в-точь как Чарльз.

— Достаточно хорош для тебя? — спросил я.

Чарльз внимательно посмотрел на Эмануэля. Все смотрели, включая Елену.

— Великолепно, — сказала Елена, придвигаясь ближе и заглядывая ему в глаза.

— Это все еще я, принцесса.

— Только больше не похож на себя.

— Таков план, верно?

Она улыбнулась.

— Да, я думаю, да.

— Ты чувствуешь себя старым? — спросил Чарльз.

Мы с Эмануэлем рассмеялись.

— Нет, я все еще чувствую себя собой. Это устройство для создания внешнего вида. Они защищают его, потому что в чужих руках оно может привести ко многим ужасам.

— Могу понять как, — сказал Чарльз.

Елена переводила взгляд с Эмануэля на Чарльза.

— Ученые работают круглосуточно, чтобы закончить первые сто пятьдесят экземпляров. Мы будем использовать ферму в качестве нашей домашней базы, — сказал Эмануэль.

— Кто будет работать на фермах? — В голосе Гертруды звучало беспокойство. — Если вы заберете нас всех, Совет узнает к следующему…

— Расслабься. Елена рассказала мне о том, на что это похоже здесь.

Я резко повернул к нему голову.