Лили. Том 1 - Патриция Гэфни

Клейтон Дарквелл во второй раз дернул за шнурок колокольчика, и почти тотчас же на пороге библиотеки появилась запыхавшаяся горничная.

– Кофе! – приказал молодой хозяин. – Большой кофейник, да поживее.

Девушка поклонилась и вновь скрылась за дверью.

– В чем дело? – продолжал он. – Что ты на меня уставился?

Дэвон проследил взглядом за Клейтоном. Тот плюхнулся на тахту и прикрыл глаза рукой.

– Когда ты где-то пропадаешь до самого утра, – сухо ответил старший брат, – приятно знать, что ты всего лишь напился в стельку, а не натворил чего-то еще более дурацкого.

"Какой же я лицемер”, – подумал Дэвон с горькой полуулыбкой. Не далее как неделю назад он сам напился в стельку, причем сделал это сознательно и хладнокровно. Пятая годовщина смерти жены показалась ему отличным предлогом, чтобы вытащить пистолет и устроить в доме тир.

Клей потер переносицу и застонал.

– Честное слово, это все ром. Мы его пили у Джона Полтрейна. Подумать только, он уплатил таможенный сбор за такое пойло! Зато я выиграл у него в мушку двадцать гиней, так что все-таки есть Бог на свете.

Дэвон не ответил на его вымученно-дерзкую улыбку.

– Ну я не знаю, какого черта ты корчишь из себя праведника. Ты тоже не спал всю ночь! Я сам видел у тебя свет, когда наконец завалился в дом. Вся разница между нами в том, что я пью с друзьями, а ты напиваешься в одиночку.

И без того суровое лицо старшего брата помрачнело еще больше, и Клей виновато опустил глаза, сожалея о своих словах.

– Тебе бы следовало поехать с нами, – продолжал он через минуту, переходя на прежний легкомысленный тон. – Мы потом отправились в “Осиное гнездо”.

Дэвон сложил пальцы домиком под подбородком и хмыкнул безо всякого интереса.

– Там появилась новая девица, Дэв: есть на что посмотреть, есть за что подержаться. Весит, наверное, больше, чем я. Ее зовут Евлалия. Я не шучу! – Клей радостно рассмеялся, увидев, что Дэвон наконец-то выдавил из себя что-то похожее на улыбку. – Почему бы тебе не повеселиться с нами? Джон и Саймон каждый раз о тебе спрашивают. Тебе понравится, ей-Богу, понравится!

Лорд Сэндаун встал из-за заваленного бумагами стола и, подойдя к застекленным от пола до потолка дверям на террасу, расположенным между двумя высокими шкафами, распахнул их настежь. Комната сразу же наполнилась приглушенным шумом морского прибоя. Стая куликов с пронзительным свистом пронеслась над берегом.

– Да нет, не думаю, – ответил он, неподвижно остановившись в дверях и загораживая открывающийся вид широко расправленными плечами Горничная вернулась с кофейником. Дэвон выждал, пока она не вышла из комнаты, а Клей тем временем вытянулся на тахте во весь рост, поставив чашку с блюдцем на живот.

– Ты обдумал то, о чем мы говорили раньше? – спросил Дэвон.

Клей тотчас же напрягся, и его настороженное выражение заставило старшего брата саркастически выгнуть бровь:

– Да я уж вижу, что нет.

– Я был занят.

Бровь поднялась еще выше.

– Черт возьми, Дэв, я еще слишком молод, чтобы похоронить себя на руднике!

– Я же не прошу тебя спускаться в забой! Я хочу, чтобы ты управлял рудником.

– Для этого я тоже слишком молод.

– Но не слишком молод, чтобы рисковать своей глупой башкой, перевозя контрабандный коньяк! Клей согнул колени и скрестил руки на груди.

– Я тебя умоляю, не будем начинать все сначала. Ни одному из нас не выиграть этот бой. Дэвон с трудом перевел дух.

– Я тоже не хочу ссориться.

Это было правдой. Если бы он начал спорить и настаивать на своем, если бы слишком сильно надавил на брата, Клей мог запросто уехать и продолжить свою безумную авантюру с контрабандой из какой-нибудь скрытой от посторонних глаз бухты на побережье. Лучше уж иметь его тут, под боком, где можно оказывать на него хоть какое-то влияние. Видит Бог, оно не слишком велико.

Клей попытался развеять его сомнения.

– Послушай, я же ничем не рискую, уверяю тебя. Люди у меня опытные, к тому же они преданы мне душой и телом, а уж быстрее моего шлюпа нет ничего на всем Ла-Манше. – Его лицо осветилось неотразимой мальчишеской улыбкой. – Пойми, Дэв, это же забава! Мне чертовски весело!

– Вот посмотрим, как ты будешь веселиться, когда тебя повесят.

– Да им в жизни меня не поймать!

– Дурак ты, Клей. Ты ведь только того и ждешь, чтобы эта чертова луна пошла на ущерб, не так ли?

– Нет, – виновато соврал Клей. – Я просто приехал тебя навестить, ты же мой единственный брат. Дэвон презрительно фыркнул.

– Если бы ты нуждался в деньгах, это еще можно было бы хоть как-то понять.

– Ну.., может, мне они и не нужны, но тут в округе полно нуждающихся, – с достоинством возразил Клей.

– Ах, да, я было и забыл. Ты же у нас филантроп и занимаешься контрабандой исключительно в благотворительных целях.

– Так оно и есть. Во всяком случае, отчасти. – Клей опять весело рассмеялся. – Я этим занимаюсь ради острых ощущений.

– А также ради славы.

– Ну и что? Ничего тут смешного нет. Женщины находят меня неотразимым. Терпение Дэвона лопнуло.

– Разрази меня гром, тебе же двадцать три года, а ты ведешь себя как дитя малое! Рано или поздно тебя поймают, это лишь вопрос времени.

– Да не поймают они меня! Таможенные суда ползают, как улитки, ты бы их видел! Никогда им не догнать “Паучка”! И я спрятал его, знаешь где?

– Ради Бога, Клей, я не хочу знать! – перебил его Дэвон, с отвращением качая головой. – Тебя поймают на суше, это самое слабое твое место. Акцизные чиновники рыщут повсюду, и у них полно платных осведомителей. Никому доверять нельзя. Интересно, каким образом ты превращаешь контрабандный товар в деньги для бедняков? Ты же запросто попадешься на перепродаже! – предупредил он, угрожающе наставив на брата указательный палец. – О тебе чирикают все воробьи на всех окрестных крышах! Таможенникам нужно только одно: застать тебя на месте преступления.

– Они меня не застукают ни на море, ни на суше, – самоуверенно заявил Клей. – У меня есть посредник. Это он занимается перепродажей.