Точная копия - Катрин Корр

Ян останавливается в метре от меня и склоняет на бок голову.

– Что? – не выдерживаю я.

– Ничего, – усмехается он. – Зачетный газон. Только не говори, что ты собственноручно покорила газонокосилку?

– Нашла садовника, как ты и хотел.

– Так быстро? – удивляется Ян. – Обычно их днем с огнем не сыщешь. Дельных я имею в виду.

– Это не моя заслуга. Твой сосед поделился.

– Вот как, – сощуривается Ян, а его взгляд медленно и изучающе проходится по моему лицу. – Забавно.

Мой сотовый в кармане джинсов громко звонит.

– Я пойду, – повторяю в сотый раз за сегодня. – Наверное, водитель меня уже заждался.

– Хороших тебе выходных, Тая.

– Взаимно.

Тряхнув головой, я открываю дверь и с удовольствием вдыхаю ворвавшуюся прохладу. Сотовый в кармане продолжает дребезжать. Спешу к калитке, мечтая оказаться в какой-нибудь морозильной камере, иначе у меня реально останутся ожоги на коже!

До чего же настойчивый водитель! Даже не думает отбивать звонок! Распахиваю калитку, дабы увидев меня, он сразу понял, что я не в духе. Но смотреть на меня некому, потому что такси здесь нет.

Тревога моментально накрывает меня ледяной волной. Достаю сотовый, который ещё никогда в жизни не трезвонил с такой продолжительностью. Растерявшись, я даже не сразу соображаю, что на том конце провода Дарья – хозяйка квартиры, которую я снимаю. Мы общаемся с ней в месенджере, а деньги я перевожу на карту. Я даже голоса её не помню, потому что последний раз мы встречались два года назад, когда я въезжала в квартиру, что она сдавала!

Почему вдруг она звонит мне?

– Алло? – Мой голос вздрагивает.

– Боже, Тая! – кричит она. Сердце мгновенно уходит в пятки. – Здесь какой-то кошмар!

– Дарья, я плохо слышу вас… Что случилось?

– Она горит! – слышу я прерывистые слова. – Моя квартира горит! Здесь пожар!

– ЧТО?! – вскрикиваю я, с трудом устояв на ногах. – Как? То есть? Почему? Как это?!

Сотовый выскальзывает, руки трясутся. Мне не хватает воздуха, я не могу сообразить, что мне делать и просто стою, согнувшись пополам. Что я делала до этой минуты? Ждала такси? Или машина уже уехала? Я ведь собиралась домой, планировала принять ванну и…

Как горит? Почему горит? Зачем?

– Тая? Что случилось?

Низкий голос Яна вырывает меня из оков паники. Расставив руки в боки, я оглядываюсь, потом снова смотрю на него и снова оглядываюсь. В моей голове ворох мыслей, полный кавардак. В квартире мои документы. ВСЕ мои документы, за исключением паспорта. Вещи, ноутбук, чемоданчик с фотографиями, где запечатлено мое детство. Да много чего ещё, что мне удалось нажить за свои двадцать лет!

– Тая? – Ян подходит ближе и заглядывает в мои глаза. – Что случилось?

– В квартире, которую я снимаю, пожар. – Опускаю ладонь на лоб, глаза в панике мечутся из стороны в сторону.

Почему я?

Почему именно со мной?

Почему именно сейчас, когда в моей жизни стало всё более менее налаживаться?

– Поехали!

Распахиваю взгляд. Ян поднимает мой сотовый с холодного асфальта и молча возвращается во двор. Не будь мое положение настолько безнадежным, я бы даже обрадовалась возможности стать его пассажиркой. Но сегодня абсолютно не тот день.

Глава 7

В Instagram часто мелькают страшные фотографии и видео с места происшествия. Частные постройки, многоквартирные дома, машины, ангары, магазины, склады – всё объято ярким пламенем. Люди теряют возможность продолжать работать, товар, имущество, деньги, а самые невезучие – лишаются крыши над головой. В голове возникает коллапс обыденности, к которой за годы жизни привыкает человек, ведь теперь у него нет дома, где он изо дня в день совершал определенный набор действий. Принять душ – негде. Лечь спать – негде. Разогреть суп – не на чем. Переодеться – не во что. Собственный уголок с личными вещами в целой вселенной исчезает и остается только ждать, когда в затуманенной голове появится хотя бы слабый лучик просвета.

– Это же какой бесчеловечностью нужно обладать, чтобы поджечь квартиру, где живет семья с тремя детьми! – слышу я голоса жителей из соседних домов. В основном бабульки. – Не человек, а чудовище!

– Тая, как ты? – Дарья тихонько вздыхает. – Знаю, глупый вопрос. Но, возможно, твоему другу удастся договориться, чтобы тебя пропустили и ты забрала хоть какие-то вещи…

Я молча киваю. Мы обе понимаем, что навряд ли это возможно. Внутри мои документы, мой ноутбук, конспекты, учебники, вещи! Соседка, имени которой к собственному стыду я не знаю, громко рыдает, требуя пожарных пропустить её в квартиру, чтобы она могла забрать хотя бы одежду для детей.

– Пострадали два этажа, – сообщает нам Ян. – Принято решение эвакуировать весь подъезд. Сегодня туда точно никто не попадет.

Женщина в полицейской форме просит жильцов соседних подъездов и приехавших на место происшествия родственников по возможности приютить оказавшихся в сложной ситуации людей. Тем, у кого нет вариантов, предоставят ночлег в соседней школе.

– Ты, наверное, к родителям поедешь? – скорее не спрашивает, а констатирует Дарья. Я снова молча киваю. – Хорошо. Завтра я позвоню тебе, как только узнаю, когда можно заходить в квартиру. Очень надеюсь, что это будет завтра.

– Буду ждать.

Дарья оглядывает нас с Яном, а потом коротко кивает в знак прощания и возвращается к своей белой Skoda.

– Ян, спасибо, что ты привез меня. – Повернувшись к нему, я набрасываю на голову капюшон, будто так он поможет мне сдержать слезы отчаяния. – Уже слишком поздно и тебе лучше вернуться домой.

– Мне не сложно отвезти тебя к родителям, – говорит он, кивнув в сторону своего джипа.

– Не нужно, – спешу ответить я. – Я сама справлюсь. Правда, уезжай. Мне и без того неловко, что ты столько времени на это потратил.

Я даже не знаю, как описать это гребаное чувство, когда понимаешь, что тебе абсолютно не к чему прибиться. Нет угла, нет крыши, нет чертового туалета, в конце концов! Всё, что на мне – единственные мои вещи и я даже белье сменить не могу, потому что у меня нет запасного.

– Тая, – голос Яна звучит намного тише обычного, – ты можешь вернуться в мой дом, если не хочешь ехать к родителям. Там есть твои вещи и всё необходимое.

– Нет, что ты, – тут же отрицаю я. – С этим проблем нет, мне есть, где остановиться. – Ян испытующие смотрит на меня. – Честно!

– Хорошо. Тогда, позволь мне отвезти тебя?

– Есть такси, Ян, – отвечаю я слишком резко, за что тут же чувствую себя виноватой. Я отворачиваюсь, поджав губы так сильно, чтобы хоть эта боль отвлекла от той, что многие годы мне удавалось сдерживать, но в минуты самые худшие и отчаянные,