Точная копия - Катрин Корр

– Значит, ты работаешь в книжном магазине, баре и здесь, чтобы оплатить свою учебу? – спрашивает Ян, оглядев мое лицо. – С ума сойти.

– В баре я больше не работаю.

– Потому что пять дней в неделю проводишь здесь, – констатирует Ян. – А в выходные – книжный магазин.

– И репетиторство по два часа.

Замечаю, как его глаза стремительно увеличиваются в размерах и начинаю смеяться.

– Обалдеть. В тебе что, солнечные батареи установлены?

– Это не так сложно, как кажется. Главное, чтобы между работами была возможность отдохнуть хотя бы пару часов.

– «Пару часов»! Тебе двадцать лет, – говорит Ян. – Лишь единицы девушек твоего возраста задумываются о будущем. Инвестировать в себя, а не во внешность – редкое явление. Честно, я удивлен.

Наконец, после длительного вступления звучит приятный женский голос, но песня всё равно остается для меня загадкой.

– You cover me, – будто читая мои мысли, объясняет Ян. – Саундтрек из фильма «Лондонские поля».

– Я не смотрела.

– Наверное, потому что у тебя мало свободного времени. – Ян улыбается и принимается к завершающей части приготовления ароматного ужина.

Меня завораживают его движения и в особенности – руки. Когда длинные пальцы прикасаются к кухонным принадлежностям, я испытываю зависть. Я бы не прочь оказаться деревянной лопаткой, которой он размешивает сливочный соус. Но самым убийственным в этом немом кино с эротическим подтекстом оказывается его язык. Вливая соус в кастрюлю с макаронами, Ян случайно задевает его указательным пальцем. Когда он слизывает белую каплю, у меня кровь стынет в жилах. До этого момента я испытывала чувство голода, но после оно в мгновение трансформировалось в несколько иное состояние. Поджимаю колени и залпом выпиваю остатки виски. И страшно, и приятно.

– Успокоилась немного? – спрашивает он, накладывая в две большие белые тарелки готовую пасту. Не сразу понимаю о чем он, пока не ловлю его взгляд на моем пустом стакане.

– Да, спасибо. – Вообще-то нет. Алкоголь расслабляет мышцы в тех местах, где просто жизненно необходимо сдерживающее напряжение. – Но больше не надо.

– Может сок?

– Было бы чудесно.

Спустя минуту передо мной стакан с виноградным соком и тарелка ароматной пасты, а слева – Ян, занявший соседний барный стул.

– Тебе не скучно здесь? – спрашивает он, когда я накалываю первую макаронину.

– Ничего подобного не заметила.

Он усмехается.

– Ещё бы! Ты вычистила половину дома.

– Процентов сорок пять. А ты, случаем, не профессиональный повар?

– Так, любитель.

– Безумно вкусно, Ян.

– Я готовлю только, когда есть настроение.

– Наверное, так делают многие.

– Судя по отсутствию контейнеров в холодильнике и пустым кастрюлям, у тебя его никогда не бывает, да? – Наши взгляды встречаются. – Ты готовишь себе что-нибудь, когда живешь здесь?

– Разумеется. Не каждый день, конечно.

– По-моему, в холодильнике еды не убавилось.

– Потому что ты заказал столько, будто считаешь меня прожорливым поросенком.

– Для прожорливого поросенка ты слишком стройная. – Кусочек куриной грудки застревает в моем горле. – Просто питайся нормально, а не короткими перекусами.

– Это что-то вроде дачи для тебя? – интересуюсь я, решив сменить тему. – А, впрочем, для дачи этот дом слишком роскошен. Ты планируешь сюда переехать или… – Замечаю усталую задумчивость на его лице. Наверное, мое любопытство не совсем уместно. – Я так просто спросила. Забудь.

– Я построил этот дом для мамы, – признается Ян, отправляя в рот несколько макарон. – Планировал, что она будет жить здесь, а я приезжать на выходные. У нее было много подруг и родственников. Дом казался ей очень большим, но я хотел, чтобы каждому, кто приедет погостить у нее, было место.

Мое сердце тает. Матерям, воспитавшим любящих и добрых детей, нужно ставить памятник.

– А по итогу, она не провела здесь и ночи. Может, продал бы, но я в него всю душу вложил, – усмехается он с заметной печалью в глазах. – В каждый уголок, в каждую розетку. Да и мама просила оставить его.

Ян продолжительно вздыхает, и я понимаю, что говорить о близком человеке, которого уже нет, ему совсем не хочется. Особенно с чужим, вроде меня.

– Возможно, ты воспримешь это за полное отсутствие такта и воспитания с моей стороны, – признаюсь я, испытывая неловкость, – но я не умею выражать сочувствие в этом плане. – Ян поворачивает ко мне голову. – Ну, знаешь, когда в фильмах кто-то рассказывает о людях, которые умерли, то собеседник обязательно произносит фразу типа «сочувствую» или «прими мои соболезнования». Что-то вроде того. И у них это получается. Они же актеры, – улыбаюсь я. – А я не могу этого сказать, ведь знаю, что прозвучит неискренне и шаблонно что ли. Мне жаль, что в какой-то момент времени ушел из жизни родной тебе человек. Наверное, терять близких очень тяжело. – Я резко выдыхаю. – Ужин очень вкусный, Ян, но ты переборщил с порцией и в меня уже не влезает.

– А ты посиди немного и вскоре всё влезет, – улыбается он, опустив глаза в свою тарелку. Он выглядит таким одиноким, что у меня сжимается сердце.

– Я бы лучше оставила на завтрак.

– Там полная кастрюля. Будешь всю неделю есть.

– Отлично! – смеюсь я. – Макароны я люблю.

– Да, – Ян улыбается и допивает свой виски. – С недавних пор это мое любимое блюдо.

Мой взгляд тут же устремляется к шкафчику, где стоят синие коробки с макаронами. Алкоголь жонглирует моими мыслями, не иначе! Я ведь прямо вижу себя в черной рубашке с голой задницей! И почему вдруг?

– Спасибо тебе, Ян. Ещё раз. – Сползаю со стула. Сигнализация визжит, что мне пора сваливать. – Я даже забыла о том, что случилось. Правда.

– В этом и был весь смысл ужина, – усмехается он.

– Не против, если я всё это уберу завтра? – обвожу я взглядом наши тарелки.

– Я вполне способен помыть посуду, Тая. – Он обводит меня молчаливым взглядом и тянется к своему телефону. – Отдыхай. Сегодня выдался неприятный вечер.

– Но чудесный ужин, – необдуманно отвечаю я и мысленно ударяю себя по лицу. – Спокойной ночи, Ян.

Обещаю себе, что больше никогда не останусь с ним наедине. Не позволю! Вероятно, что огонь уничтожил все мои вещи, а меня заботит только мужчина в лице моего работодателя!

И пить алкоголь в его присутствии я больше не стану. Однозначно.

Глава 9

Утром мы с Яном не пересекаемся. Когда я уезжаю в город, он ещё спит. Соня в шоке с того, что случилось. Она недовольна, что я не сообщила ей о пожаре вчера, и обещает поехать сегодня на квартиру со мной. Маргарита, хозяйка магазина, отпускает нас на час раньше, за что я ей очень благодарна.

– В прошлом