Мария. По ту сторону несбывшегося - Олла Дез

— И что мой праправнук в тебе нашёл? Некрасивая, магии — кот наплакал. Правда, совместимость очень хорошая, но с такими узкими бедрами детей ты много не родишь! — вдруг заговорил он.

— У меня нормальные бедра! — возмутилась я.

А предок вдруг поплыл и исчез.

— Мари? Что он посмел тебе сказать? — всполошился вдруг Артур.

— Да ничего. Сказал, что я маленькая, уродливая, со скудным запасом магии и совершенно не подхожу его благородному внуку! — с сарказмом ответила я.

— Да как он посмел? Да я его сожгу в ближайшем ками…Ты ехидничаешь? — вдруг улыбнулся он.

— Я? Вовсе нет. Давай ещё раз?

— Это вот сейчас азарт был? — снова, почему-то довольно спросил он.

Я пожала плечами.

— Хорошо. Только вот выберем кого-то менее заносчивого.

— Сомневаюсь, что среди твоих предков такие были, — и я ему вдруг улыбнулась.

А он в ответ неожиданно схватил мою руку и поднёс к своим губам.

Глава 3

«Дева, томящаяся от любви» Ян Хавикзоон Стейн

«Картины Стена похожи на его стиль жизни, а его стиль жизни — на его картины»

Арнольд Хоубракен

Мне казалось, что фамильный особняк фон Мёнерихов роскошный? Глупости. Это просто я не видела особняка Герцогов Альба. Вот где всё кричало о богатстве и роскоши. Мне, после наших ирландских замков с серыми каменными стенами, смотреть на всё это величие и красоту было немного странно. Но это великолепие не угнетало. Оно восхищало, приводило в восторг и трепет.

Нас ждали. Просто так нас бы дальше порога никто не пустил. Но Его Сиятельство герцог фон Мёнерих договорился о встрече. Дон Карлос Мигель Фитц-Джеймс Стюарт и Сильва, испанский аристократ и гранд первого класса, герцог Альба-де-Тормес согласился нас не только принять, но и оказать всяческое содействие и помощь в расследовании.

— Это означает, что мы его вычеркиваем из списка подозреваемых в убийстве жены? — решила на всякий случай уточнить я.

— Почему? По-моему, он в этом списке — номер один, — ответил Артур, помогая забраться в машину.

— А почему тогда содействие? Мы же вряд ли бы смогли что-то разузнать без его помощи?

— Ну, у него на это было много причин. Во-первых, не факт, что мы что-то найдём. Во-вторых, даже если найдём — совершенно не обязательно, что сумеем что-то доказать. В-третьих, даже если сумеем что-то доказать, то совершенно не обязательно, что нам это позволят. Ну и в-четвёртых — моему отцу очень трудно отказать, как будто сама не знаешь, — охотно объяснил он.

— А почему он стоит в списке первым номером? — не унималась я.

Но мои вопросы его совсем не раздражали, наоборот, мне показалось, что он был им очень рад. С чего бы это? Нужно всё же выяснить, что они там задумали с Аннорой. Вечером, когда вернёмся, обязательно поговорю с ней.

— Первым номером он стоит потому, что чаще всего убийства совершаются самыми близкими людьми. У них клубок конфликтов намотан самый большой. Разве нет?

— Да, пожалуй, соглашусь. Но всё же, причин для убийства такой важной, богатой и известной персоны может быть очень много.

— Несомненно! И вот что-то мне подсказывает, что мы со всеми столкнёмся. Предчувствие?

Я фыркнула, а наша машина меж тем подъехала к особняку.

Мы обо всём договорились ещё вчера вечером после того, как моя магия и силы закончились, и мы прекратили издеваться над картинами в особняке фон Мёнерихов. Именно издеваться, потому что и Артур, и Аннора после каждой попытки только и делали, что отпускали шуточки уничижительного содержания в адрес и персонажей картин, и предков Артура, и, самое главное — в адрес друг друга. Меня всё это не задевало, хотя они всё время на меня поглядывали очень странно. Но я только пожимала плечами.

Но как итог — Артур понял необходимое количество магии для подпитки, и, как мне показалось, мы работали теперь весьма слажено. Я не погружалась в картину целиком, выпадая из этого мира, а всё работало как раньше. Персонажи выходили ко мне, и мы обменивались знаками и иногда — небольшими предложениями. Артур сказал, что принимать на веру показания персонажа с картины никто не будет. И уж тем более, это никакое не доказательство вины. Моё присутствие должно просто помочь и, возможно, ускорить раскрытие этого трудного дела. Но не более того. И да, мы проверили. Артур хотел убедиться. Когда кто-то лгал откровенно и без удержу — персонажи с картин давали это понять. Но, всё же, на прямой вопрос ответить они не могли. Так что просто спросить: «Вот он убийца?» у нас не получится.

Артур помог мне выйти из машины и, взяв меня под руку, повёл ко входу. Нас встречал дворецкий. Важный и серьёзный. А ещё он был очень стар. Вот просто невероятно стар. Магия позволяла поддерживать лицо в довольно хорошей форме, и мне было удивительно видеть столько морщин и настолько седую голову. Его старость как бы была даже подчёркнута.

— Доброе утро, Мигель. Давненько мы с вами не виделись, — поздоровался Артур со стариком, как со старым знакомым, а потом повернул голову ко мне и представил его. — Вот, Мария, познакомься. Это — Мигель Сантьяго-Переда. Работает на семейство Альба уже лет двести? Так? — и, дождавшись подтверждающего кивка, Артур продолжил. — Он служил ещё знаменитой Белой герцогине Альба. Той, что покровительствовала Гойе. Ты увидишь этот знаменитый портрет. Он находится здесь, в особняке.

— Точно так, сеньор Мёнерих. Мне поступило распоряжение всё вам показать, так что вы непременно его увидите.

— Зови меня Артур, мы же столько лет знакомы! Ты, как я помню, мне даже один раз коленку заклеивал, когда я поскользнулся тут и упал во время одного из визитов отца?

— Да, помню. Уж очень вы были непоседливым ребёнком, — довольно улыбнулся старик, жестом приглашая нас войти. — Его Сиятельство, герцог Альба, распорядился всячески вам помогать, и сказал, что с ним вы побеседуете завра. А сегодня займётесь местом преступления и слугами. Всё правильно? — уточнил дворецкий.

Мы вошли в дом, и старик куда-то нас повёл. Я вертела головой, с удовольствием рассматривая всё вокруг. А посмотреть и, в самом деле, было на что. Коллекция живописи герцогов Альба была не просто великолепной, она была фантастической. Только вот всё изучить мне не удавалось, потому что приходилось следить за магией и за разговором.

Как только