Я (не) твоя, дракон! - Елена Солт

— Я против! — презрительно кривится Эйзек. — Мы проиграем из-за этой курицы! Она ни бегать, ни летать не умеет!

— Ты не знаешь ещё, что за задание! — Агнес скрещивает руки на груди. — Может, Ханни принесёт нам победу?

— Ха! Ты бредишь, Леро! Да скорее феникс родится!

Обидное сравнение. Фениксы не рождались вот уже сотню лет. Последний из них совсем недавно умер от старости.

Поднимаю глаза и тревожно всматриваюсь в лазурное послеобеденное небо. Нам просто сказочно повезло, что гарпии больше не охотятся стаями. Что война с ними закончена и что мы живём в мирное время. Иначе бы — без шансов.

Самое обидное, что Эйзек прав. Я слабее всех, несмотря на свои старания. Но разве это повод постоянно нападать?

— Заткнись, Минч, — выплёвывает Юэн, глядя на Эйзека с неприкрытой ненавистью. — Хватит уже позориться! Цепляешься к девчонкам, как склочная баба!

— Кто-то что-то сказал? — тянет Эйзек с издёвкой. — Мне прицепиться к тебеее?

— Попробуй, — скалится Юэн, разминая плечи.

Они с Эйзеком начинают сходиться, как нахохлившиеся петухи. Вот только драки нам не хватало!

— Юэн, не надо, — пытаюсь остановить друга, но меня опережает подоспевший мастер Киртис.

— Двести отжиманий каждому, — проговаривает невозмутимо, скрестив руки на груди. — Рискнёте ещё раз устроить у меня на занятии срач — останетесь без Шардена до конца семестра. А если и это вас не угомонит, то вылетите на хрен отсюда! Я никого не держу! А вот лорд Обертон с радостью примет всех желающих! Будете растить задницу, сидя на стульчике и наглаживая волшебные коробочки! Хотите? Легко устрою! Я понятно объяснил? Кстати, касается всех!

Оу, оу, оу! Да у них с Нортаном, похоже, взаимная «любовь»? Раньше я этого как-то не замечала. Впрочем, я вообще мало что замечала, кроме самого Обертона, будь он неладен. Не замечала и не хотела замечать.

А вот сейчас всё иначе. И вместо тёплой ванны у меня холодный душ.

Мастер Киртис строго смотрит на притихших нас. Оставаться без Шардена не хочется никому. Не говоря уже о том, чтобы вылететь с направления.

— Хотите драться — ждите спарринги, — рявкает наставник. — А сегодня у нас полёты! Это всем ясно? Не слышу!

— Даа, — по нашим рядам прокатывается нестройный гул голосов.

— Наконец-то, — цедит Эйзек.

— К вам это не относится, мистер Минч, — проговаривает наставник обманчиво-сладко. — В вашем с мистером Дроу меню отжимания. Приступайте.

Он показывает подбородком на тренировочную площадку с прорезиненным покрытием и уличными тренажёрами. Мне жаль Юэна, а вот блондинистого сноба — нет. И я рада, что Минча не будет рядом во время моего первого полёта.

Выстраиваемся вдоль обрыва, поделенные на две команды, в зависимости от того, какого цвета лента повязана на плече, синяя или красная. У меня красная.

— Проверить, затянуты ли ремни, — мастер Киртис дёргает боевую портупею у себя на груди. — Убедиться в заряде артефакта. Активировать крылья только тогда, когда уверенно стоите! Ночью разбужу — обязаны знать эту последовательность как раз, два, три! Это важно! Особенно третий шаг! Не в полёте! Не в прыжке! Оставьте этот опасный для жизни выпендрёж опытным крылоборцам! Вам я его запрещаю! Всем! Надеюсь, понятно?

— Даа, — отвечаем снова.

— Чтобы открыть крылья, — мастер Киртис касается круглой выпуклой металлической конструкции у себя на груди серого цвета и размером с окружность стакана, — накрываем артефакт центром ладони и отчётливо произносим «крылос»!

В следующий миг у него за спиной, словно по щелчку, вырастают огромные чёрные крылья.

По нашим рядам проносится вздох восхищения.

— Пробуем, — разрешает мастер Киртис.

Почти ни у кого не получается с первого раза. «Крылос» — раздаётся со всех сторон то просяще, то зло.

— Крылос, — произношу и я, не особо на что-то рассчитывая, но в следующую же секунду у меня, одновременно с ещё тремя адептами, раскрываются крылья. — Ой!

— Почувствуйте их, — в лице мастера Киртиса удовлетворение и гордость за нас. — Попрыгайте вверх-вниз, научитесь управлять. Кто уверен в своих силах, прошу, — он поворачивает голову в сторону обрыва, — в свободный полёт. Каждая команда облетает свой колышек и возвращается обратно. Внимание! Задание НЕ на время! Сегодня нет.

Всматриваюсь вдаль и вижу метрах в ста от нашего острова два парящих колышка. Интересно, это иллюзия или они настоящие?

Приближаюсь к обрыву. Мыски чёрных ботинок нависают над пустотой. Несколько разноцветных камешков турмалина падают вниз. Земля внизу едва видна. Извилистые голубые змейки рек. Жёлтые и зелёные квадраты полей.

Один шаг до вечности — проносится в голове. Справа от меня два парня. Слева Агнес. Никто не решается шагнуть первым. А я так устала быть во всём последней! И так поверила в себя! Как же пьянит это ощущение собственной уникальности! Как хочется продлить его любой ценой!

И я спешу. Первая делаю глубокий вдох, затем шаг в пустоту.

6. Я сказал, моя!

Ханни.

Сделав шаг, отталкиваюсь от края и расправляю крылья, интуитивно чувствуя нужный размах, наклон тела и потоки воздуха, на которых планирую.

Разворачиваюсь вокруг оси, подставляю лицо ласковым лучам солнца. Крылья надёжно держат.

Кто говорил, что полёты это сложно? Это шутка такая?

Как опытный пловец чувствует воду, а всадник — коня, так же и крылоборцы чувствуют воздух. Боже, если бы я только раньше знала, какой это кайф!

Это самый лучший момент в моей жизни! Я хочу, чтобы он не заканчивался!

С радостным смехом оборачиваюсь и только сейчас замечаю, как далеко отлетела от парящего острова. Остальные замерли на краю обрыва и внимательно на меня смотрят. Выписываю ещё несколько пируэтов в воздухе, пытаясь ободрить их, показать, что это совсем несложно! Машу рукой, подзывая Агнес. Давай же!

Мастер Киртис смотрит на меня, нахмурившись, и как-то слишком внимательно, но потом встряхивает головой, поворачивается к остальным и поторапливает их. Один за другим адепты делают шаги в пустоту.

А потом случается странное.

Кто-то из них отчаянно машет крыльями. Кто-то висит вниз головой и не может выровняться. Движения рваные, нервные, неуклюжие. На лицах растерянность и страх.

Агнес худо-бедно держится в воздухе и даже поднялась выше остальных, но и её сильно кренит влево, а Питер, долговязый парень с веснушками и огненной шевелюрой, вдруг резко летит камнем вниз.

Мы испуганно ахаем.

Мастер Киртис невозмутимо протягивает ладонь, из которой бьёт серебристая нить, молниеносно достигает адепта, цепляется за ремни на его спине и