Хозяйка ночи - Мартина Коул

Сьюзи лежала в постели в доме матери. Она положила руки на живот и едва сдерживалась, чтобы не закричать. Ее мать просунула голову в дверь и спросила:

– Попить не хочешь? Как насчет чашечки чая?

– Я ничего не хочу. Оставь меня в покое.

Дорин вошла в комнату и попыталась взять дочь за руку. Сьюзи выдернула руку.

– Бога ради, оставь меня, женщина!

Дорин села в кресло и сказала ласково:

– Я знаю, что тебе больно, девочка, но постарайся держаться. Ребенок потребует много сил. С детьми всегда так. Я знаю, что ты горюешь о Бойси. Видит Бог, мне тоже очень жаль его. – Она промокнула тонким платочком уголки сильно накрашенных глаз. – Я любила этого мальчика как собственного сына, упокой Господи его душу.

Сьюзи процедила сквозь зубы:

– Ты не на сцене, мама, кроме меня здесь зрителей больше нет. Что до этого чертова ребенка, то он мне не нужен. Я ненавижу свою беременность, я ненавижу жизнь здесь. – Она закусила губу, чтобы остановить дрожь, и сказала срывающимся голосом: – Я рада, что он мертв. Я ненавидела его. Я ненавидела все, что было связано с ним.

Дорин откинулась на спинку стула, затем встала, подошла к дочери и без предупреждения отвесила ей звонкую пощечину.

– Ты, маленькая сучка! Если эти слова кто-нибудь услышит, у тебя будут большие проблемы. Ты сама стремилась охмурить Бойси, нечего теперь плевать на его могилу. Как вспомню, какой позор нам пришлось вынести из-за того, что мы связались с семьей Каванаг, так бы и удавила тебя собственными руками, но ребенок ни в чем не виноват. Понимаешь ли ты, в какие игры играешь, тихоня с расчетливыми мозгами? Если Бриони услышит твои слова, ты запоешь совсем другую песню.

– Уйди, мама!

– Ну уж дудки! Ты уехала из того прекрасного дома с красивой мебелью. Мы с отцом могли бы переехать туда к тебе и смотреть за ребенком, так нет же! Ты прибежала сюда, как избалованное дитя!

Сьюзи злорадно усмехнулась, когда мать наконец-то выдала себя, назвав настоящую причину своего раздражения. Дорин мечтала, воспитывая внука, жить в огромном особняке и при этом находиться на полном довольствии. Сьюзи давно уже ее раскусила.

– Ты никогда не будешь жить в том доме, мама, говорю тебе это прямо.

Дорин оскалила зубы и произнесла:

– Какая же ты сучка, Сьюзи Рэнкинс, ну и сучка! Как подумаю, что я воспитывала тебя, отдавала тебе лучший кусок…

Звонок в дверь прервал тираду Дорин.

Сьюзи вовсе не считала себя ангелом. Если бы мать знала, сколько ей платили за интервью, ее хватил бы удар. Но у Сьюзи была цель, во имя которой она старалась побольше заработать. Как только она избавится от ребенка, она уедет и начнет жизнь сначала. Фамилия Каванаг, которая так влекла ее, когда она встретилась с Бойси, теперь вызывала у нее отвращение. На нее показывали пальцами, на нее глазели, у нее за спиной шептались каждый раз, когда она появлялась на улице.

Она похолодела, услышав, как мать говорит:

– О, привет, Бриони, заходи. Ты как раз к чаю.

Бриони быстро вошла в комнату.

– Здравствуй, Сьюзи, дорогая.

Сьюзи заставила себя спокойно ответить:

– Здравствуй, Бриони.

Дорин, которой Бриони внушала благоговейный ужас, пошла готовить чай, оставив их наедине.

Бриони села на стул, на котором только что сидела Дорин, и улыбнулась.

– Как ты себя чувствуешь?

Сьюзи закурила сигарету и вымученно улыбнулась в ответ, выпустив большое облако дыма.

– Вроде нормально.

Бриони похлопала Сьюзи по руке, и та вздрогнула от неожиданности.

– Успокойся, Сьюзи, а то можно подумать, будто ты чего-то боишься, – сказала Бриони с печалью в голосе. – Я знаю, ты чувствуешь опустошенность после того, что случилось с Бойси. Он был хорошим мальчиком, мой Бойси. Добрым, хорошим мальчиком. Я так скучаю по нему.

Сьюзи затянулась сигаретой и промолчала.

– Ты давно ходила к доктору?

– У меня все в порядке. Единственное, чего я хочу, – чтобы все это поскорее закончилось.

– Я тебя понимаю, но время пролетит незаметно. Все закончится гораздо скорее, чем ты думаешь.

Дорин ворвалась с чаем и принялась болтать.

– Я говорила, что ей нужно вернуться в свой дом. Здесь нет места для ребенка. Я предложила ей поехать туда вместе. В конце концов, это ведь теперь ее дом, не так ли? – Голос Дорин звучал нарочито невинно.

Бриони на несколько секунд закрыла глаза, сдерживая гнев.

– Да, это ее дом, но, может быть, он слишком о многом ей напоминает? Так, Сьюзи?

Сьюзи заставила себя посмотреть Бриони в глаза и благодарно улыбнулась:

– Да, все так. Я не хочу возвращаться в тот дом. Я не могу смотреть в глаза соседям после того, что случилось.

Бриони отхлебнула чаю и понимающе кивнула.

– Я подумала, может, тебе пожить у меня, пока не появится ребенок?

– Нет, не надо. Я хочу жить здесь, с моей мамой. Я не хочу никуда идти! – В голосе Сьюзи слышалась паника.