Отец моего ребенка - Елена Кутукова

Я слышу, как по залу пронёсся гул. Все удивленно посмотрели на меня, и Денис в том числе. Как и судья. Похоже, подобное у нее нечасто. Антон тоже немного удивлен. Он знает правду и понимает, что именно я сейчас делаю. Порчу репутацию. Это ж кем надо быть, чтобы не знать от кого у тебя ребенок? Впрочем, моя дочь мне дороже, чем чужое мнение небольшой группы людей.

— Их вполне легко решить, — мягко произнес Павел, неотрывно смотря мне в глаза. Мои слова его ни капли не задели. Возможно, он считает, что я просто сейчас хочу причинить ему боль, как и он мне когда-то?

— Я хочу подать ходатайство о назначении генетической экспертизы.

— Могу предложить оплатить судебные издержки сейчас, — голос Павла ласков. Я вновь встречаюсь с ним взглядом. Никаких сомнений в нем нет. Он уверен в своей победе.

— Не стоит, — мягко ответила я и достала заранее подготовленное ходатайство и передала его судье. Не зря его готовила…

Заседание закончилось, все встали.

— Оль, — Павел окликнул меня в тот самый момент, когда ко мне подошел Антон и взял под руку. — Нам нужно поговорить.

— Нам за ребенком пора ехать, — напомнил мне жених. Наверное, не хотел, чтобы я с бывшим разговаривала.

Собственно, не было желания и у меня. Четыре года назад я тоже хотела с ним поговорить, узнать, кто же настроил его против меня, услышать его “прости”. Сейчас уже подробности прошлого меня не интересует, как не интересуют и причины его дурацкой ревности. Главное то, что он не собирается отступать и пропадать из моей жизни.

— Оль, ты хочешь потянуть время? — спросил Антон, когда мы садились в машину.

Улыбнулась.

— Да, но не только это. Я хочу подделать результаты ДНК-экспертизы.

Жених удивленно посмотрел на меня.

— Ты уверена?

— Да, Антон, это единственный выход.

Возможно, когда Катюша вырастет, я расскажу ей правду, и она сама решит. А пока я решаю, что лучше для дочери. Насчет подтасовывания результатов я решила еще вчера. То, что Павел знает, что никакой измены не было, мое решение не изменит. Он не даст мне жить спокойно. Он будет напоминать мне о прошлом, о том, что когда-то было между нами. О том, что лучше никогда не возвращать.

Ребенок слишком хороший инструмент для манипулирования мною. Ради дочери я ведь сделаю все. Это единственный способ вычеркнуть Павла из собственной жизни. Иначе он навсегда поселится в ней. Свидания с ребенком, совместные праздники, где Катюша непременно захочет видеть папу. Павел непременно завоюет доверие дочери, он умеет нравиться людям.

Я молчу о тех вещах, где требуется согласие обоих родителей.

Но это все мелочи по сравнению с тем, что после того, как суд признает отцовство Павла, он будет иметь права на мою дочь, и в случае чего сможет ее забрать. Что может быть страшнее для матери?

Именно поэтому мне нужно было первой подать ходатайство об экспертизе, где указано учреждение, где ее проводят. К моему счастью, суд выбор одобрил, да и Павел оспаривать ничего не стал. Он не ждет от меня подвоха, для него я осталась той девочкой — студенткой, которой так легко заморочить голову.

— Оль, мне не нравится эта идея.

Мне самой она не нравится. Вот только выбора у меня особо нет. Четыре года назад меня легко оговорили, кто знает, вдруг это случится и в этот раз. Только обвинения будут другие.

— Я все хорошо продумала.

Есть знакомые, да и деньги отложены. У меня давно была небольшая заначка, полученная не самым обычным способом. После расставания Павел вернул все мои вещи, включая и подарки, которые он сделал. Мне же хотелось, чтобы в моей жизни как можно меньше напоминало о нем. Как обычно поступают девушки с такими вещами? Выкидывают. Я же многое из этого попросту продала.

— Милая, ну признает суд его отцовство, ничего страшного не случится.

Вздохнула. Хотелось бы мне верить Антону.

— Я буду рядом. Мне самому все это не нравится, да и не хочется видеть твоего бывшего на регулярной основе, но мы ничего с этим поделать не можем. Да и рискованное это дело. Будем решать проблемы по их поступлению. Вместе.

Наверное, если бы я не была пристегнута к сидению, а Антон не был бы за рулем, я бы потянулась его обнять.

Подъехали к садику, забрали ребенка, Антон как всегда усадил ее в детское автомобильное кресло. Сегодня мы не домой. Сегодня мы едем в детский бассейн. В свои три года Катюша уже умеет плавать. Инструктор, с которым она занимается, ее хвалит. Впрочем, ей и самой это безумно нравится. У стойки нас всегда встречает администратор.

— О, вы сегодня с папой.

Антон молчит, но не исправляет. Он здесь впервые, в детском центре не знают, что я растила дочь одна, а я делала все возможное, чтобы таких вопросов не появлялось. Отдала ему пакет с обувью ребенка. Он усадил Катюшу и принялся переобувать. Я молчала, что дочь это и сама умеет. Антон не так часто был с моим ребенком и многого не знает. До определенного момента я считала это нежелательным для Катюши, зачем знакомить ее с человеком, который может исчезнуть из нашей жизни через пару дней. Спустились к бассейну. Я переодела Катюшу, ей уже не терпелось к своему тренеру и в воду. Мы с Антоном удобно устроились на стульях наблюдать. Почему бы не посмотреть на довольного ребенка? Тем более посмотреть было на что: Катюшка бесстрашно прыгала в воду в поисках игрушки, надолго задерживала дыхание и отлично плавала.

— Чувствую, на море с ней будет весело.

Да, мой ребенок воды не боится. Занятие закончилось, снова душ, очередное переодевание. Телефон завибрировал, когда я сушила дочери волосы. Как раз ждала этого звонка — намечался отличный заказ: свадебный макияж невесте, ее подруге, маме и кому-то еще из гостей. Такой терять нельзя, тем более деньги сейчас не помешают.

Наверное, я бы не стала брать трубку, но рядом крутился Антон. Вручила ему фен и расческу и сказала, что нужно срочно ответить. Пришлось подняться на второй этаж — к сожалению в подвале, где находился сам бассейн, ужасная связь. Обсудили заказ, количество клиентов, решили, что уложимся по времени, и еще один визажист не понадобится. Правда, моей маме придется посидеть с внучкой добрую половину дня.

Спустилась к Антону и к ребенку. Они уже устроились на диване и пили чай, проголодавшийся после тренировки ребенок грыз бублики. Правда, на голове Катюшки было черте что.

Антон высушил ей волосы и сделал штук двадцать хвостиков разной высоты и толщины, из-за чего малышка напоминала странного дикобраза. Очевидно, Катюшка попросила заплести Антона хвостики, а мой жених практики в этом не имеет, вот и заплел, что сумел, использовал все резинки, которые нашел в рюкзаке. Заколки тоже все. Задумалась, стоит ли исправлять сие творение сейчас. В конце концов Антон же старался. Непедагогично как-то. Лучше уже дома приведу ребенка в нормальный вид.