Веский довод - Стефани Лоуренс

Конрад рассмеялся.

— Я умею читать инструкции на пакетах от «Зейбарса». У меня в морозильнике имеется солидный запас блюд быстрого приготовления для моих одиноких ужинов.

Доминик возликовала, услышав, что он проводит вечера в одиночестве. По крайней мере, жены и детей нет, что уже неплохо. Интересно, какой у него дом?

— Это действительно очень удобно, — сказал Конрад, въезжая в подземный гараж дома, расположенного в Грэмерси Парк, фешенебельном районе Нью-Йорка. — Зависит, конечно, от движения, но обычно я доезжаю до работы за несколько минут.

— Я не сомневаюсь! — рассмеялась Доминик, имея в виду его роскошный мощный автомобиль и классное вождение.

Настроение у нее было приподнятым. Они весело болтали всю дорогу о разных пустяках, и теперь Доминик с тайным трепетом думала о предстоящем вечере. Скорее всего программа такова: легкий ужин, приготовленный на скорую руку, небольшой разговор, затем она отправится домой на метро. Но, возможно, ради такого случая и учитывая позднее время, она разорится на такси, тем более что ехать не так уж и далеко.

Квартира Конрада выходила на сквер. Доминик подошла к окну гостиной и увидела пару, сидевшую обнявшись на деревянной скамейке. Они были очень молоды и, судя по поведению, влюблены друг в друга. Доминик попыталась представить, что чувствовала бы, если бы у нее была взаимная любовь. Чтобы ее любили не только за то, что она устраивает как партнерша в постели, но и за все остальное, то есть за то, какая она есть.

Доминик грустно вздохнула. В этот момент Конрад крикнул с кухни:

— Не изволит ли мадам взглянуть на меню?

Она быстро пересекла гостиную по толстому мягкому ковру и, когда вошла в кухню, из открытого морозильного шкафа на нее повеяло арктическим холодом.

— Вот это ассортимент! — восхитилась Доминик, разглядывая ряды упаковок, уложенных так, чтобы можно было без труда прочесть на этикетках названия блюд. — У меня такое впечатление, что я стою перед книжной полкой.

— Выбирай побыстрее, а то я голоден как волк, — со смехом попросил Конрад.

Доминик провела пальцем по контейнерам из фольги и ткнула в один.

— Цыпленок по-кентукийски! — обрадовалась она, увидев любимое блюдо. — Можно?

— Так, вынимаем!

Конрад поставил контейнеры в духовку, затем откупорил бутылку, налил вино и протянул бокал гостье.

— За плодотворное сотрудничество! — с наигранной серьезностью провозгласил он, чокаясь.

— Я и забыла, что это деловой ужин, — сказала Доминик, отпив немного вина. — О чем ты хотел поговорить со мной?

Конрад поставил свой бокал на стол, взял Доминик за руки и притянул к себе.

— Я выдумал этот предлог, чтобы провести вечер с тобой. Мне хотелось узнать, какая ты вне работы. Я никогда не смешиваю дела с удовольствием.

Он нежно поцеловал ее в губы и сразу отпустил. На лице у него появилось удивленное выражение.

— Я не думал о поцелуе, но ты выглядела такой соблазнительной, что я не удержался.

— Соблазнительной? — изумилась Доминик.

— Мое воображение тут ни при чем, — доверительно сообщил он низким хриплым голосом.

Как наивно с моей стороны было надеяться, что я смогу сохранить с Конрадом Бартоном чисто платонические отношения! — подумала Доминик. Она вдруг осознала — это было как вспышка молнии, — что ее тянуло к Конраду все то время, которое он проработал у ее отца. Просто она была тогда слишком юной, чтобы понять требования своего пробуждающегося для любви тела. Зато сейчас, будучи женщиной в расцвете лет, Доминик хорошо чувствовала и понимала, что происходило с ней.

Она решила держать себя в узде, чтобы воображение не увлекло ее куда не надо. Доминик не хотела строить никаких романтических иллюзий в отношении Конрада. Пусть все остается по-прежнему. Он — старый друг и коллега по работе. Они иногда могут сходить в театр, в ресторан или на выставки, но потом она неизменно будет возвращаться к своему сыну, к плите и к другим домашним делам.

Когда Конрад обнял ее, Доминик не удивилась. Испугалась, быть может, и, памятуя о том, что ей это не нужно, неожиданно для себя вдруг обнаружила, что льнет к Конраду, как кошечка, наслаждаясь приятной дрожью в теле.

Когда он поцеловал ее во второй раз, Доминик уже не анализировала свои поступки и полностью отдалась во власть его теплых чувственных губ. То, что сейчас происходило между ними, Доминик принимала всем сердцем, а разум просто заставила замолчать. Да и как она могла сопротивляться натиску требовательных мужских губ и рук?

Конрад оторвался от губ Доминик с жалобным стоном.

— Можем оставить все это и…

Однако в этот момент разум Доминик взбунтовался, и она напомнила:

— Ты, кажется, умирал с голоду.

— Да, но… — рассеянно промямлил Конрад, выжидающе глядя на нее.

А у Доминик было одно желание — снова оказаться в его объятиях, хотя она и понимала, что волшебство того мгновения невосстановимо.

Доминик решительно подошла к духовке и резким движением открыла дверцу.

— Позволь мне! — Конрад достал горячий контейнер, выложил его содержимое на блюдо и, поставив на стол, церемонно произнес: — Прошу, мадам.

— Где у тебя лежат ножи и вилки?

Кажется, пронесло, подумала Доминик, решив, что Конрад не собирается больше целовать ее. Мы остаемся друзьями. А я получила то, что хотела, — не вышла за те рамки, которые сама же и определила для себя, исходя из прошлого горького опыта. Но тогда я нарвалась на негодяя, продолжала размышлять Доминик, а Конрад не такой. Он должен быть другим, и, если представится случай, я проверю это. Иначе говоря, если он рискнет сделать еще одну попытку завязать интимные отношения с такой зажатой женщиной, как я.

— Ужин был великолепным, — сказала Доминик, принимая от Конрада чашку кофе.

Она уютно расположилась на диване в гостиной.

— Спасибо! — Он криво усмехнулся и, подсев к ней, с иронией добавил: — Как ты, очевидно, заметила, я горжусь своей изысканной кухней.

Доминик пила кофе и гадала: сделает ли Конрад какой-нибудь фривольный жест, показав тем самым, что не смущен ее холодной реакцией на его поцелуи.

— Джулия ждет, что ты вернешься домой? — неожиданно спросил Конрад.

Доминик не знала, что ответить. Смогу ли я расслабиться, если он снова захочет обнять меня? — спрашивала себя молодая женщина. У меня ведь совсем нет опыта в амурных делах, а Конрад много ездил и наверняка менял женщин как перчатки.

— Нет. Мы договорились, что Чак ночует у нее, а завтра утром она отправит его и Билли в школу.

— Вижу, система хорошо отлажена, — заметил Конрад, и было непонятно, осуждает он подруг или одобряет. — Как ты познакомилась с Джулией?