Мама для сирот - Павлова Павлова

Я решительно ударила камнем по боку печи дважды, а затем скорее бросила разгорающийся камушек в печь. Что странно, огонь не обжег мои руки. Но он точно был горячим. Да что это за диковинка такая?

Я покачала головой, слушая, как трещат дрова в печи. Разгорелись они моментально. Я же тем временем, достали вчерашнюю булку хлеба, что мы не съели во время ужина, и разделила ее на равные части. Для завтрака, конечно, не сытно. Но хотя бы так.

Сегодня срочно надо будет сходить в деревню.

Обернувшись, я посмотрела на Варю, которая все это время не отрывала взгляда от меня. Я улыбнулась, подхватила девочку на руки и отправилась будить детей, чтобы они успели умыться перед завтраком.

***

Дети сначала начали упираться, аргументируя это тем, что мылись вчера в бане. Но я рассказала им ту же историю, что и Еве. Сашка посмотрел на меня скептически, но Егор поверил. Поэтому мальчикам пришлось идти вместе с Евой и Соней. Я удовлетворенно улыбнулась.

Когда все собрались за столом, я поставила перед каждым кружку горячего молока и раздала все по кусочку хлеба. Дети, умытые и чистые, сразу заулыбались. И даже стали похожи на обычных ребят.

Я помогла Варе выпить горячее молоко, давала ей маленькие кусочки хлеба. Сама же пила свою порцию и размышляла о делах, которые стоило сделать уже сегодня.

Во-первых, вычистить последнюю комнату на первом этаже и сделать там игровую для Сони и Вари, чтобы мне не было за них боязно, когда нет времени присматривать за малышками. Во-вторых, стоило наведаться в деревню и расспросить, сколько стоят некоторые продукты. И животные. Я бы предпочла купить хотя бы куриц. А лучше парочку коз и овец. Корову или свинью я не потяну. Первую, потому что она будет дорого стоить. Очень дорого. Вторую, потому что не смогу самостоятельно убить и разделать. Поэтому следовало выбирать что-то попроще. Еще возможно завести кроликов. Но мяса в них не так много. С другой стороны...

— Надя? — голосок Евы отвлек меня от размышлений.

— Да? — я моргнула.

Варя уже допила свое молоко и доела кусочек хлеба. Все остальные тоже позавтракали. И теперь вопросительно смотрели на меня. Лишь Сашка смотрел в сторону, словно бы показывая, что он и без меня знал, что делать.

«Знаю я, что ты все можешь сделать сам, но боишься показаться слабым», — со вздохом подумала я, быстро выпивая свое молоко.

— В таком случае, объявляю небольшое совещание.

Дети удивленно вытаращили глаза. Даже Сашка повернулся, чтобы удивленно на меня посмотреть.

Я достали мешочек с деньгами. Если я собралась жить с этими детьми, то должна научиться доверять им. Как и они мне. А для этого должен кто-то сделать первый шаг. И я, как взрослая, обязана взять эту роль на себя.

— Эти деньги я нашла на себе. Как вы знаете, я не помню ничего, кроме своего имени. Но нам нужны продукты для дальнейшего существования. Я сейчас буду задавать вам вопросы, а вы честно отвечать. Согласны?

Дети неуверенно кивнули. Я кивнула им в ответ. С чего бы начать? Животных заводить пока рановато. Разве что куриц можно. Те сами могут себя прокормить, как и где угодно. Главное сейчас взять семена и саженцы.

Спросить цены у ребят было первым важным шагом. Они точно бы не соврали. Я была в этом уверена. А вот на счет деревенских, такой уверенности не было.

— Сколько стоит мешок картошки? — спросила я, снова сожалея о том, что под рукой нет ни бумаги, ни ручки.

— В городе на базаре я слышал, — тихо сказал Егор, привлекая внимание. — Говорил... три медяка.

— Отлично, — я кивнула. — А остальные овощи?

— Помидоры продаются по десятку штук. Десяток стоит четыре медяка, — сказал Сашка уверенным голосом. — Свекла и баклажаны так же. Морковь тоже идет мешками, но стоит дороже. Пять медяков.

— А семена?

Сашка как-то неуверенно пожал плечами и отвернулся. Остальные тоже промолчали. Я нахмурилась. Этот вопрос придется узнавать в деревне.

— Ладно. А курицы сколько стоят?

— Одна курица стоит около тридцати медяков, — тихо сказала Ева, поправляя Соне погнувшийся рукав сарафанчика.

Я задумалась. У меня в мешочке было две золотые, шестьдесят серебряных и семьдесят восемь медных монет. Это сумму я озвучила вслух. Дети нахмурились. Я не видела в их взгляде жажду наживы. Да и какая нажива? У детей деньги могли спокойно отобрать взрослые. Я это знала прекрасно по себе.

— Отлично, — я кивнула и взяла мешочек с деньгами в руки. — Тогда сейчас... Ева, тут есть одежда для взрослых?

— Есть один сарафан. Но он будет тебе большой, — сказала девочка, с сомнением смотря на меня.

— Ничего страшного. Идти в сорочке в деревню в любом случае хуже. Тогда сейчас я приведу себя в надлежащий вид, и мы с мальчиками отправимся в деревню.

Никто не возразил, поэтому я передала Варю Егору и отправилась вслед за Евой.

Девочка достала старый, потрепанный сарафан из-под лестницы. Там было что-то наподобие чулана. Одежда была пыльной и кое-где заляпанный чем-то черным. А еще у сарафана были короткие рукава и небольшой вырез. Недолго думая, я надела его поверх сорочки и вопросительно посмотрела на Еву.

— Это странно выглядит? — спросила я у девочки и получила неуверенную улыбку в ответ.

— Немного, — честно ответила девочка. — Но в одной сорочке будет неприлично.

— А в сарафане?

— Он потрёпанный и старый. Поэтому все посчитают, что ты надела его ради работы, — со знанием дела провозгласила девочка.

— Замечательно. В таком случае мы пойдем. А вы с девочками помойте посуду. Воду возьми из бани. Она там еще теплая.

— Хорошо, — Ева послушно кивнула.

***

Погода стояла теплая. Градусов двадцать. Ветер был мягким и приятным. Облака неспешно плыли по синему небу. Под ногами мягко шуршала сухая, прошлогодняя трава. И воздух был таким чистым и сладким, что голова шла кругом. Неужели такое действительно бывает?

Я оглянулась на мальчишек. Егор бодро шел за мной. На нем все еще была та старая соломенная шляпа. Сам он был одет в серые брюки и, когда-то белую, а ныне серую майку. На плечах у мальчишки висела рваная рубаха. На ногах ничего не было, и ребенок весело шлепал босыми ногами по пыли. Зато выглядел чистым