Уходи, но останься... - Диана Ярина

— Илюх, ты же на шашлыки едешь. Твоя тоже будет?

Тогда я уточнил, кого он имеет в виду.

— Моя? Это ты про кого?

— Ну, твоя! — округлил глаза. — Тонька моя сказала, что ты с Кариной встречаешься и все у вас серьезно.

— А Тонька откуда это знает?

— От Машки. Машка — от мужа, а тому сказала подруга Карины, Женя. Все в курсе, что у вас роман.

— У нас не роман, пересекаемся иногда.

— Аааа… Ну, так-то я со своей женой тоже иногда… в постели пересекаюсь. Хотя, могли бы и чаще пересекаться, — посмеялся.

Меня словно заело.

Я дотошно выяснил и понял, что слухи о нашем романе начала распускать никто иной, как сама Карина. Тогда и состоялся разговор. Один из первых перед тем, как я окончательно с ней порвал.

Влечение у меня к ней было ровно такое же, как к другим. Приятные встречи без обязательств — мой потолок, и я ни один раз об этом говорил!

Карина вроде бы все поняла, однако потом начала втягивать иначе: одно одолжение, второе. Больше всего меня взбесило, когда она «случайно» забыла, что позвала в гости родных, когда мы были у нее на квартире… Это было запланировано: просьба помочь привезти ей новую микроволновку, немного вина, секс и… оп, приход родственников!

Так я понял, что Карина меня всеми способами в отношения затянуть пытается. Подобные хитрости меня покоробили, и пропало все очарование встреч с довольно горячей женщиной.

Финальной точкой стала некрасивая сцена ревности, которую Карин закатила в кафе, где увидела меня с другой. Тогда я жестко отшил ее и поставил на место.

Казалось, на этом все.

После Карины было несколько других девушек, с которыми я периодически встречался для секса, ни одна из них не имела мне мозг и не претендовала на большее. Им хватало секса и денежного вознаграждения.

Попытки сблизиться со мной Карина не оставляла, действовала через друзей. Именно в это время Дима начал подтрунивать надо мной, сказав, что я обзавелся персональной сталкершой. Карина вылавливала случайные встречи со мной, стараясь появляться в кругу наших друзей все чаще…

Потом она объявила, что беременна.

Детей я заводить не планировал. Ни в близком, ни в далеком будущем.

Принципиально.

Не потому, что я чайлд-фри, но из-за того, что все мужчины в нашей семье, через одного, страдали болезнями сердца.

Очень много смертей в раннем возрасте. Мало кто из мужчин доживал до пятидесяти, включая отца и младшего брата, который умер, когда ему не исполнилось даже года.

Свою позицию я донес четко и, разумеется, отправил Карину на аборт. Она в очередной раз закатила истерику и пропала, по знакомым расползся слух, что она лежала в женской консультации.

Я подумал, что она сделала аборт и уехала, решив пожить у родителей в Минске.

Пауза в сталкерстве пошла бы ей на пользу.

Но как бы не так!

Она не только не сделала аборт, она решила родить.

Несмотря на все мои предостережения, несмотря на плохие анализы.

О том, что врачи предупреждали ее об осложнениях, я узнал позднее.

Потом был поздний звонок, посреди ночи и тихий голос, прерывающийся рыданиями:

— Илья, я родила. Знаю, ты был против, но мне уже тридцать два. Я хотела родить для себя! Он такой красивый и несчастный… Ему срочно нужна операция. Срочно… Илья, ты же говорил, что на короткой ноге с этим знаменитым хирургом, Седовым… Ситуация сложная! Только он может взяться, но к нему не пробиться! Сделай что-нибудь, Илья… Наш сын умирает… Он так похож на тебя! У него твои глаза.

Глава 14

Он

Из воспоминаний о прошлом вырывает голос друга.

— Гляди, тебе встречают!

Я скольжу взглядом по ожидающим, выискиваю Ксению. Если мне доводилось отлучаться ненадолго, Ксюша всегда меня встречала на вокзале или в аэропорту. Всегда! Неважно, в какой час дня или ночи был рейс.

Ищу взглядом Ксюшу… Отдаю себе отчет, что встречать меня она не станет.

Во-первых, травма. Во-вторых, я очень сильно ее обидел.

Нет, не приедет она встречать меня в аэропорт. Но я все равно ищу ее взглядом и испытываю зависть к тем, кого ждут и встречают любимые.

Рядом целуется парочка, я задерживаю на них взгляд. Я мог бы так же сжимать свою жену в объятиях и касаться губами ее губ. Но сейчас я один, один в толпе, заставляю себя идти, тоскуя по утраченному.

Нет, стоп, приказываю себе. Хватит хандрить.

Я во что бы то ни стало верну любимую…

Ксюши нет, однако я слышу кое-что другое.

И радость, и горечь в этих словах:

— Папа! Папа! Па-а-апа!

Поворачиваю голову направо, услышав голос сына.

Давид и Карина.

В руках у Давида — три воздушных гелиевых шара. Они покачиваются над головой сынишки. Белый, голубой и красный. На них радостные надписи:

«С возвращением!»

«Любимому папе»

«Добро пожаловать!»

Карина улыбается, поправив волосы.

Я уставился на нее так, словно вижу впервые.

— Да ты издеваешься! — срывается у меня с губ.

Карина изменила прическу, постриглась покороче и завила волосы мелкими кудрями.

Сбоку от меня откашливается Дмитрий, пытаясь скрыть смех.

Он с первого взгляда понял, на кого пытается быть похожей Карина. Я, конечно, тоже сразу понял, что новая прическа — это неспроста! Но очень напоминает мою Ксюшу.

— Тебе смешно? — цежу сквозь зубы другу.

— Забавно немного. Знаешь, если даже не по любви, но Карине стоит отдать приз за упорство.

— Да пошел ты. Зачем ты сказал ей, когда прилетаем?!

— Я не говорил, — отзывается друг.

— Ах да. Тебе и говорить ничего не надо, ты всю свою жизнь онлайн выкладываешь. Наверняка и фото табло в аэропорту сделал и написал какой-нибудь тупой статус!

Вот только злюсь я не на Диму, на Карину.

Волей-неволей подхожу к ней, Давид спешит навстречу.

Подхватываю его, осторожно прижимаю к груди.

— Как долетели? — сладким голосом интересуется Карина, приобняв сынишку и меня заодно.

Со стороны, наверное, просто идиллия!

Раздражает еще больше.

— Хорошо долетели! — отвечаю сухо. — Давик, а у дяди Димы кое-что для тебя есть…

Отсылаю сынишку к другу. Тот, хоть и бездетный, но умеет ладить с детьми, а еще он постоянно покупает всякую фигню в поездках. Так что у Димы точно найдется в рюкзаке что-нибудь интересное.

Мне просто жизненно необходимо поговорить с Кариной прямо сейчас.