После развода. Бывшая любимая жена - Анна Томченко

Букет тут же оказался у меня в руках.

Адам, причём его ещё с таким недовольным видом мне всучил, как будто бы я его вынудила гулять со своей сумочкой и все вокруг оборачивались и хохотали над тем, какой он бесхребетный подкаблучник.

— Не надо. Девке своей отвези цветы!

— Тебя не спросил, что кому надо возить.

— Ругаться я с тобой не собираюсь. — Произнесла я, глядя ему в глаза.

— Спасибо. Мне наши скандалы обходятся безумно дорого.

Адам дёрнул верхней губой, словно бы у него случился нервный тик, но потом все же выдохнул и произнёс:

— Хорошо. Будем не ругаться, а разговаривать, как два взрослых человека. Честное слово. Я в гробу видал все эти твои игры с клиниками, с косметологией и прочее.

— А, так поэтому, меня не пойми как переоформляют. Не пойми что мне говорят в отделе кадров и вообще ни в какие ворота меня не ставят.

Я была дома, поэтому одета была по домашнему и от пристального внимания бывшего мужа не выдержала и все-таки запахнула на себе длинный тонкий кардиган, который накидывала на плечи, когда садилась что-то делать по работе, чтобы не мёрзнуть.

— Вот именно. Вот именно. Почему к тебе в отделе кадров относятся так, как будто бы ты девочка с улицы? Ты, твою мать, вообще-то хозяйка.

— Хозяйка. — Усмехнулась я, запрокидывая голову, зажала пальцами рот. — Адам, очнись, какая хозяйка? Хозяйка, которая не имеет права подписи, или может быть хозяйка, которая не имеет права уволить управляющего? А может быть, я такая хозяйка, что сама контролирую все рабочие процессы?

— Вот именно. Устинья. Ты ни черта этого не контролируешь, поэтому и хозяйка из тебя выходит плохая, что мне постоянно приходится этим всем оперировать. А если ты не забыла на секундочку, мы с тобой в разводе, если ты не забыла на секундочку, медик у нас в семье ты. Да, я понимаю, косметолог это не то, что медик. Это примерно как стоматолог, но тем не менее все аргументы для управления клиниками на руках у тебя, а не у меня, который знает максимально, как выглядит иголка, которой раны штопают. И я сейчас узнаю о том, что у нас начинаются какие-то проблемы по клиникам. И жена, вместо того чтобы этим всем заниматься, ладно, плевать, ушла на больничный, ничего страшного в этом нет. Беременная женщина, может уйти на больничный. Но тут хуже. Выясняется ситуация, что помимо больничного, жена носится по городу оказывается и снимает помещение. Нахрена ты снимаешь помещение? Тебе этих клиник мало? Ещё одна нужно? Так ты скажи, я тебе в лаунже на северо-заводской отдам верхний этаж: там шикарные кабинеты могут быть с видом на реку. Согласись, крутое место?

Я растерянно взмахнула руками, не понимая, что Адам мне пытался сказать.

— Ты сейчас о чем вообще? Ты сказал ничего не делится при разводе. Ты забрал клиники себе.

— Твою мать. Как я могу забрать их себе, если я просто номинальный владелец, если я даже не понимаю, что там у вас происходит? Клиники полгода на самообеспечении каком-то работают. Я максимально могу разобраться только в бухгалтерских отчётах и то потому, что их проверяет перед этим мой бухгалтер, и пока дело не работает в минус, конечно, у меня нет вопросов. Но извини, когда я узнаю о том, что вместо того, чтобы контролировать то, что уже имеется, жена где-то ползает и пытается ещё что-то новое открыть, для меня это просто ни в какие ворота не лезет. Я реально этого не понимаю.

— Ты не давал мне управлять клиниками.

— Ты даже не пыталась! Я думал это очевидно. Понятно, что если мы разводимся, то все переходит связанное с твоим бизнесом исключительно тебе в руки. Ну, думаю, ладно, первый месяц она сидит наверное в шоке. Второй месяц тоже, наверное, в шоке. Третий месяц— ну, как бы уже можно было бы шевелиться. Ты вроде бы начала шевелиться, стала выходить на работу. Отлично думаю, все, дело сейчас устаканится. Полгода проходит и я понимаю, что она ищет новое помещение. Устинья! Я все могу понять. Если тебе клиники не нужны, скажи. Я найму управляющего главного, он будет это все контролировать. Если тебе клиники не нужны, скажи, я их продам.

Я растерянно взмахнула руками, не понимая, к чему шёл весь этот разговор.

— Ты что мне пытаешься сейчас сказать?

Адам посмотрел на меня и покачал головой.

— Я пытаюсь тебе сказать: во-первых — что у тебя есть клиники. Ты ими не занимаешься, несмотря на то, что у нас нигде в разводе не прописано, кто что получает. Мне казалось, что девчачьи куколки остаются у девочек, мальчишечьи игрушки остаются у мальчиков. Согласись, это закономерно, да?

А я вдруг поняла, что Адам такой лицемер. Адам такая сволочь, что у меня аж слов не нашлось.

— Ты, — выдохнула я затравленно. — ты совсем чокнулся? Да? Когда я думала о том, что получу какое-то право управлять клиниками, в этот момент я натолкнулась на твою вездесущую тяжёлую руку. А сейчас ты мне говоришь, что я просто лентяйка, которая ни черта не делала эти полгода.

Адам поморщился, зажал пальцами переносицу и покачал головой.

— Так, давай будем откровенны. Тебе клиники нужны? Нужны! По глазам вижу нужны. Загрызёшь, если я ещё раз спрошу про то, что продаю я их или нет. В среду после полудня встречаемся и переоформляем документы. Я не собираюсь быть даже номинальным владельцем этой сети.

Он что-то задумал.

Богом клянусь!

Он что-то задумал.

Я подозревала самое худшее, что на клиниках висят огроменные долги и он пытался это втюхать мне.

Глава 19

— Ты чего это притихла? — Резко спросил Адам, делая шаг ко мне.

— А что это ты вдруг так резко переменил свои решения?

— Я передумал, Устинья. Начнём с того, что я и не думал о том, чтобы отбирать у тебя клиники. Я давал логичное время на тот счёт, что ты приходишь в себя. Понятно же?

— Понятно.

— Но когда я смотрю, что уже на протяжении последних нескольких месяцев дело не двигается с мёртвой точки, у меня возникают вопросы. Сегодня я приехал эти вопросы задать. Я никуда не переобуваюсь. Это вполне закономерно и логично, что когда у меня возникли бы непонятки с бизнесом, с той частью бизнеса, которая принадлежит тебе…

— И ты сейчас хочешь его переписать на меня, правильно? — Медленно спросила я,