Долгая игра - Рейчел Рид

Лагерь в Монреале завершил работу, дети разъехались. Шейн был уверен, что все удалось на славу.

— Вам спасибо за тренировки. Готовы повторить на следующей неделе в Оттаве?

— Конечно. Я получил огромное удовольствие. А внезапное появление Кубка Стэнли просто отпад.

— Это все Джей-Джей, к слову, а то вдруг никто не догадался.

Шейн подтрунивал, но был тронут тем, что Джей-Джей использовал свой личный день с кубком (традиция, которая началась с «Нью-Джерси Девилз» в 1995 году, когда каждому члену выигравшей команды, разрешили личное владение кубком на один день — прим. пер.), чтобы порадовать детей в лагере. Свой день Шейн собирался использовать на следующей неделе в лагере в Оттаве и был благодарен за то, что монреальские дети не остались обделенными.

Макс рассмеялся.

— Он упоминал об этом. И пригласил нас сегодня на вечеринку.

— Вы пойдете?

— Естественно. Тебя часто приглашают на гаитянскую уличную вечеринку с Кубком Стэнли?

— Каждый раз, когда мы выигрываем его.

— Ты там будешь?

— М-м… — Шейн посмотрел налево и увидел приближающегося Илью. — Может быть. У меня другие планы, но я постараюсь успеть и туда, и туда, — соврал он.

— Вы говорите о вечеринке Джей-Джея? — спросил Илья.

— Да. Хочешь пойти?

Шейн надеялся, что нет.

— Праздновать победу Монреаля в кубке? Фу. Нет.

Шейн демонстративно закатил глаза, что рассмешило Макса.

— Вы просто очаровательны, — прокомментировал он сквозь смех.

Илья поиграл бровями, глядя на Шейна.

— Мы очаровательны.

У Шейна вспыхнули щеки. Может, они с Ильей были слишком очаровательны? Может, им стоило сбавить обороты?

Он сделал, едва заметный, как сам надеялся, шаг в сторону от Ильи и сказал:

— Хорошего вечера, Макс. Увидимся с тобой и Лией в Оттаве.

Не успел он произнести имя Лии, как та, словно по зову, появилась в конце коридора на пару с Райаном. Подойдя к мужу, она поцеловала его в щеку и спросила:

— Ты готов отчаливать, малыш?

— Да. Давай вздремнем, чтобы потом отрываться всю ночь, хорошо?

Лия уткнулась лбом ему в плечо.

— Я слишком стара, чтобы отрываться всю ночь.

— Тогда до полуночи.

— Идет.

Они ласково улыбались друг другу, Шейн вдруг почувствовал укол зависти, а затем и желание поцеловать Илью на глазах у всех. Только было ли кому-то до этого дело? Райан уже знал…

— Тебя ищет мама, — сообщил Райан. — Она в офисе.

— Ах, да, — ответил Шейн, стряхивая с себя абсурдные мысли, затуманившие ему мозг.

Повернувшись, он быстро зашагал в сторону офиса. И удивился, когда через несколько секунд его догнал Илья.

— Все хорошо?

— Да, — натянуто ответил Шейн.

Илья едва слышно хмыкнул, а как только они повернули за угол, схватил Шейна за запястье и потащил к открытой двери. Это оказалась одна из раздевалок, грязная, отвратительная и очень похожая на ту, в которой они впервые разглядывали друг друга обнаженными более десяти лет назад, когда вместе снимались в рекламе.

Илья закрыл дверь, запер ее и сразу же прижал к ней Шейна. А затем поцеловал его, крепко и уверенно, как будто целенаправленно хотел снять напряжение.

— Лучше? — спросил он, когда они наконец отстранились друг от друга. У обоих сбилось дыхание.

Шейн впился пальцами в бедро и плечо Ильи, а тот запустил ладонь в его волосы.

— Да, — прошептал он в ответ. — Блядь, я так хочу тебя.

— Долгая была неделя, — согласился Илья.

— Мама возвращается в Оттаву прямо сейчас. Дом в нашем распоряжении.

Илья снова поцеловал его, на сей раз так развратно, что у Шейна поджались пальцы на ногах.

Господи, что они делали? Шейн разорвал поцелуй и выдохнул:

— Позже. Не здесь.

— Окей.

Илья отступил на шаг и принялся разглаживать поло Шейна с эмблемой их лагеря.

— Эта раздевалка ничего тебе не напоминает? — спросил Шейн, проводя пальцем по предплечью Ильи.

Ильи изогнул губы.

— Ты вел себя очень непрофессионально, снимаясь со мной в той рекламе.

— Я? Это ты предложил мне…

— После того как у тебя на меня встал.

У Шейна отвалилась челюсть. Он закрыл рот. Потом снова открыл.

— Ты соблазнял меня.

— Соблазнял?

— Да. Играл мышцами и поворачивался задницей…

Илья засмеялся.

— Что?

— Ты знал, чего добивался.

Илья поцеловал его в лоб.

— Может быть.

Шейн положил голову ему на плечо, вдыхая его запах и стараясь не думать, как бы все обернулось… если бы смог контролировать свой член в тот день в душевой. Обнимал бы Илья его сейчас, десять с лишним лет спустя, с татуировкой гагары на руке?

— Я рад, что ты такой выпендрежник, — признался Шейн.

Илья похлопал его по спине.

— А я рад, что ты так легко возбуждаешься.

— Заткнись, — проворчал Шейн, но сам улыбнулся Илье в шею, чувствуя облегчение от того, что оба они подумали об одном и том же.

Глава пятая

— Блин, что мне надеть на это мероприятие? — спросил Шейн из гардеробной.

— У тебя есть кожаная, э-э... Как это называется? Такая, как для лошадей...

— Сбруя. И заткнись.

Илья тихо рассмеялся. Честно говоря, ему не терпелось увидеть, какую одежду Шейн выберет для шоу Фабиана.

— Иди просто в трусах, — предложил Илья. — Только надень солнцезащитные очки.

Шейн высунул голову из гардеробной.

— А ты что наденешь? — Илья как раз поправлял на себе облегающую бледно-розовую футболку. Он купил ее недавно, и она ему очень шла. — Боже.

Шейн обалдел.

— Красивая, правда?

— А твоего размера не было?

Илья улыбнулся. Шейн завелся, и блеск в глазах выдавал его.

— Надень что-нибудь легкое. В клубе будет жарко.

— Хорошо. М-м.

Шейн снова исчез в гардеробной. Через минуту он вышел в стильных черных брюках, зауженных в лодыжках, и светло-серой льняной рубашке, которую не стал застегивать на верхнюю пуговицу.

— Неплохо, — прокомментировал Илья, что было огромным преуменьшением.

Рубашка плотно обтягивала широкие плечи Шейна, а манжеты коротких рукавов подчеркивали рельеф его бицепсов.

— Правда? — спросил он.

— М-м. — Илья притянул его к себе для поцелуя. — Ты выглядишь горячо, — прошептал он, прижавшись к его губам. — Я весь вечер буду думать о том, что сделаю с