Непослушная невеста - Барбара Дэн

Глядя, как он исчезает в темноте, Кэтрин прикусила губу, размышляя над тем, что О'Рурк, безусловно, мог бы попробовать себя на сцене. Мужчина с такой красивой внешностью и со столь волнующим голосом должен пойти далеко.

Вздохнув, она сняла костюм Джульетты и вернула его на вешалку, а затем стала поспешно надевать платье, как вдруг услышала позади какой-то шорох. Решив, что О'Рурк вернулся, она решительно произнесла:

– Раз уж ты снова здесь, не поможешь ли мне застегнуть платье?

Однако ее решимость мгновенно улетучилась, когда вместо Питера в конце комнаты она увидела незнакомого мужчину лет тридцати пяти, который внимательно ее разглядывал. Он держался очень уверенно и – о Боже! – шел прямо к ней.

– А, так вот она какая, наша новая инженю! – Мужчина не спеша оглядел Кейт во всех сторон. – Признаюсь, любому рядом с тобой мисс Салливан покажется старыми объедками.

Кейт крепко прижала к груди лиф платья и возмущенно взглянула на пришельца:

– Сэр, я не знаю, кто вы такой, но…

– Томас Дункан из театральной труппы Сан-Франциско к вашим услугам. – Он насмешливо поклонился, после чего обхватил Кейт за талию и притянул к себе. В тот же момент другая его рука резко рванула лиф вниз, так что ее грудь обнажилась. – Так-так, очень недурно, милашка…

Кэтрин изо всех сил толкнула наглеца в грудь.

– Убери от меня свои грязные руки, подонок! – прохрипела она и поспешно повернулась, намереваясь убежать из костюмерной, но Дункан оказался проворнее. Поймав Кейт за запястья, он завел ей руки за спину и прижал ее к своей бочкообразной груди. – Питер, на помощь! – изо всех сил завопила несчастная, отчаянно пытаясь вырваться.

– Капризничаем, да? Успокойся, милашка, я не сделаю тебе больно, обещаю. – Томас наклонил голову, собираясь поцеловать ее.

– Не смей меня трогать! – Кейт с трудом уворачивалась от его настойчивых губ. – Ах ты, мерзкий, грязный…

Она лягнула его по лодыжке, однако и это не помогло.

– Будь милой со мной, котенок, и я позабочусь о том, чтобы твоя театральная карьера шла успешно, – вкрадчиво пообещал Дункан.

– Идиот! Мама учила меня всегда держаться подальше от таких, как ты!

Перейдя к атаке, Кейт обрушила на голову актера град ударов, медленно, но неуклонно пробираясь к двери. Ей даже удалось ударить его коленом в промежность, после чего Томас Дункан впал в ярость и отвесил ей нешуточную оплеуху. Испытывая скорее испуг, чем боль, Кейт дико заорала: она была уверена, что защищает не только свою жизнь, но и честь.

– Будь ты проклят! – крикнула она и ударила Томаса кулаком в солнечное сплетение.

– Сука! – Споткнувшись, Дункан рухнул на нее.

– А ты – сучий потрох!

– Может, хватит? – послышался от двери скучающий голос. – Дункан, моя невеста всего лишь пытается объяснить тебе, что ты ее не интересуешь.

Актер резко оглянулся и в недоумении уставился на говорящего, пытаясь понять, что связывает растрепанную рыжеволосую девицу, лежащую под ним, с высоким стройным мужчиной, спокойно привалившимся к дверному косяку.

– Черт бы тебя побрал, О'Рурк! Что ты, к дьяволу, делаешь здесь?

– Всего лишь присматриваю за женщиной, на которой собираюсь жениться, – спокойно пояснил Питер и двинулся наконец вперед. – Тебе нужна помощь, моя радость? – Спросил он у Кейт любезно-фамильярным тоном.

Дункан, который чувствовал моменты, когда из драки разумнее выйти, поднял руки в успокаивающем жесте. О'Рурк был выше и, по слухам, хорошо умел работать кулаками.

Между тем Кейт, поднявшись, принялась отряхивать платье.

– Вы что, знакомы? – спросила она, исподлобья глядя на мужчин.

– Отчасти да, – бросил Питер небрежно. – Дункан, ты уже достаточно долго досаждал этой леди, так что проваливай. – Он бесцеремонно указал на дверь.

Обидчик Кейт постарался отступить с таким достоинством, какое только допускали обстоятельства.

– Рад отдать ее тебе целиком, вместе с ирландской вспыльчивостью и всем прочим. – Произнеся эти слова, он повернулся и поспешно скрылся за дверью.

Питер посмотрел на рыжеволосую драчунью с явным восхищением.

– С тобой все в порядке? – вежливо осведомился он.

– В порядке? – Кейт указала на порванное платье и растрепанные волосы. – Я выгляжу ужасно, мое парижское платье погибло, я потеряла одну туфельку – и это называется «в порядке»? Мать мне теперь все уши прожужжит из-за этого конфуза.

– По-видимому, она не одобряет драк? – дружелюбно осведомился Питер и, подойдя ближе, стал помогать Кейт застегивать пуговицы на спине. Увидев на ее плече красные следы от руки Дункана, он наклонил голову и провел по коже языком.

В тот же миг Кэтрин гневно обернулась и попыталась дать ему пощечину, но он успел уклониться.

– И ты туда же?

– Я только хотел поцеловать, чтобы не болело! – Питер ухмыльнулся, но тут же решил, что для одного вечера и так оказалось слишком много приключений. – Где твоя шаль?

– Не знаю. – Кейт беспомощно огляделась.

– Проклятие, я не хотел, чтобы ты так сильно испугалась, – словно извиняясь, проговорил он, после чего помог Кейт найти туфельку, и они, спустившись по винтовой лестнице, вышли из театра.

К этому времени на улице поднялся ветер, стало довольно холодно, и Питер обнял Кейт за талию. Кейт бросила на него унылый взгляд:

– А как же моя шаль?

– Если хочешь, я сейчас за ней схожу.

– Нет, пожалуйста, не надо, не оставляй меня здесь одну! – взмолилась Кейт. – На меня и так все смотрят!

– Ну и пусть. – Питер быстро зашагал вперед, так что Кейт пришлось почти бежать рядом с ним. – Скоро ты окажешься дома, так что не стоит волноваться.

Кэтрин теснее прижалась к нему и спрятала лицо у Питера на плече.

В его сильных объятиях она чувствовала себе легкой как перышко и абсолютно ничего не боялась.

Подойдя к дому Макгиллакатти и поднявшись до середины лестницы, Питер заметил свет газового фонаря и остановился, готовясь сыграть роль, отведенную ему Хоумером, но того, что последовало уже через мгновение, он никак не ожидал.

Гневно взревев, Хоумер Макгиллакатти ударил молодого человека в плечо с такой силой, что все трое чуть не упали с лестницы.

Питер зашатался и выпустил Кейт, но, к его удивлению, она, пытаясь удержать равновесие, тут же вцепилась в него обеими руками.

– Прекратите, что вы делаете?! – гневно выкрикнула она.

Однако Макгиллакатти уже заподозрил самое плохое.

– Дьявол тебя забери, О'Рурк, что ты сделал с моей дочерью?