Танец на закате - Лаура Эллиот

— Должен был уже давно прибыть. Наверно, задержался в дороге, — как-то неуверенно ответил вожак.

— Ненавижу ждать. Но придется…

По дороге в номер Энди оставил в ближайшей мусорной корзине «важные бумаги», а когда вошел, застал Астрид беспокойно мечущейся по комнате.

— Ну что? Что там?

Он бросил на пол рюкзак.

— Нас стерегут. Бригада не дремлет. Предупредили, что мне не позволено уезжать. А твой Пьер задерживается в пути.

— Он не мой, — обиженно скривилась она.

— Теперь не твой, а ведь был когда-то…

— Никогда не был! И что это ты, Куку, вдруг решил поиздеваться надо мной? Мне и без того тошно! — выкрикнула она сердито.

— А мне, ты думаешь, не тошно? Сидеть в этом отеле и ждать неизвестно чего? Лучше расскажи правду, чем ты так ему не угодила? Что такое выкинула, что взбесила его?

— Ничего я не выкинула! Он сам меня довел! Обещал жениться на мне, вешал лапшу на уши, что только меня любит! А я еще на Таиланде видела у него в машине двух шлюх, когда он однажды утром вернулся якобы с очень важного делового собрания! А теперь, когда мы ходили вокруг Аннапурны и ночевали в каком-то гест-хаузе, он стал там подкатывать к одной американке — такой же, по виду, наркоманке, как он сам! — выпалила она горячо.

— Так он наркоман? И как же ты могла с ним связаться?

— А я не знала. Он это скрывал, и я думала, что он просто такой веселый. Всегда улыбается, шутит, придумывает разные истории. Все время счастлив. Куча денег, легко, беззаботно живет…

— Значит, тебя подкупили его веселость и деньги?

— Да нет, не только. Еще хороший секс. И про любовь он красиво заливал, стихи читал и всякое такое… Актером был когда-то. — Ее голос сделался тихим и, казалось, вот-вот надломится. — Ты любишь французскую поэзию, Куку?

— Да, — пробурчал Энди. — Особенно Бодлера, «Цветы зла».

Повисло молчание. А когда Энди наконец поборол какое-то очень неприятное чувство, разъедающее его нутро, и снова посмотрел на нее, то увидел, что она плачет. Молча глотая слезы.

— Ну прости меня, Астрид. Прости, что залез тебе в душу, — сказал он. — Просто вся эта история…

— Я знаю, ты мне не веришь. И мне очень жаль, что ты влип вместе со мной. Ты — такой хороший и добрый…

Энди подошел к ней и положил руки ей на плечи.

— Я все понимаю. И я помогу тебе выбраться отсюда, обещаю.

Она подняла на него заплаканные глаза.

— Обними меня, Куку, — попросила она тихо. — Я успокаиваюсь, когда ты меня обнимаешь. Ты такой надежный…

Он и сам хотел это сделать, потому что чувствовал, что ей сейчас очень нужны его руки, его тепло. Его широкая ладонь распласталась по ее хрупкой спине. Второй рукой он прижал ее голову к своей груди и стал гладить по волосам. По ее русым русалочьим волосам.

— Все будет хорошо…

— Все будет хорошо, — повторила она.

От внезапно нахлынувшей нежности Энди забыл, как дышать. Русалка, вспомнил он. Русалка, которая когда-то увидела в его глазах то, что ни одна другая женщина не смогла увидеть. И теперь он обнимает ее. Кто бы мог подумать?

— У тебя сердце очень сильно бьется, Куку. Ты боишься за меня? — спросила она тихо.

Он через силу вздохнул, чувствуя, как его сердце наполняется безрассудной смелостью.

— Нет, не боюсь, потому что никому не позволю тебя обидеть. Никому, понимаешь?

Она кивнула и снова припала ухом к его груди.

— А еще у тебя урчит в животе. Ты проголодался?

Он усмехнулся.

— Еще бы! Я просто зверски голоден.

— Тогда, может, закажем что-нибудь поесть? Надеюсь, у них тут есть ресторан?

— Да. Администратор предлагал мне.

— Что ж, давай закажем еду и будем надеяться, что нам не помешают ее съесть. — Она осторожно высвободилась из его объятий.

— И правда, чего мы, в конце концов, должны сидеть голодными и ждать, пока здесь появится этот Пьер? Пойдем в ресторан и поужинаем. — Энди взял ее за руку и повел к двери.

Они спустились в фойе и застали администратора сидящим в кресле и клюющим носом. На звуки их шагов он перестал клевать носом и поднял тяжелые веки.

— Чем могу быть полезен? — спросил он, профессионально бодрясь.

— Мы хотели бы поесть. Вы говорили, что здесь есть ресторан, — сказал ему Энди.

— Да, конечно, к вашим услугам. У нас чудесная кухня: индийская, непальская, китайская, континентальная, — сладко пропел тот и вдруг протрубил: — Пракаш!

На зов из дальнего угла фойе появился мальчишка-швейцар, тот самый, который провожал их в номер и нес ее сумку. Теперь его должность была занята молодчиками Пьера и поэтому он тоже, видимо, где-то в креслах клевал носом.

— Пракаш, проводи мистера и мисс в ресторан, — наказал ему администратор и снова обмяк.

— Кстати, есть какие-нибудь новости от мистера Пьера? — снова потревожил его Энди.

— Я звонил ему еще три раза, но безуспешно. Телефон молчит. Скорее всего, плохая связь. Возможно, что-то с машиной не в порядке. Застряли в пути. Уж давно должны были доехать — мистер Пьер и его друг. Но вы не волнуйтесь, за ваш номер уплачено авансом за два дня. Я держу еще один номер для друга мистера Пьера. Надеюсь, они скоро появятся, — выложил он.

Астрид и Энди переглянулись. Администратор порадовал их своей словоохотливостью.

— Ты знаешь, кто этот друг Пьера? — тихо спросил Энди, когда они шли по коридору за мальчиком-швейцаром.

— Не-а, не знаю. Возможно, бизнес-партнер. Они тут наверняка решили обделать какие-нибудь делишки, — ответила она. — Ой, я не могу больше слышать его имя. Давай хоть на время попытаемся забыть о нем, Куку. Пожалуйста.

— Ладно. Давай попробуем.

В конце коридора была стеклянная дверь, которую мальчик Пракаш услужливо распахнул перед ними.

— Ресторан! — объявил он радостно и поспешил удалиться.

Они вошли и тут же были встречены проворным официантом.

— Добрый вечер! Прошу! Выбирайте столик!

Выбор у них был огромный, потому что в ресторане было пусто. Но, несмотря на это, зал был ярко освещен. Ресторан оказался расположенным на застекленной террасе, откуда вела дверь в парк с бассейном.

— Похоже, кроме нас в этом отеле никого нет, — сказала она.

— Если это так, то нам будет сложнее улизнуть отсюда. Давай сядем вон за тот столик в углу. Там уютно, — предложил он.

— Нет, лучше поближе к выходу в парк. Мне хочется посмотреть, что там. — Не дожидаясь его согласия, она направилась к столику, стоящему у двери в парк.