Секретное досье на любимого - Пола Грейвс

Ники Север не ее имя. Он не знал, как ее зовут на самом деле, но Ники Север звучало слишком неправдоподобно. Но, похоже, она и правда работала поваром в местной забегаловке, потому что он почувствовал аппетитный запах оладий и бекона, сохранившийся в ее волосах, когда Ники наклонилась, чтобы проверить его раны.

Она коснулась его запястья чуть ниже того места, где он поранился, освобождаясь от скотча. Ники подняла глаза и встретилась с ним взглядом.

– Это свежее.

Он кивнул.

– Ты поранился, когда пытался освободиться?

– Да.

– Мне очень жаль. Я не должна была так с тобой поступать. Нужно было придумать что-то другое.

– Брать людей в плен не твое обычное хобби?

– Нет.

– Я пошутил, – сказал Даллас, смягчив тон.

– Я бы не стала тебя винить, если бы ты решил, что я психопатка. В этих обстоятельствах. – Она промокнула его свежую рану антисептическим средством, поморщилась, когда он резко вдохнул. – Прости. Я действительно очень сожалею.

– Ты чего-то боишься. – Даллас схватил ее за руку.

Она посмотрела на него, взгляда не отвела.

– Я боюсь за тебя. Мы оба знаем, что ты в беде. И в Риверс-Энд полно людей, с которыми ты точно не хочешь встречаться.

– Ты это уже говорила. Четко и ясно. Я только одного не могу понять: почему ты до сих пор живешь в Риверс-Энд, если так боишься здешних людей.

– Это не я в опасности, – безмятежно возразила Ники, но он на это не купился. За ее спокойными, неторопливыми движениями Даллас чувствовал напряжение.

Может быть, она говорит правду. Может, она действительно боится только за него.

И все же Даллас так не думал.

Она закончила бинтовать его запястье и откинулась на спинку кресла.

– Должно продержаться, пока я не вернусь.

– Ты должна вернуться на работу?

– Нет. Мне нужно проведать больного друга. – Ники отвела глаза, верный признак обмана.

– Друга?

– Одна знакомая женщина. Это длинная история, сейчас у меня нет времени, чтобы рассказывать. – С непроницаемым лицом она упаковала аптечку и встала, отодвинув стул от дивана. – Тебе лучше воспользоваться тишиной и покоем, чтобы немного поспать.

– Хорошая идея, – согласился он.

Ники покосилась на него, ставя аптечку на каминную полку.

– Я уйду всего на пару часов. На обратном пути заскочу за продуктами и приготовлю нам нормальный ужин, – сказала она уже на пороге и закрыла за собой дверь.

Даллас услышал, как в замке поворачивается ключ. Он дождался, когда звук отъезжающего джипа стихнет, и начал медленно изучать дом – что уже делал раньше, когда освободился из подвала. Но на этот раз, вместо того чтобы искать улики, он пытался проникнуться этим местом в надежде лучше понять женщину, которая здесь жила.

Как и простая спальня, остальная часть домика была скудно обставлена вещами, которые с натяжкой можно было назвать личными. Почти вся мебель была старая и не сочеталась друг с другом, никакого шарма в этом не было. Похоже, все было куплено в один прием в комиссионном магазине исключительно из соображений функциональности.

Совсем не такого он ожидал от женщины, которая повалила его на пол на кухне, связала руки и бросила в подвал. Он осматривал дом уже по второму кругу, на этот раз заглядывая в менее очевидные места. Ящики комодов. Закутки. Туалеты.

Если о женщине нельзя составить мнение, бросив поверхностый взгляд на ее жилище, то, возможно, есть потайные места, где хранятся все ее самые темные тайны.

Обойдя помещения во второй раз и не найдя каких-либо укрытий, Даллас остановился посреди ее спальни и осмотрелся, пытаясь понять, где вообще могут быть тайники. Ниша или потайная дверь, что-то, чего он не заметил при беглом осмотре.

Проблема в том, размышлял Даллас, переходя из комнаты в комнату, что он чувствовал себя не в своей тарелке. В ФБР он был специалистом по связям с общественностью, но его мир вращался вокруг компьютеров. Находясь в этом маленьком горном домике без ноутбука и мобильного телефона, он чувствовал, что в отсутствие современной техники может сойти с ума.

Он всегда хорошо разбирался в технике, еще мальчиком в глуши Кентукки, где компьютеры считались роскошью. В школе он подружился с Дэвидом Прайсом, чей отец был компьютерным программистом в университете в Лексингтоне. Дэвид проводил все летние каникулы с отцом, схватывая на лету все, что можно знать о компьютерах.

Он научил Далласа всему, что знал. Дэвид не особо интересовался компьютерами, предпочитая спорт, а позже девочек. Даллас тоже любил спорт и девочек, но язык программирования совершенно очаровал его. Ему нравилось, что мельчайшие изменения – символ здесь, цифра там – могут полностью изменить то, как работает система.

К сожалению, когда пора было идти в колледж, ему не хватило навыков, чтобы получить стипендию для изучения технических наук. Вместо этого он получил гуманитарную стипендию и сосредоточился на поиске работы, которая навсегда бы вытащила его из глуши.

Такой деятельностью оказался графический дизайн: сначала в рекламном агентстве в Вирджинии, где Даллас посещал колледж, а затем, несколько лет спустя, в отделе внешней информации в ФБР. Именно ФБР и особое внимание, которое уделялось там обучению сотрудников, помогли ему вернуться к своей первой любви. Он подружился с некоторыми агентами в отделе по борьбе с киберпреступностью, и те уговорили его пойти на курсы специальной подготовки, которые помогли бы сделать карьеру.

Он никогда не считал, что годится на роль специального агента, компьютеры – это то, в чем он разбирался. Даллас не забыл то, что узнал еще мальчиком, а колледж позволил ему получить новую информацию и приобрести навыки, которые он продолжал расширять и оттачивать в свободное время.

Он был силен в компьютерах, и ребята из отдела по борьбе с киберпреступлениями впустили его в свой круг, как только увидели, что отсутствие практики он восполняет явным талантом и большим желанием. Но он не был агентом. А теперь, благодаря помощнику директора ФБР Филиппу Крэндаллу, уже никогда им не станет.

Даллас вошел в маленькую кухню и осмотрелся, теряя надежду. Если Ники скрывала что-то, – а это наверняка, учитывая то, как она отреагировала на его желание вызвать копов, – то хорошо спрятала. Если бы она хранила какой-то секрет на жестком диске компьютера, Даллас нашел бы его без особых усилий.

Однако женщины, живущие в глуши и отсталые в вопросах технологий, представлялись ему загадкой, которую он даже не надеялся разгадать.

У него заныла спина, ноги стали ватными, и жестокая головная боль, казалось, вот-вот расколет череп. Даллас опустился прямо на пол, прислонившись спиной к камину. Он уже прикрыл было веки, но что-то в узком пространстве между холодильником и шкафом заинтересовало его.