Секретное досье на любимого - Пола Грейвс

– Хочешь присоединиться?

Прогресс, подумал Даллас. Как только она увидела конверт на столе, замкнулась и ушла в себя. Но, видимо, его предложение помощи удивило Ники настолько, что она забыла об осторожности.

– Те парни держали меня взаперти три недели. Они жестоко обращались со мной, пытаясь выбить из меня информацию, которой я не владею. Думаю, что им удалось найти пособников в ФБР, которые будут счастливы, если я не доберусь до Вашингтона, чтобы рассказать свою историю. Поэтому я хочу присоединиться к тебе. Я могу помочь.

– Я не говорила, что мне нужна помощь.

– Ты вообще ничего не говорила, – напомнил он.

– Ты сошел с ума. Ты же ничего обо мне не знаешь. Прочитал мои личные письма от друга и придумал какую-то дикую сказку о том, что я шпионка.

– Тайный агент, – поправил он.

– Какая разница.

Даллас встал и, подойдя к Ники, склонился над ней: интересно, легко ли ее запугать. У него было чувство, что она не из трусливых.

– Если АК означает не Александр Куинн, тогда что?

– Алан Квинси, – ответила она без колебаний.

Нужно признать, она хорошая лгунья. Находчивая и смелая.

– Бойфренд?

– Старый школьный друг.

– Неужели. Какая школа?

– Средняя школа в округе Ридж, штат Теннесси. – Она с безмятежным выражением лица посмотрела на него снизу вверх. – Он был в последнем классе. Я на два года младше. Мы оба ходили в киноклуб.

– Киноклуб.

– Мы получали пункты за то, что смотрели фильмы и писали о них. Полный развод, но в школе никто не возражал. – Она улыбнулась. – Ты бы только почитал мое эссе о символизме в «Дрянных девчонках».

Даллас не смог сдержать улыбку. Ники лгала, хотя у него было ощущение, что она на самом деле написала это чертово эссе по «Дрянным девчонкам», – но это его не раздражало.

Он был прав, черт побери, что она работает на Александра Куинна. Только этим можно объяснить все, что произошло за последние два дня.

Будь она связана с Горной Пехотой, давно вернула бы его парням, от которых он сбежал. Но Ники этого не сделала. И она точно не просто так живет в лесу, потому что связала ему руки и заперла в подвале, чтобы он не сбежал, пока она на работе.

– Почему ты меня заперла?

Она перевела взгляд с конверта, который лежал перед ней, на Далласа.

– Я говорила тебе, почему.

– Чтобы защитить меня.

Ники посмотрела на него долгим взглядом. Потом закрыла лицо руками.

– Черт возьми, – пробормотала она глухим голосом в ладони.

Даллас снова опустился в кресло напротив нее, храня молчание, пока она бормотала себе что-то под нос. Наконец Ники подняла испуганные глаза.

Он сказал ей, что хочет присоединиться. И он не шутил.

Но что-то в ее взгляде подсказывало ему, что это заявление было опрометчивым.

– Ладно, ты прав. – Ее голос дрожал. – Ты прав.

– Можешь уточнить?

Она опустила лицо в ладони.

– Я работаю под прикрытием. Пытаюсь выяснить личность нового главаря Горной Пехоты в Вирджинии.

– Для Александра Куинна.

Она подняла глаза.

– Для Куинна. Для агентства «Врата». Для себя.

– Для себя?

– Слушай, Куинн не в курсе. И я не хочу, чтобы он узнал. Понимаешь? Я не хочу, чтобы он знал то, что я собираюсь тебе сказать.

– Понимаю.

– Почти два года назад я работала конфиденциальным осведомителем для Департамента полиции Нэшвилла. Это длинная история. Я оказалась не в том месте. – Ники покачала головой. – Со мной так всегда.

Я несколько раз ходила на свидания с парнем, который оказался одним из самых крупных барыг в городе. Все полицейские знали, что у него есть где-то магазинчик, но поймать его не получалось. Когда они увидели меня с ним, один из полицейских пригрозил, что позаботится о том, чтобы я пошла ко дну вместе с Блейком – так звали парня, Блейк Риденур. Но я не знала, что Блейк преступник. Я считала его симпатичным, и он обращался со мной как с королевой.