Радости жизни - Ками Дэлтон

Фиби не обратила внимания на то, как он выглядит, сосредоточившись на том, что он видел ее пьяной. Но теперь она заметила, что его грудь была широкой, а подбородок потемнел от отросшей за ночь щетины. Его брюки от костюма полицейского были снова на нем. Да, черт возьми. Красивый мужчина.

Когда ее взгляд наконец возвратился к его лицу, он подмигнул, потом усмехнулся. Проклятье, зачем она таращит на него глаза?

Понимая, что Трейс был очень добр к ней, она постаралась говорить честно.

– Спасибо за заботу обо мне вчера вечером. За то, что ты был здесь на случай, если бы я нуждалась в тебе. – Она пожала плечами, играя с простыней. – И за то, что утешаешь меня. – Фиби повернула голову и посмотрела ему в глаза. – Я помню, что ты так же вел себя в колледже. Пытался ободрить меня, когда что-то шло не так, как надо. Тебе, наверное, просто неприятно видеть грустных людей.

Он положил руку ей на лоб, разглаживая большим пальцем морщинки между бровей.

– Нет, это не так, – сказал он мягко. – Есть люди, которые меня не заботят. Но ты, котенок, всегда должна быть счастлива. Всегда. – Он поцеловал кончик ее носа.

– Почему ты такой милый? – прошептала она.

– Для тебя я всегда такой.

Фиби схватила его запястье.

– Нет, – просто сказала она и покачала головой.

– Ну, Фиби, ты же знаешь, что я хорошо отношусь к тебе. – Он погладил ее волосы. – В этом году мне будет тридцать. В таком возрасте не ставят подножку и не дергают за косички, но в остальном я веду себя по-прежнему. – Он наклонился, будто сообщая ей страшную тайну. – Разве мама никогда не говорила тебе, что, когда маленькие мальчики вырастают, они становятся большими мальчиками?

Фиби вздохнула, отодвинулась от него и снова опустила подбородок на колени.

– Моя мать никогда ничего не говорила мне о мужчинах. Она делает вид, будто они вообще не существуют.

– А-а-а, – сказал он, как будто она только что позволила ему заглянуть ей в душу. Потом он пожал плечами. – Это лучше, чем то, как живет моя мать. Она до сих пор ведет себя так, будто мой старик вот-вот войдет в дверь. А ушел он двадцать восемь лет назад.

Они посмотрели друг на друга и улыбнулись. Трейс хлопнул в ладоши и потер руки.

– Почему бы мне не сварить кофе? – Не успела Фиби ответить, как Трейс прижал губы к ее уху. А потом я буду вести себя как очень большой мальчик.

Тут зазвонил телефон, и Фиби едва не вскрикнула от досады.

Вздохнув, Трейс потянулся под столик и передал ей трубку, потом направился на кухню.

– Алло?

– Фиби, это ты? – спросила Тиффани. – У тебя смешной голос.

– Да, это я, – ответила Фиби. Не желая обсуждать свой голос, она спросила: – Как идет медовый месяц?

– Как будто надо спрашивать! Замечательно, спасибо Тони, лучшему мужу в целом мире. Но вопрос в том, как дела у тебя?

– Довольно хорошо. Твои подруги говорят, что у меня есть немного таланта, и после нескольких репетиций я справлюсь. – Фиби засмеялась, и Тиффани присоединилась к ней. – Барби и Кэнди собираются поработать со мной завтра. Останется еще день, чтобы довести до совершенства мои движения. Между прочим, твои подруги мне очень нравятся.

– Я не знаю, кто ты, но позови к телефону мою сестру. Я имею в виду ту тощую зануду, которая бродит по моей квартире с кислым выражением на лице.

Фиби хихикнула, вскарабкалась на кровать, откинулась на спинку и прикрылась одеялом.

– Ты, Тиффани, плохо воспитанный ребенок. Не знаю, почему я вожусь с тобой.

– Потому, что ты любишь меня и ты лучше всех. Кроме Тони, конечно. – Тиффани вздохнула. – Я знаю, сколько ты сделала для меня, Фиби. – Голос младшей сестры стал мягким. – Но я обещаю, этот раз – последний. Я собираюсь довольно скоро стать мамой, и хочу быть хорошей мамой. Делать для моего ребенка все то, что наши родители должны были бы делать для нас.

– Знаю, милая. И ты будешь лучшей в мире мамой.

– Не уверена, но буду стараться. А Тони будет великолепным папой. Он любит меня, Фиби. Он действительно любит меня. И любит нашего ребенка. Впервые в жизни у меня есть настоящая семья. – Тиффани рассмеялась от счастья.

Комок застрял у Фиби в горле, хотя она была рада за сестру. Когда же и у нее будет то, что уже есть у Тиффани?

– Я счастлива за тебя, Тиффани, – сказала она, и ее голос прервался. – По-настоящему счастлива.

Тиффани засопела и всхлипнула.

– Спасибо. – Потом проворчала: – Проклятые гормоны. Я стала плаксой. – Тиффани высморкалась. – Давай поговорим о твоих делах. Начнем с того, что ты не лучшая в мире балерина и не переживаешь из-за этого. И ты подружилась с танцовщицами. Наверное, это возможно потому, что дражайшая мамочка далеко от тебя, и ты не чувствуешь себя виноватой.

– Подожди, Тифф. – Фиби завела руку за спину и скрестила пальцы. – Мамино мнение уже давно не имеет никакого влияния на мое поведение.

– Ты всю жизнь казалась мне взрослой, и, между прочим, можешь убрать руку из-за спины и распрямить пальцы, – мимоходом заметила Тиффани и затем вернулась к теме их разговора. – Но ты говоришь неправду. Ты знала, что если ты ведешь себя хорошо, то мама и меня оставит в покое. И чаще всего это срабатывало.

– Хорошо было поговорить с тобой, вспомнить молодость. Но давай не будем больше этого делать. – Фиби никогда не горела желанием вспоминать их не очень счастливое детство, и уж конечно не с похмелья, но остановить Тиффани было невозможно.

– Я только говорю, что тебе надо поразвлечься. У тебя и голос изменился с тех пор, как ты уехала из Сан-Франциско. Это хорошо. Я знаю, ты всегда чувствовала себя виноватой из-за того, что мама по-разному обращалась с нами и все такое, но клянусь, Фиби, я оказалась в выигрыше. У меня есть своя жизнь, и у меня есть ты. Но что есть у тебя? Мать, которая никогда не бывает довольной, независимо от того, как сильно ты стараешься? Карьера, которую ты ненавидишь? Скучные парни, которых мама сумела найти тебе?

– Погоди. – Фиби попыталась возражать.

– О, ладно тебе. Могу поспорить на что угодно, ни один из тех кретинов ни разу не перевернул твой мир. – Голос Тиффани стал задумчивым. – Я всегда задавала себе вопрос, почему ты сторонишься настоящих мужчин.

Фиби застонала. Зачем ты меня дразнишь?

– Тебе надо потренироваться, вот и все. – Голос Тиффани вернул Фиби к реальности. – Посмотри там у меня под кроватью. Девочки подарили мне интересные штуки на батарейках. Я ими еще не пользовалась. С моим Тони они, конечно, мне не нужны, так бери все, что захочешь.

– Ты и понятия не имеешь, какое облегчение слышать, что твой фиолетовый друг из-под кровати никогда не был в деле. – Фиби состроила гримасу. – Я случайно коснулась его.

– Фиолетовый можешь использовать и под водой. Фиби натянула подушку на голову.