Сердце обмануть нельзя - Ширли Басби

Она опять опустилась на землю, дрожа от ярости. Это был настоящий грабеж! Все трое сидящих за столом с ее дедом прекрасно знали, что он пьян, но не прекращали игру. Это преступление! Леони взглянула в окно еще раз и совсем рассвирепела, увидав, что перед губернатором лежит уже целая стопка векселей, и следующий вексель деда присоединился к предыдущему. Сколько он их подписал и, самое главное, как их теперь вернуть?

Сурово насупив брови, Леони оглядела темный дворик. Перебрав несколько невозможных вариантов, она пришла к отчаянному решению:

— Я украду векселя у губернатора. Ведь он крадет их у моего дедушки. Это оправдает мой поступок. Я только возвращу деньги обратно.

Приняв решение, Леони расположилась напротив дома, понимая, что вечеринка может затянуться. Ей надо было разузнать, где губернатор хранит свои векселя, а затем при первой же возможности проникнуть в дом, чтобы их украсть и уничтожить. Непростая задача! Но все уже было решено. Она присела и маленькой неподвижной тенью стала терпеливо ждать окончания вечеринки. Временами, рискуя быть обнаруженной, Леони заглядывала в открытое окно и ей казалось, что каждый раз дед протягивает ласково улыбающемуся Гайозо очередной вексель.

«Черт побери! Неужели они никогда не устанут от этой глупой игры?» — раздраженно спрашивала себя Леони.

Дело шло к полуночи, но игроки не собирались отрываться от карт и напитков. Время текло медленно, и уже не раз Леони подавляла глубокий зевок. Она почти уже засыпала, когда вдруг вспомнила о Моргане Слейде. Леони еще раз заглянула в комнату и решила, что напыщенный, грубоватый, неуклюжий мужчина, сидящий напротив Гайозо, по-видимому, не может быть мсье Слейдом. Он слишком стар (ему за сорок) и… толст. А тот, что сидит к ней спиной? Леони успела заметить, что он высок и широкоплеч, с красивой черной шевелюрой и низким приятным голосом. Она сжала губы и, подумав, решила, что это не Морган Слейд! Почему? Да потому, что прошлой ночью мсье Слейд прекратил игру, когда ее дед опьянел. А сегодня этот человек ничего не предпринимает.

Леони ошибалась. Темноволосый мужчина, сидящий к ней спиной, действительно был Морганом Слейдом. А игру он не прекратил просто потому, что понял: Клод Сант-Андре — запойный пьяница, законченный игрок и, кроме того, не желает, чтобы молодой человек вмешивался в его дела.

Возможно, при других обстоятельствах Морган и предпринял бы какие-то усилия для защиты Сант-Андре от Гайозо, но сегодня его беспокоили другие проблемы. Его занимал тот грубый неуклюжий мужчина, которого Леони минуту назад отвергла как претендента в свои мужья, а именно, Джеймс Уилкинсон — генерал армии Соединенных Штатов Америки.

Участие Уилкинсона в вечеринке стало для Моргана неожиданностью. Он не подозревал, что генерал находится в Нью-Орлеане, а если бы знал, то ни в коем случае не принял приглашение Гайозо, желая избежать встречи с Уилкинсоном в неофициальной обстановке. У него возникали трудности в деловых отношениях с Гайозо, но с таким, как Уилкинсон, Морган вообще не хотел иметь никаких дел. Существовало много причин, по которым он не любил генерала. И если некоторые делишки Гайозо лишь несколько отступали от закона, то интриги Уилкинсона всегда дурно пахли.

Появление Уилкинсона в резиденции испанского губернатора в Нью-Орлеане и достаточно близкие отношения между этими людьми, а так же связь Гайозо с Филиппом Ноланом — протеже Уилкинсона, убедили Моргана, что Уилкинсон замешан в темных делах. Впрочем, возможно, в этих делах замешан и Гайозо? М орган не мог дать окончательного ответа. Но за обманчиво ленивым спокойствием его голубых глаз скрывалась упорная работа мысли. Он оценивал ситуацию, отмечая каждый взгляд, движение и нюанс разговора.

Судя по всему, сегодняшний визит Уилкинсона для Гайозо был неожиданностью. Но тем не менее Морган не мог избавиться от ощущения, что встреча между ними не случайна. А если так, то почему оба пытались это скрыть?

Несмотря на присутствие генерала, вечер для Моргана складывался удачно. Уилкинсон относился к нему достаточно хорошо, между Гайозо и Уилкинсоном всегда сохранялись приятельские отношения, и только уже напившийся и почему-то угрюмый Сант-Андре портил компанию. Было уже далеко за полночь, и Морган при желании мог бы вежливо раскланяться. Все три партнера были на несколько лет старше его, и между ними ничего не было общего.

С сожалением Морган признал, что следовало принять приглашение не губернатора, а своего друга Джейсона Сэведжа. Щедрое гостеприимство Джейсона нравилось ему гораздо больше. Между Морганом и Джейсоном был едва ли год разницы, они вместе учились в Харроу, поэтому в компании Джейсона Морган чувствовал себя гораздо свободнее.

«Завтра, — пообещал он себе, — поблагодарю губернатора за гостеприимство и немедленно отправлюсь на плантацию Джейсона. Так и надо было сделать сразу!»

Между игроками велся легкий и беспорядочный разговор. Такими вежливыми и пустыми бывают обычно беседы малознакомых людей. Когда высокие инкрустированные часы в углу пробили час ночи, Морган уже с трудом скрывал зевоту. Клод Сент-Андре к этому времени совершенно пьяный клевал носом, и Морган почувствовал жалость к старику.

Бросив на стол карты, Морган резко встал и сказал:

— Мне бы не хотелось прерывать столь приятный вечер, но я, пожалуй, отправлюсь спать.

Посмотрев на дремлющего Сант-Андре, Морган добавил:

— Я думаю, что мсье Сант-Андре тоже пора.

При упоминании своего имени Клод вздрогнул и затуманенным взором оглядел стоящего перед ним Слейда. Под влиянием алкоголя его голова плохо соображала. Клод помнил, что с этим молодым человеком он должен обсудить что-то очень важное, но из головы все вылетело. С трудом поднявшись на ноги, Клод оперся на стол, чтобы не упасть, и, решив, что поговорит с мсье Слейдом завтра, невнятно пробормотал что-то по поводу приятно проведенного вечера.

По-прежнему ласково улыбаясь, Гайозо позвал своего лакея и, когда тот появился, приказал сообщить слугам мсье Сант-Андре, что их господин собирается отправиться домой. Некоторое время мужчины еще продолжали светскую беседу, пока Клод не ушел, поддерживаемый, как обычно, двумя неграми.

Уилкинсон презрительно вскинул свои блеклые голубые глаза и небрежно сказал:

— Удивляюсь, Мануэль, зачем тебе такая компания? Ты бы мог найти кого-то более соответствующего своему положению.

Гайозо улыбнулся еще шире:

— Возможно, дорогой мой, возможно. Но мсье Сант-Андре когда-то был искуснейшим игроком. Я наслаждаюсь борьбой с ним. — И расплывшись от удовольствия, прикрыв рукой векселя, добавил:

— Он и теперь выигрывает, — тут у Гайозо вырвался смешок, — иногда…

Уилкинсон понимающе кивнул, а Морган, стараясь скрыть свои чувства, спокойно произнес:

— Джентльмены, хочу пожелать вам доброй ночи, — а затем, повернувшись к Уилкинсону, добавил:

— Надеюсь, что мы еще с вами встретимся до моего отъезда из Нью-Орлеана.