Династия любви - Барбара Картленд

Клинт Викхэм ничего не ответил.

Они прошли в комнату для карточных игр, потом в бильярдную и комнату для писем.

Следующей была библиотека, где теперь висели новые бархатные гардины и красовались необыкновенно мягкие персидские ковры, в которых утопала нога.

Она значительно пополнилась новыми изданиями, заменившими некоторые слишком ветхие, потертые книги.

— Я слышал, Ставерли, — сказал мистер Викхэм, — у вас здесь есть самые ранние издания Шекспира и других известных авторов.

— Это верно, — ответил Роби. — Здесь есть каталог всех имеющихся в библиотеке книг, за исключением, может быть, самых новых приобретений.

— Надо бы заглянуть в него.

Роби подал каталог, и мистер Викхэм взял его с собой, когда они покинули библиотеку и направились в Голубую гостиную.

Клинт Викхэм внимательно все осматривал, но практически ничего не говорил.

Они вернулись в Большую гостиную, и тотчас подали чай.

Американец взглянул на часы.

— Я думал, Мэри-Ли будет здесь к этому времени, — заметил он.

— Вы же сказали, к половине пятого, — поспешно напомнил ему Патрик.

— Да, конечно, — кивнул мистер Викхэм. — Я просто боюсь, как бы они не заблудились.

— Уверяю вас, кучер весьма надежный, — успокоил его Патрик. — А ваша дочь была бы очень расстроена, если б не пошла на обед, который маркиза устроила специально для нее.

— Да, конечно, — согласился мистер Викхэм. — Это очень мило с ее стороны. И тем не менее мне бы хотелось, чтоб Мэри-Ли приехала сюда вместе со мной.

Роби едва заметно усмехнулся.

Однако, чего стоило Патрику организовать этот обед у маркизы Барминстра специально для Мэри-Ли.

Ее младшая дочь была ровесницей дочери мистера Викхэма, но необходимо отметить, что имелась еще и старшая, которой исполнилось восемнадцать.

Леди Петиция была представлена Клинту Викхэму почти сразу по его приезде в Лондон.

Патрик не сомневался, что он увлечется ею и ему не придется тратить время на поиски других невест.

Но, несмотря на то что девушка и в самом деле была хорошенькая, она не произвела на американца никакого впечатления.

И чтобы держать его неподалеку, Патрик уговорил маркизу сконцентрироваться на Мэри-Ли.

Таким образом праздник был устроен специально для нее, и приглашения удостоились несколько ребятишек ее возраста.

Но так как Мэри-Ли должна была уехать за город, обед пришлось перенести на первую половину дня.

Для пущего веселья пригласили фокусника и организовали шоу.

Каждый ребенок получил кучу подарков.

Роби подумал, что Патрика, который устроил это празднество, вряд ли кто-нибудь поблагодарит — все почести достались маркизе и ее детям.

— Пойду посмотрю, может, они, едут. — Патрик вышел из гостиной.

— У вас действительно очень милый дом, — сказал Клинт Викхэм, когда они остались вдвоем.

— Сейчас он выглядит так благодаря вам, — улыбнулся Роби. — Но примерно таким же он был, когда его только построили.

Неожиданно он засмеялся, внося существенное дополнение:

— Конечно, кроме тех десяти ванных комнат, от вида которых наверняка у дедушки волосы встали бы дыбом.

— Только десять? — поднял брови Клинт Викхэм. — Я думал, нам понадобится несколько больше.

— Их можно добавить позднее, — быстро произнес Роби. — И, уверяю вас, оборудовать их было очень нелегко, учитывая, что здесь почти никто прежде не видел ванных комнат.

— Завтра вы должны показать мне все имение, — продолжал мистер Викхэм, как бы не слушая собеседника.

— Да, конечно, — согласился Роби. — А еще я подумал, может, вы захотите построить здесь небольшой стадион для конных забегов.

Он посмотрел на мистера Викхэма, но тот не собирался ничего говорить.

— Я видел, как вы заинтересовались этим, когда вчера за ужином лорд Бирхэм рассказывал о своих бегах, — продолжал Роби. — Там за загонами достаточно земли, и она плоская. Бот я и подумал, а почему бы нет; ваши лошади наверняка по достоинству оценят это.

— Патрик сказал мне, что вы приобрели несколько чистокровных скакунов, — молвил Клинт Викхэм. — Я хотел бы их увидеть.

— Лично мне они кажутся великолепными, — ответил Роби. — Но, конечно, это мое субъективное мнение.

Затем, будто бы невзначай вспомнив, он добавил:

— Да, кстати, гувернантка, которую Патрик и я наняли для вашей дочери, очень хорошая наездница. Мы решили, это умение ей, несомненно, пригодится, чтобы сопровождать вашу дочь на конных прогулках.

Клинт Викхэм не успел ничего ответить, потому что в этот миг дверь распахнулась и Патрик воскликнул:

— Она здесь!

Американец сделал всего несколько шагов к выходу, когда маленькая девочка вбежала в гостиную.

— Папа! Папа! — кричала она. — Я приехала!

Она подняла ручонки вверх, и Клинт Викхэм закружил ее, легко оторвав от попа.

— Я уже начал волноваться, а вдруг вы заблудились, — остановил он кружение, взяв малышку на руки.

— Нет, мы ехали очень быстро!

— Ну как, тебе понравился праздник? — спросил он.

— Нет, не очень, — сморщила носик Мэри-Ли. — Все дети были какие-то нудные, а ведущий какой-то несмешной. В Нью-Йорке мне нравится больше.

Викхэм рассмеялся.

— Ты слишком маленькая, чтобы быть критичной, — укорил он ее.

Он опустил Мэри-Ли на поп, и та посмотрела на него снизу вверх, наклонив головку набок.

— А что значит ки-ти-чной? — спросила она.

— Это значит замечать ошибки других, — ответил отец.

— Да нет, я сказала им:» Спасибо, все было очень интересно»— как ты говорил мне.

— Ну и молодец! А теперь садись и попей чаю, настоящий английский чай с холодным пирожным и горячими пшеничными лепешками, — улыбнулся Клинт Викхэм.

— Горячие пшеничные лепешки? — повторила Мэри-Ли. — А какие они?

— Это шотландские лепешки, — объяснил Гоби, прежде чем Викхэм успел ответить. — Я вижу, твой папа учит тебя всему!

Но Мэри-Ли его не слушала.

Она сорвала с себя капор и швырнула его на стул, а потом стала пробовать булочки, лежавшие на столике.

В эту минуту в гостиную вошел Патрик.

— Я приказал, чтобы горничную, сопровождавшую Мэри-Ли от маркизы, напоили чаем в комнате управляющей, а затем ее проводят обратно в Лондон, — сообщил он.

Клинт Викхэм взглянул на дочь.