Хочешь быть принцессой? - Люси Монро

– Не глупи, Томазо, – произнесла Мэгги.

– Мне нравится твой американский акцент и то, как ты произносишь мое имя, – Томазо подошел почти вплотную и обнял ее за плечи.

– А твой акцент появляется только тогда, когда ты волнуешься. Я бы сказала, что в такие мгновения ты говоришь иначе.

– Как? – Он, казалось, в самом деле заинтересовался, но при этом не переставал нежно поглаживать ее плечи.

– Твоя речь становится официальнее, хотя и сейчас ты говоришь так же, – размышляла она вслух, пытаясь не выдать своего волнения.

– Еще в университете я приложил немало усилий, чтобы моя речь не слишком отличалась от речи сокурсников. Но итальянский язык – основной на Королевском острове. Фонетика моего родного языка, согласись, несколько отличается от твоего.

– Однако здесь все говорят на английском языке.

– Наша маленькая страна расположена близко от США, поэтому здесь так распространен и английский язык, – произнес Томазо.

– На острове Скорсолини я этого не заметила. Там такой удивительный дворец, фрески в зале для приемов прямо как в Сикстинской капелле.

– Семья Скорсолини родом с Сицилии, а сицилийцы отличаются от других итальянцев.

– Теперь понятно, откуда такая надменность, – сказала Мэгги, а он рассмеялся, заставив ее вздрогнуть. – А мне так нравится твой смех…

– Я думал, что ты любишь меня.

– До чего же ты самоуверен! – Мэгги отвернулась и посмотрела на темный океан.

– Нет, я просто мыслю логически. Прошлой ночью ты могла отдаться только Тому Принсу – и все почему? Да потому, что только и мечтала обо мне. Ты отвечала на мои ласки, как давно любящая женщина. Ты по-прежнему очень невинна, так как еще не познала наслаждения.

– Я не хочу это обсуждать, – сухо произнесла Мэгги.

– В следующий раз все будет намного лучше, – Томазо большими пальцами пытался осторожно повернуть лицо Мэгги к себе.

– Следующего раза не будет!

– Будет, – он взглянул на Мэгги, и ее в который уже раз поразило выражение уверенности на его лице. – Теперь ты моя.

Не дав ей возможности протестовать, он поцеловал ее. Тело Мэгги обмякло от прикосновения его губ. Когда Томазо прервал поцелуй пальцы ее рук лежали на его затылке, а сама Мэгги, забыв обо всем на свете, все крепче прижималась к принцу. Он прав, она всегда принадлежала Томазо, только вот не собиралась этого признавать, уж очень он был самоуверен.

– Если я твоя, значит, и ты принадлежит мне, – уточнила она.

– Конечно.

– Ты серьезно? – Мэгги в потрясении посмотрела на него.

– Почему нет? Брак требует усилий и выполнения обязательств с обеих сторон.

– Я не имею в виду брак! Ты такой же упрямый, как и ранее!

– У меня свое мнение.

– И ты считаешь, что все должны его разделять, – она легко высвободилась из его объятий.

– Вот увидишь, ты обнаружишь, что у нас одинаковые планы в жизни.

– Ты оставишь разработку шахт и ювелирное дело и займешься детским садом? – спросил Мэгги.

Томазо рассмеялся и пошел вперед, вдоль пляжа. Боже, как же он спокоен! В отличие от нее.

– Почему ты не сказал Терезе о нашем давнем знакомстве, когда она нанимала меня? – догнав его, потребовала она ответа.

– Я очень хотел, чтобы ты приехала, и боялся получить отказ: сомневался, что ты примешь мое приглашение, зная, кто я.

– А зачем я так понадобилась тебе в роли няни? – осведомилась Мэгги.

– У меня был план – найти подходящую мать для моих детей и приемлемую жену. После встречи с Лианой я потерял голову и женился – она была красива и чарующа. Однако Лиана оказалась плохой матерью. И, планируя свой будущий брак, я меньше всего думаю о любви, – в голосе Томазо слышалось презрение. – Мне нужна ответственная женщина, которая станет выполнять свои обязанности в отношении меня, детей и страны. Я помнил, насколько ты была предана делу, когда работала на меня. Именно ты подходишь мне в качестве жены. Но вдруг ты изменилась? И я решил вызвать тебя сюда, чтобы проверить свое предположение.

Мэгги всю затрясло. Он хочет жениться на ней, но не желает любить!

– Ты, должно быть, шутишь?

– Я не шучу такими важными вещами, – Томазо остановился и посмотрел на нее. – Мне надо испытать тебя: понаблюдать, как ты будешь обходиться с моими детьми, какое влияние окажешь на них, как они отнесутся к тебе.

– А я-то голову чуть не сломала, задавая себе вопрос, отчего прислуга постоянно обращается ко мне за советами? Значит, ты проверяешь мою пригодность к роли будущей принцессы? Тогда твой разговор о браке немного преждевременен, не так ли? Может, ты захочешь провести еще какие-то испытания?

– Все изменилось прошлой ночью. Я хотел подождать с проверкой взаимной страсти, но не смог, потому что не соображал здраво. Я не спал весь день, в самолете принял таблетки от укачивания, а затем выпил спиртное, чего делать была нельзя категорически.

– Так ты был пьян?!

Значит, ей не показалось, что он произносил слова заплетающимся языком. Томазо занимался с ней любовью только потому, что не мог рассуждать благоразумно!

– Не совсем пьян, – уточнил он.

– Однако был близок к этому состоянию, – Мэгги скрестила руки на груди, снова чувствуя себя одинокой. – Ты знал, что я лежу в постели прежде чем забраться туда?

– Да.

– Зачем тогда это сделал?

– Я слишком устал, чтобы искать другую кровать.

– Видно, не слишком, раз соблазнил меня!

– Я пожелал тебе спокойной ночи, а ты мне ответила. Я не могу объяснить, зачем поцеловал тебя… В то время мне казалось это разумным, – Томазо словно оправдывался. – Согласись, наша близость была предначертана…

– Вряд ли здесь вмешалось провидение. Я не подхожу тебе, и никогда не подходила, я ведь не похожа на Лиану.

– Чему я и рад! Она привнесла в мою жизнь больше разногласий, нежели радости. Брак Лианой не дал мне семейного счастья. Ей не нравились наши правила и наш народ, она проводила с детьми мало времени. К тому же упрекала меня в том, что я слишком много работаю, однако ее никогда не оказывалось дома, когда я приходил. Настоящее семейное счастье я испытал, когда ты служила у меня домработницей. Тогда почему я женился на Лиане, спросишь ты? Ее красота ослепила меня, но теперь симпатичное личико и стройная фигурка уже не так легко увлекут меня.