Стеклянная свадьба - Изабель Вульф

– Да, – хрипло ответила я. – Я хотела этого. Хотела, – прошептала я. – Мне давно уже было интересно, а что, если?..

– И мне. И мы выяснили. Но «если» не сделало нас счастливее, ведь так?

– Так, – пробормотала я. – Не сделало.

– А теперь мы счастливы? Моя злость улетучилась.

– О да, – сказала я, и глаза защипало. – Я счастлива, – добавила я, а Питер привлек меня к себе.

– И я, – сказал он. – Я счастлив, потому что у меня есть ты и моя вера. Так что, пожалуйста, не сердись, милая. – Я кивнула. – Потому что мы снова вместе. Мы снова вместе, – повторил он, обнимая меня. – Не знаю, навсегда ли, – добавил он. Я посмотрела на него. – Но основания для этого есть. Знаешь, как это ни странно, Лили, возможно, оказала нам услугу, – сказал Питер, и прижал меня к себе еще крепче.

– Да, – улыбнулась я. – Возможно, ты прав.

* * *

В половине четвертого утра запищал будильник, и я выскользнула из постели; Питер заворочался, но не проснулся. Все как раньше, подумала я, глядя на него. Вот он спит, и словно не было этого года, врезавшегося клином в нашу жизнь, словно это был дурной сон. Принимая душ и одеваясь, я думала о том, что сегодня годовщина нашей свадьбы. Сегодня нашему браку исполняется шестнадцать лет. Я оставила поздравительную открытку на подушке, чтобы Питер нашел ее, когда проснется, обняла Грэма и спустилась к машине.

Приехав на работу, я улыбалась коллегам направо и налево, пока шла к своему столу, потом выпила, как обычно, двойной эспрессо и включила компьютер с радугой на заставке. Я подумала, вот моя радуга. А чтобы увидеть радугу, вспомнила я, нужно повернуться спиной к солнцу. Я снова счастлива, думала я, просматривая газеты. Теперь я в этом уверена.

На первой странице «Таймс» я с удивлением обнаружила небольшую статью о Лили. «Новая улучшенная версия журнала „Я сама"» – гласил заголовок. Лили Джейго, главный редактор журнала «Я сама», призывает своих коллег-издателей поменять глянцевые обложки на матовые после того, как с ней произошел несчастный случай – она поскользнулась на обложке журнала «Вог». Лили Джейго представляет новый тип матовой обложки, которая сохранит все сияющие оттенки красок. Я улыбнулась, перевернула страницу. И увидела фотографию Роури Читем-Стэбба. «Судится знаменитый адвокат по бракоразводным процессам». Я пробежала глазами статью. Роури Читем-Стэбб… прославившийся своей бульдожьей хваткой… обвиняется в нарушении профессиональной этики. Почему? Что такого он мог натворить? Как стало известно, он неоднократно вступал в интимные отношения со своими клиентками. О боже. Уильям Томпсон подал жалобу в суд, заявив, что одно дело – состоять с его женой в любовной связи, и совсем другое – требовать деньги за проведенное с ней время. Теперь я взялась за другие газеты – информация уже просочилась в желтую прессу. «АДВОКАТ ИМЕЕТ КЛИЕНТУРУ» – издевалась «Сан», цитируя слова мистера Томпсона, заявившего, что, так как он оплачивает счета по бракоразводному процессу, он не желает быть использованным дважды. На сегодня запланировано слушание в суде, – поясняла газета. Я почувствовала жалость к Читем-Стэббу. С другой стороны, я совсем не удивилась: в известном смысле к нам ко всем он относился как к «своим» женам.

Когда я проснулась в обед, я позвонила Питеру. Он уже читал газеты.

– Бедняга, – сказал он. – А с тобой он не заигрывал?

– Сожалею, но должна признаться, что нет.

– Ах, как жаль, дорогая, но ничего, не расстраивайся. Кстати, Фейт, – добавил он, – ты точно уверена, что он отозвал наше заявление по окончательному решению суда?

– Да, иначе и быть не может, – сказала я. – Он знает свое дело.

– Возможно, но лучше все-таки позвони его заместителю и уточни.

– Хорошо, – согласилась я. – Позвоню.

И я позвонила в приемную Роури Читем-Стэбба. Секретарша сказала, его нет на месте.

– У него сегодня довольно трудный день, – тактично объяснила она.

– Конечно, – сказала я. И спросила, нет ли кого-либо, кто заменяет его на время и мог бы мне помочь. Она ответила, что да, есть адвокат, которому известно о моем деле, но он только что ушел обедать.

– Видите ли, – сказала я, – я просто хотела убедиться, что мистер Читем-Стэбб успел получить мои указания по поводу отзыва бумаг об окончательном решении суда.

– О, я уверена, что все в порядке, но единственный человек, который мог бы ответить на все ваши вопросы, это мистер Блейк, а его не будет до половины третьего.

Так что я выгуляла Грэма, потом сделала небольшую уборку. Я заново разложила вещи Питера в шкафу, повесила его пальто на вешалку в холле. Запустила посудомоечную машину, добавив последние капли финского ополаскивателя для посуды, выигранного год назад. Наконец, достала из стола нашу свадебную фотографию, протерла ее и вернула на старое место. И мысленно завязала узелок, чтобы не забыть починить то самое зеркало-солнышко, которое подарила Лили. Солнце вернулось в нашу жизнь, поняла я. Оно снова светит нам. Дождавшись половины третьего, я позвонила мистеру Блейку.

– Понимаете, мы с мужем помирились, – изложила я суть дела. – Так что три дня назад я оставила сообщение мистеру Читем-Стэббу на автоответчике. Я просила его отозвать заявление об окончательном решении суда, которое, по моим подсчетам, должно было бы вот-вот состояться.

– Давайте посмотрим. Так… предварительное решение по вашему делу датируется двадцать вторым ноября, – начал он, – так что прибавляем ровно шесть недель и один день, плюс три праздничных дня, – продолжал он, – получается… шестое января.

– Шестое января? – повторила я. – Но это сегодня.

– Ммм, да, – сказал он. – Совершенно верно.

– Что ж, в этом случае мне непременно нужно узнать, отозвал он бумаги или нет. Собственно, поэтому я и звоню.

Я услышала шорох переворачиваемых страниц – мистер Блейк просматривал папку с нашим делом.

– Честно говоря, – услышала я, – здесь нет никаких пометок о том, что он выполнил ваши указания. Более того, судя по всему, я могу с уверенностью сказать – он этого не сделал.

– Что?

– Ответ отрицательный.

– Он ничего не сделал?

– Боюсь, что нет, миссис Смит.

– Но я не понимаю, – дрожащим голосом сказала я. – Я же оставила ему сообщение три дня назад, я четко сказала, что дело должно быть срочно остановлено.

– Что ж, мне очень жаль, миссис Смит, но похоже, дело не было остановлено. Клиенты редко, крайне редко меняют свое решение на этом этапе, и в любом случае у мистера Читем-Стэбба чрезвычайно много работы.

– Да, – сказала я, – знаю. Но это было очень важно, – добавила я. – Видите ли, мы с мужем больше не хотим оформлять развод.

– Что ж, мне очень жаль, – повторил он, а я запаниковала. – Ваше заявление уже ушло. Оно было отправлено в суд сегодня утром.