Ты родишь мне ребенка - Вероника Колесникова

— Сходи в поликлинику, — советует он мне.

Я закатываю глаза и отключаю трубку. У меня нет сил даже на то, чтобы дойти до туалета, не говоря уже о том, чтобы идти в государственное учреждение с обезумевшими от усталости и ожидания в очередях женщинами.

Однако нахожу в себе остатки сил для того, чтобы дойти до кухни и выпить лекарства. Хочется выпить всю воду из холодильника, приправить ее льдом, но разумом понимаю, что станет только хуже.

Я снова бухаюсь в кровать, заворачиваюсь в кокон из одеяла, через какое-то время зуд отступает и мне становится жарко.

«Камал, Камал», — шепчу я в бреду. Зову зачем-то, как ведьма призывает демона на защиту. И через мгновение кажется, что меня гладят по голове какие-то руки, кто-то убирает локон со лба, который скатился и путается в ресницах, обтирает щеки прохладой.

Эти манипуляции, простые и бесхитростные, пышут заботой и нежностью, и мне кажется, что разверзся ад и из него пришел тот, кого я звала. Но вот только что он захочет за свою помощь? Действительно забрать мою душу? Заключить сделку о том, о чем говорит не первый раз? Подпишет контракт на меня, а после сожжет?

Я вздыхаю, ворочаюсь, чтобы найти место прохладнее.

Жара спадает, дыхание приходит в норму, состояние выравнивается. Перед глазами перестают прыгать и крутиться разными цветными фигурами люди, фигуры, предметы. Наступает долгожданное успокоение, покой, который окутывает теплым и мягким шарфом в непогоду.

Я открываю глаза и поворачиваюсь. Мне нужно поблагодарить своего персонального демона за то, что он оказался вовремя рядом, за то, что взял на себя удар болезни и принял с ней бой.

Но…

В кресле прямо возле кровати, освещенным одним легким ночником, я вижу Игоря. Он устало откинулся на спинку кресла и дремлет. Галстук съехал на бок, пуговицы рубашки сверху расстегнуты. На тумбочке рядом с кроватью – множество разных пилюль и пузырьков, использованный шприц.

Моим спасителем и помощником, проводником из мира темноты в мир света стал муж. Игорь.

Мне становится стыдно – все это время, что я металась в бреду, призывала не того, совершенно не того.

Я бью себя легонько по губам, надеясь, что он не слышал моих призывов о том, кого призывать не следует. Откидываюсь на подушки и лежу, думая о том, где я свернула не туда, и как так получилось, что мне пришлось оказаться в таком странном и интригующем положении, когда впервые за много лет я почувствовала тягу к мужчине, который не должен быть моим…

А через несколько дней Игорь будит меня с утра поцелуем. Проводит рукой по волосам и хмурится.

— Что такое? Что-то случилось? — спрашиваю его. После моей внезапной болезни, которая взялась из ниоткуда и пропала в никуда, я стараюсь во всем предугадать его желания, сделать все, только бы заглушить муки совести, которые периодически просыпаются во мне от того, что в самый темный свой час я думала не о нем, а совсем о другом человеке.

— Все в порядке, Оксана, — но смотрит на меня он так, будто бы все на самом деле не в порядке.

Я вымучиваю улыбку. Какой-то странный молчаливый диалог ведется между нами, но его значения осознать я не могу.

— Ты сегодня вернешься поздно?

Он качает головой, задумчиво проводит между своими пальцами прядь моих длинных волос.

— Игорь, не пугай меня.

Он тут же встряхивается, будто скидывает с себя непонятный морок, и улыбается.

— Оксан, не бери в голову, все нормально.

Я беру его ладонь, притягивая к губам, легонько касаюсь.

— Ты не хочешь поговорить со мной?

Он пожимает плечами.

— Все нормально. Просто…Думаю, пришло время для моего сюрприза. — Он говорит о подарке, но в глазах нет радости и света. Даже наоборот, они темнеют, как если бы ему пришлось сообщить мне неприятную или даже трагичную новость. — Все скажу тебе вечером.