Ты родишь мне ребенка - Вероника Колесникова

И я делаю свой выбор! Потому что прямо здесь и сейчас другого быть не может. Меня захлестывает это странное состояние, я будто пьяна перспективами, которые открываются передо мной его легкими ласками и уверенными движениями тела.

Я оборачиваюсь к нему лицом. Провожу рукой по голове, по сильным плечам, млею от аромата тела. И как я могла ошибиться в тот самый первый момент, когда увидела в комнате? Сомнений никаких быть не могло. Потому что это он – мой личный демон, мой личный дьявол, моя погибель и мое воскрешение.

Льну к нему всем телом и чувствую, как холодная пряжка ремня впечатывается мой обнаженный живот, и эта разница температур еще больше распаляет во мне огонь. Потому что это мы: он – настоящее пламя, и я – вода. И наоборот! Он – лед, а я – огонь…

Он осторожно подхватывает меня на руки, укладывает на кровать, и отдаляется, чтобы снять с себя одежду. И я смотрю, ощущая каждой клеточкой своего тела, что он буквально пожирает меня глазами, оглаживает все изгибы, сминает нежную кожу, не оставляя на ней следов.

Мне хорошо от такого внимания, и впервые в жизни я чувствую, что желанна, красива, нужна. Невероятное ощущение и оно, это непростое, страшное по своей сути решение, стоило того, чтобы согласиться, чтобы обернуться, чтобы поцеловать…этого невозможного, жесткого, сильного, горячего мужчину…Не моего мужа…

Наконец, он привлекает меня к себе, и мне кажется, я чувствую, как он сдерживается, чтобы не наброситься на меня, не смять собой наше закрученное безумство как чистый лист, а начинает вырисовывать на нем нереальные, фантастические узоры.

Словно кисточкой, руками, языком он выводит такие удивительные сюжеты нашего единения, что у меня кружится голова, перед глазами все плывет, а изнутри начинает пробиваться крик удовольствия.

Такое со мной впервые. Впервые мне нравится, как осторожно мужчина обходит своим вниманием обгоревшую кожу на моих бедрах и животе, легко касается ее на ключице. Мне хочется отблагодарить его за такой шикарный жест, в котором совершенно нет привычной уже брезгливости, а только восхищение, нежность и самое настоящее преклонение.

Такой ночи любви со мной никогда не было и не будет. Я понимаю это со всей ясностью, точностью.

Не знаю и не хочу знать, как так получилось, что я ошиблась номером в гостинице и пришла совсем в другую комнату, попав таким образом к нему. Выкидываю далеко и надолго мысль о том, что Игорь, не дождавшись меня в нашем номере, который приготовил для нас, сейчас пьет в баре, или уже спит, а может и звонит мне на сотовый, который я благополучно отключила прямо перед тем, как попасть в эту паутину, распутанную этим прекрасным и хитрым пауком,  обладающим гипнотической способностью к любви и доставлению удовольствия женщине.

В какой-то момент этих бесконечных шелковых ласк я прорываюсь в свой личный фиолетовый космос, и парю бессчетное количество минут в этом звездном пространстве. Я здесь впервые, и мне сладко и горько от этой мысли.

Сладко…и горько…

Я шепчу в подушку одними губами: «Спасибо, Камал!» и мое сердце обливается слезами. Потому что я прощаюсь с ним сейчас, прекрасно понимая, что такое больше никогда не повторится. Это странный, счастливый случай, нелепое совпадение, но оно очень похоже на силу и волю рока, присутствие которого я буквально ощущаю над собой с той самой минуты, когда оказалась на пороге его большого, темного, холодного дома…