Ангельские глазки - Донна Олвард

— Насколько я понимаю, это наша пропавшая малышка Паулсен. — Доктор мгновенно убрал неловкость, улыбнувшись.

— Да. Ее зовут Дарси.

— Вы ее сюда принесли? — Он подошел к кровати и понаблюдал за Дарси, в то время как Элли смотрела на него с тревогой.

— Да и нет. Дарси была с братом Барбары Паулсен, а он мой друг. Я ему помогаю.

— Должно быть, он очень хороший друг.

— Друг познается в беде, — процитировала она, стараясь сохранить непринужденность. Она знала, что о ней подумают, если она признается, что «друзьями» они стали лишь вчера.

Элли подождала, пока доктор Сингх тщательно осмотрит Дарси. Повернувшись к Элли, он улыбнулся и заявил:

— Она абсолютно здорова.

Элли уставилась в его глаза цвета шоколада, удивляясь увиденному в них волнению. Может, он не хочет говорить о какой-нибудь проблеме у Дарси?

Доктор Сингх присел на край кровати и сложил руки на груди.

— Дело не в Дарси, — тихо сказал он. — Дело в тебе, Элли. Я хочу знать, как ты поживаешь после смерти Уильяма.

Его ненавязчивое беспокойство тронуло Элли. Она давно поняла, что люди не знают, о чем с ней говорить. Никто не спрашивал о том, как она поживает, не называл имени ее сына. Только сегодня ей впервые удалось произнести его спокойно. Все, кроме доктора Сингха, всегда называли его «ребенок», будто у него никогда не было имени. Словно, говоря о нем, как о безымянном, можно было как-то улучшить ситуацию.

— Я живу хорошо. Теперь лучше. — Она была счастлива осознать, что говорит правду.

— Как ты стала заботиться о Дарси?

— Вьятт не знал, что делать, — сказала она, стараясь сделать разговор непринужденным, и рассмеялась. — Конечно, я тоже не специалист, но оказалась по соседству. Скажите мне, доктор Сингх, разве может такое хорошенькое личико оставить человека равнодушным? — Она пододвинулась к Дарси, которая сосредоточила внимание на погремушке, зажатой в кулачке. Она тряхнула пухлой ручкой, и погремушка зазвенела. Но Элли знала, что дело не только в милом личике Дарси. Время, проведенное с Вьяттом, приносило ей большое удовольствие.

Доктор Сингх улыбнулся:

— Не может. Я просто хочу удостовериться, что ты спокойно воспринимаешь эту ситуацию. Я понимаю, что ты до сих пор горюешь.

Элли сглотнула, но удивилась, что ожидаемые слезы не наполнили ее глаз. Она становится сильнее.

— Я горюю, конечно. Но иначе. И я думаю, что забота о Дарси мне поможет. Я не могу вечно желать того, чего никогда не будет. Я должна смотреть в будущее, а не в прошлое.

— Хорошо. — Доктор Сингх уперся руками в колени и поднялся. — Я рад это слышать. Приятно видеть здоровый румянец на твоих щеках, Эллисон.

Румянец на щеках Элли стал заметнее, ибо она знала, что его виновник Вьятт и его ласки. А она не хотела испытывать к нему чувства. Ведь именно сейчас она наконец сумела взять свои эмоции под контроль.

Меньше всего ей нужно снова в кого-то влюбиться.

Может, ей стоит отнестись к нынешней ситуации как к милому подарку. Впервые за несколько месяцев она чувствует себя живой.

— Спасибо, доктор Сингх. Вьятт будет присматривать за Дарси до тех пор, пока это не сможет делать Барбара. Вы не против того, чтобы стать ее педиатром?

— Никаких возражений.

Элли собрала свои вещи:

— Было приятно видеть вас, доктор.

— И мне. — Он улыбнулся и вышел, запахивая белый халат.

Разделавшись с делами, Элли поняла, что весь день ничего не ела. Не найдя Вьятта в кафетерии, она с Дарси в люльке отправилась в одно из кафе у западного входа в больницу. Неторопливо вернувшись в кафетерий, она столкнулась лицом к лицу с Вьяттом.

— Где вы были? — произнес он шепотом, хотя очень резким, как никогда прежде.

— Я лишь вышла за тем, чтобы купить горячего молока, — объяснила она и побледнела при виде его грозного выражения лица.

— Нашли время! — проворчал он.

— Проблемы? — послышался позади Вьятта женский голос, и Элли закрыла глаза.

— Эллисон, это Глория Хокинз из службы детской и семейной опеки.

Элли вручила Вьятту чашку с горячим молоком, аппетит у нее пропал.

— Мисс Хокинз? — тихо сказала она, удобнее взяв люльку с Дарси и протягивая женщине руку.