Никого не жаль - Марина Крамер

Настя слегка растерялась – не говорить же в лоб, что ее интересуют связи Ромашкиной с мужчинами. И она решила зайти с другой стороны:

– Скажите, Регина, у нее были проблемы со здоровьем?

– Почему вы спрашиваете? – насторожилась та.

– Если следствие исключает криминальную версию, то остается только смерть по естественным причинам, – выкрутилась Настя, надеясь, что Регина снова проговорится.

– Она никогда не говорила… а следователь какой-то идиот. У меня есть доверенность на все, что касается дел Люси, она ее оформила полгода назад, а мне не дают полной информации о том, что же с ней случилось на самом деле. Даже результаты вскрытия не сообщают. – Регина снова сделала глоток кофе и умолкла.

Настя про себя отметила эту странную деталь о доверенности и то, что вскрытие уже было, даже не понимая, зачем ей эта информация.

– А где и когда ее будут хоронить?

– Этим занимается издательство, я же сказала – у Люси вообще никого не было. Похороны в час дня послезавтра на Троекуровском кладбище.

«Интересно, Захар пойдет или нет? Надо бы тоже как-то пробраться и посмотреть, что там к чему», – черкнув в блокноте время и место похорон, решила Настя.

– Регина, простите мне такой вопрос, но… у нее был мужчина?

– Мужчина? – словно пробуя слово на язык, переспросила редактор. – Раньше был, но я его не видела никогда.

– Как же она совмещала все? Столько книг, сериалы…

– Она сценариев не писала, если вы об этом, даже, кажется, не интересовалась процессом. Выдавала книги, как по договору положено, и всё.

– А вам не кажется это странным?

– Что именно? То, что ей было все равно, что там сценаристы из ее романов сделают? Так это даже нормально – психика целее.

– Мне бы, наверное, было не все равно…

– Ну, так вы и не Анастасия Ромашкина, – криво усмехнулась Регина. – Она писала книги – неплохие книги, вы читали хоть что-то?

– Да, как раз на днях закончила – «Кровь, любовь и кокаин».

Регина как-то странно, с недоверием посмотрела на нее:

– Ну, ведь врете же.

– Зачем? – искренне удивилась Настя. – Я действительно на днях прочитала эту книгу, там речь идет о девушке, которая случайно узнала, что ее любимый человек, служащий в наркоконтроле, параллельно торгует наркотиками… – И тут Настя умолкла, осененная внезапным воспоминанием.

Она уже слышала эту историю раньше и могла поклясться, что с того момента прошло как минимум три-четыре года. Она смотрела на Регину и не могла вспомнить, о чем говорила только что. Редактор же внимательно смотрела ей в лицо и ждала чего-то.

– Словом… в общем… я действительно читала… – Настя почувствовала, что лоб покрылся испариной, а по спине побежала струйка пота.

Ее вдруг охватил такой ужас, что стало тяжело дышать – как могло случиться, что она слышала то, о чем прочла на днях? Ведь ее преследовало странное чувство, что эту историю она знает…

– С вами все в порядке? – осведомилась Регина, заметив, как побледнела собеседница.

– Да… все в порядке… тут душно… – Настя схватила блокнот и принялась обмахиваться им, боясь на самом деле потерять сознание. В голове крутилась какая-то невнятная мысль, никак не желавшая звучать конкретно и дать ответ на вопросы, мучившие Настю.

– Вы почитайте «Охоту на лебедей», там сюжет очень хороший, и драма настоящая. Это совсем свежая вещь, буквально пару недель назад вышла, – посоветовала Регина и бросила взгляд на часы. – Мне пора. Толком, конечно, не поговорили. Но Петька вам явно мой номер слил, так что звоните, я вечерами дома. Выход найдете?

Настя только кивнула, не в силах произнести ни слова и злясь на себя за внезапную слабость. Нужно встать и выйти на улицу, на воздухе станет легче, но сил не было. В голове роились обрывки каких-то фраз, картинки из прошлого, но ничего не наталкивало Настю на какую-то определенную мысль. И только чувство беспокойства, нараставшее с каждой секундой…

Наконец Насте удалось взять себя в руки и встать из-за столика, едва не опрокинув стакан с остатками кофе. Ее трясло, как в лихорадке, показалось даже, что поднялась температура.

«Мне только этого не хватало сейчас, – раздраженно думала Настя, стараясь как можно скорее покинуть здание издательства. – Разболеться в городе, где ты совершенно одна… ну, Захар, конечно, есть, но это не в счет. Но что же меня так разбило? Не пойму. Надо будет дома переслушать весь разговор, хорошо, что я диктофон включила, вдруг это поможет».

На улице действительно стало легче. Настя сделала пару глубоких вдохов и пошла к метро. Приближался час пик, и нужно было поторопиться – предстояло еще заехать в супермаркет за книгами и заодно купить что-то, чем можно перекусить в гостинице на скорую руку, чтобы не ходить в ресторан, рискуя столкнуться там с мужем.

Захар ждал Тимофея в кафе наискосок от здания издательства, и если бы был чуть менее рассеянным, то легко бы увидел Настю, тяжело спустившуюся по ступенькам и направившуюся к метро. Но его голова была занята совершенно другим.

На столике перед Захаром лежала новая книга Анастасии Ромашкиной «Охота на лебедей», и уже от прочитанной аннотации Лавров пришел в ужас и почувствовал, как сердце словно сжало ледяной рукой.

Зачем они сделали это, зачем? Как он сам мог выпустить из вида именно эту книгу? Как мог допустить, чтобы это попало в печать? Понятно, что Тимофей не в курсе, но автор-то… зачем она это сделала? Неужели не понимала, что всех подставит?

Теперь уже совершенно не важно, от чего умерла Ромашкина – совершенно ясно, что не от сердечного приступа или аллергического шока. Ее убили, убрали – это ведь понятно, даже думать не о чем.

Захар с силой хлопнул ладонью по обложке и закрыл лицо рукой. Ситуация становилась угрожающей… И где этот Тимофей, который даже не в состоянии навести справки и выяснить хотя бы причину смерти – ну, просто на всякий случай?

Захар уже почти впал в отчаяние, когда раздался телефонный звонок. Это оказалась, к его удивлению, теща, и Захар насторожился – не случилось ли чего с Настей.

– Да, слушаю.

– Захар, вы куда оба пропали? – без расшаркиваний кинулась в атаку теща. – Не могу Насте дозвониться, не снимает трубку, заехала в обед – ее нет дома. А ты на работе?

– Я в командировке, в Москве, – чувствуя беспокойство, ответил Захар. – Что-то случилось,