Мой босс... Козел! - Елена Северная

— Оч-ч-чень любопытно! — прошипел отдалённо знакомый голос. — Значит, так мы работаем?

Я медленно обернулась и поняла — день определённо не удался, потому, как в дверях, сложив руки на тощей груди, стояла Орлеанская Дева и зловеще скалилась. Она тоже тут работает? Кем?

Взгляд сушёной воблы с удовлетворением остановился на мне. На мгновение показалось, что глаза её вспыхнули торжеством.

— Ну и дисциплинка! — она принюхалась. Пары́ крепкого алкоголя радостно устремились в сторону двери к свежему носу. — Хотя, что ожидать от секретутки?

Щёки опалило жаром. И ведь возразить нечем! Мужики пьют? Пьют. И я сижу с ними. Одна на четверых. За-ши-бись.

Олеарнская гордо выпрямилась и удалилась в гробовом молчании. Кто-то сказал:

— Приплыли.

На меня это подействовало, словно ведро ледяной воды. Взвилась не хуже разъярённой кобры и зашипела:

— Если через десять минут отчёт за прошлую неделю не будет у шефа в почте, вы все потонете, а не поплывёте!

В кабинете всё пришло в движение. Мужики бросились на свои рабочие места, а я, под шумок, сгребла остатки пиршества в пакет и мстительно выбросила в мусоропровод. Ага. Вместе с бутылкой коньяка. Это вам, дорогие сослуживцы, в отместку за сомнительные комплименты моей фигуре.

Который раз убеждаюсь, что хороший пендель творит чудеса! Почему никто не додумался его запатентовать?

Уложились в девять минут. Отчёт у них, оказывается, был уже почти сформирован. Оставалось только разнести по формам.

— Готово!

Повторяя про себя «Всё будет хорошо!», я поднялась на свой этаж. Вспомнила, что ещё не подавала боссу кофе из новых чашек: сделаю вид, что только их купила. Вошла в приёмную, как ни в чём не бывало, и занялась приготовлением напитка. Никогда в жизни так старательно я не взбивала сливки и не темперовала молотые зёрна. Вставила рожок, нажала кнопку и, пока кофеварка жужжит, потихоньку включила селектор на самую маленькую громкость, так, чтобы слышно было только, если ухо приложить к динамику.

— Ты совсем распустил своих сотрудников! — вещала вобла. Пусть для кого-то она и Орлеанская Дева, а для меня самая натуральная вобла, которую по весне выловили. — Это же надо? Пить в рабочее время, на рабочем месте!

Я словно воочию увидела, как она захлёбывается от эмоций, как доставляет радость вся эта ситуация. Голос шефа звучал с некоторым раздражением:

— Жанна, не сгущай краски! Как они могут пить, если вот буквально пять минут назад пришёл отчёт по маркетингу за прошлую неделю?

— Ты думаешь, я вру? Да твоя секретутка вместе с ними пила и зажималась! — визгливо выдала она свой «козырь».

— Ну, это легко проверить, — спокойно ответил босс, а моё ухо обожгло: — Мария! Зайдите!

А у меня и кофеёк поспел! Быстренько, за доли секунды, сервировала поднос и, слегка качая бёдрами, (блин, никак не получается двигать ногами без сопровождения попы), степенно отправилась на ковёр. Так же спокойно, с расстановкой, поставила поднос перед шефом.

— Ваш кофе! — слегка запнулась в конце: так и хотелось добавить «сэ-эр».

Ноздри «сэра» затрепетали, пытаясь уловить исходящий якобы от меня запах алкоголя. Я сделала вопросительное выражение лица:

— Борис Иванович?

— Вы подготовили переговорную?

— Да, — ага, я даже туда ещё не заходила! — Осталось разложить канцелярию и расставить воду.

В принципе, воду я заказала, а наличие канцелярии проверяла в пятницу перед тем, как уйти домой.

— Хорошо, — шеф улыбался глазами. Наверное, ему также доставляло удовольствие бесить Олеарнскую. — Добавьте ещё воду с газом для господина Ли.

Когда уходила, думала, блузка на спине вспыхнет — так вобла метала молнии! Как только закрыла за собой дверь, сразу к селектору прилипла.

— Жанна, я ничего криминального не обнаружил. Лёгкий запах духов и сильный — кофе. Какой алкоголь? Тебе приснилось?

— Ты кому веришь? — возопила вобла. — Мне или своим глазам? То есть, носу?

— Ты сама поняла, что спросила? И перестань придираться ко всем моим секретаршам!

Некоторое время — тишина.

— Ладно, Борюсик, — тяжёлый вздох. Я чуть со стула не свалилась: «Борюсик»! Фу-у-у! Как малыша! — В воскресенье у моего отца день рождения. Ты же помнишь?

— Помню, конечно. Забудешь тут, — проворчал шеф. По еле слышному стуку я поняла, что он допил кофе и поставил кружку на поднос.

— Ты приедешь? Или опять слиняешь?

Босс страдальчески застонал.

— С удовольствием бы куда-нибудь слинял. Мой тоже ведь там будет? Опять начнёт невест подсовывать. Надоело!

— Борюсик, а у меня идея! — кошкой промурлыкала вобла. Надо же, она и так может изъясняться! — Давай, ты представишь меня своей невестой! И не смотри так! Сразу двух зайцев убьёшь. И отца успокоишь и …

— И на тебе придётся жениться! — рыкнул босс.

— Ну, Борю-юсик! Нам же было хорошо вдвоём! Что изменилось?

— Ещё раз назовёшь меня этим дурацким именем, я за себя не ручаюсь!

— Ах, какой ты злой! — захихикала вобла, мечтающая пролезть в семью шефа. Постель, я так понимаю, уже взята штурмом.

Потом послышалась возня и я отключилась. Стало неприятно. И вообще — у меня переговорная не готова! Помчалась туда, на ходу вызванивая Ольгу.***

Что сказать о самих переговорах? Больше тряслась. Китайцы были со своим переводчиком, улыбались и обсуждали сроки, объём и номенклатуру отделочных материалов для строящихся коттеджей эконом класса в пригородном дачном посёлке. Неожиданность случилась уже после переговоров. Босс придержал меня за локоть и тихо проговорил на ухо:

— С гостиницей решили?

Хорошо, что Ольга напомнила мне об этом ранее!

— Решила. Только с другой гостиницей. В этой бронь отменила.

— Отлично. Значит, сейчас едем в ресторан, а потом проводишь их до гостиницы.

Пришлось тащиться с узкоглазыми в гостиницу. Шеф с ними ещё в ресторане распрощался. Сначала я тихо злилась, сидя в машине рядом с водителем. А потом поняла: что не делается, всё к лучшему. Так как при подъезде к самой гостинице сзади один китаец сказал другому:

— Повезло, что мы застали русских врасплох. Удалось пропихнуть «дэрайб» на тридцать процентов дороже.

— Не радуйся. Ещё договор не подписан.

— Да куда они денутся? Предварительные соглашения достигнуты, никто и не заметит.

Мои уши вытянулись, как нос у Пиноккио. Как хорошо, что я не стала афишировать знание китайского языка!

— Тише. Мы не одни в машине.

— Ты опасаешься этой дурочки-блондиночки? Ерунда! Жаль, я не знаю русского, а то бы уболтал её на ночь в номере!

— Вужоу, ты, как всегда, думаешь только нижней головой, — укоризненно произнёс второй.

А тут мы и приехали. Я проводила этих двоих и ещё троих членов делегации, которые следовали на другой машине, до ресепшена, проследила за их заселением и только потом отправилась домой. Ехала и зловеще