Затаившаяся змея - Джери Уэстерсон

— Оттягивайте сильнее. Сильнее! До самого уха.

С ворчанием покачав головой, Криспин встал рядом с Мартином. Положил свои пальцы на его и натянул тетиву, почувствовав, как задрожал в руках жестянщика лук.

— Я больше не могу его держать, — простонал Мартин.

— Тогда отпускайте, — проскрипел у него над ухом Криспин.

Стрела рванулась вперед и скрылась в канаве перед мишенями. Криспин расслабился и посмотрел на жестянщика.

— Это все из-за лука, — сокрушенно проговорил Мартин. — Он слишком мощный.

— Дайте-ка его мне.

Криспин взял протянутый лук и сжал в левой руке. Вытащил одну из стрел, торчавших из земли, и прижал оперенный конец к тетиве, а кончик стрелы подвел к месту согнутым указательным пальцем. Глубоко вдохнув, он поднял лук. Медленно стал натягивать тетиву, пока большой палец не оказался под скулой, прицелился и разжал пальцы.

Стрела со свистом вырвалась из плена и, вращаясь вокруг своей оси, понеслась к цели, где воткнулась почти в центр маленького кружка, очерченного сухим венком.

— Чтоб мне ослепнуть! — воскликнул Джек.

Мартин покачал головой.

— Отличный выстрел.

— Это достигается практикой.

Криспин осмотрел оружие — великолепный тисовый лук. Провел пальцами по навощенной льняной тетиве, вздохнул и, обернувшись к Мартину, передал лук ему.

Мартин взял лук и посмотрел на него уже не с тоской, а с тревогой.

— Ты же не думаешь, что нам действительно придется защищать Лондон?

Криспин пожал плечами:

— Всегда есть такая вероятность. Хотя со времен Вильгельма Завоевателя к нам никто не вторгался.

— Ты сражался во Франции вместе с герцогом Ланкастером, да?

Криспин выдернул из земли стрелу и протянул Мартину.

— Да. И во многих других местах.

Мартин оттянул тетиву, как научил его Криспин, и дрожащей рукой прицелился.

— Бьюсь об заклад, ты многих уложил такой штукой, — сказал он.

Криспин вздрогнул, но попытался скрыть это, вытянув из земли стрелу и воткнув ее назад. Проделал это несколько раз.

— Я не лучником был, — спокойно напомнил он Мартину.

Стрела улетела к лесу: Мартин посмотрел поверх лука и, запинаясь, произнес:

— О… Конечно… Ты же не мог быть лучником.

— Да. В самом деле.

Франция. Французские поля сражений, деревни, поместья в окружении лесов. Слава Богу, они там жили не только в грязных лагерях и сырых шатрах. Во Франции у герцога имелись владения, было там и множество других замков, принадлежащих англичанам, где их ждали постель и отличная еда. Криспин много бывал в деревнях, наблюдал за местными жителями, пробовал еду (особенно ему понравился сладковатый на вкус хлеб), нанимал французских портных и французских сапожников. Сшитые французами котарди больше расширялись книзу, расходились складками. Тамошняя обувь, особенно деревянные сабо, что у крестьян, что у дворян, имели более элегантную форму, чем непреложно практичные английские сабо.

Криспин покрутил стрелу в руке. Он скучал по тому времени. Оно казалось беззаботным, если смотреть на него из теперешних дней. Нечего и говорить, что деньги он тратил не считая. Что бы он сейчас дал за один из тех котарди…

Криспин поднял голову и посмотрел на других мужчин, стрелявших из плохо обтесанных луков — больших и обычных. Подошли и женщины, устроив себе пикник на природе, — а почему, собственно, и нет? Король издал указ о ежедневных стрельбах, но это не означало, что люди не могут сделать эту повинность приятной.

Мартин снова передал Криспину лук, и сыщик решил пустить в цель несколько стрел. Тетива натерла на пальцах мозоль, но ему было все равно. В давние времена тонкие перчатки или кожаные напальчники защищали его пальцы, а когда он вместе с Ланкастером выезжал поохотиться в его угодьях, кожаная перевязь оберегала руку, державшую лук. Но сейчас такого снаряжения у Криспина не было. Тем не менее приятно было почувствовать в руках покорное ему оружие, ощутить согнутыми пальцами тугую тетиву, древко стрелы, покоящееся, пока он прицеливается, на указательном пальце, дыхание ветра, когда оперение стрелы просвистит у самого уха, и удовлетворение от слабого глухого удара, когда стрела вонзится в цель.

— Я тоже пойду на войну, — заявил стоявший позади Криспина Джек — подбородок задран, ни дать ни взять молодой петушок, и внимательно следит за каждым движением хозяина.

— Да что ты говоришь?

Криспин снова натянул тетиву и тщательно прицелился повыше уже торчавшей в мишени стрелы.

— Чтобы увидеть гонфалоны[12]и знамена. И коней. Я буду биться с лучшими и завоюю добычу. Да, хотелось бы мне это увидеть.

Стрела полетела и вонзилась в мишень на дюйм выше первой. Джек подал Криспину новую стрелу, и тот прижал ее к тетиве.

— Хочешь, стало быть, повоевать, да? А ты когда-нибудь сражение-то видел?

— Только турнир. Рукопашную схватку. Было на что посмотреть.

Криспин прищурил левый глаз и прицелился.

— Ты так считаешь, да? — Он пустил стрелу, которая вонзилась в цель над предыдущей. Криспин опустил лук, поставив один его конец на землю, оперся на него и повернулся к Джеку. — А ты когда-нибудь видел, как сносят голову и выпускают кишки?

У Джека расширились глаза, непроизвольно открылся рот.

— Нет.

— Ну так не сомневайся, увидишь. Мечи сверкают, руки летят, к твоим ногам валятся человеческие внутренности. — Джек потупился и отступил на шаг. — Кровь брызжет тебе в лицо, когда ты машешь своим мечом. Кусочки костей летят в глаза. Люди кричат, а затем захлебываются в собственной крови. Вот это настоящая рукопашная схватка, а не то представление с деревянными мечами, которое называют турниром. — Он вытащил из земли последнюю стрелу и приставил к груди Джека. Мальчик отскочил и скосил глаза на кончик стрелы. Криспин наступал, покалывая и делая шаг вперед каждый раз, когда Джек отступал. — По всей вероятности, тебя сразят стрелой, прежде чем ты успеешь поднять оружие.

Он снова ткнул мальчишку, и Джек съежился и прикрылся рукой, словно пытаясь остановить зашедший не туда разговор.

— Все еще хочешь пойти на войну? — подначил Криспин.

Джек посмотрел на Мартина. Тот тоже побледнел.

— Ну, — тише, чем раньше, протянул Джек, — может, и нет.

Криспин опять взялся за лук, приладил стрелу и поднял оружие.

Джек вытер ладони о грязный плащ и облизал губы. Вновь обретя прежнее достоинство, он неторопливо занял свое место за спиной у Криспина и стал следить, как тот прицеливается.