Замок - Владимир Моисеевич Гурвич

Всеми владела не понятно откуда взявшаяся подавленность, у всех было ощущение, что вот-вот завершится какое-то важное событие, смысл которого упрямо ускользает от них.

Первым из-за стола встал Каманин. И сразу же за ним последовала все остальные. И тут же разбрелись по террасе и каминному залу.

Каманин вышел на террасу и посмотрел на дорогу, краешек которой был виден с нее.

— Автобуса пока нет, — сказал он стоящей рядом Марии.

— Еще рано, но он придет совсем скоро, — пояснила она.

— Всем уже хочется поскорей уехать.

— У всех свои дела.

— Не у всех, — возразил Каманин. — Какие могут быть дела у Насти? Да и у Эммы вряд ли они есть. А как с этим у тебя?

— Я собираюсь вернуться в больницу, если возьмут. Мой уход сильно расстроил главного врача. Боюсь, он на меня в большой обиде.

— А если не возьмет, что тогда?

— Больниц в Москве много, где-нибудь да пристроюсь. Ты же меня знаешь, я ни за престижем, ни за большой зарплатой не гонюсь. Для меня главное — лечить пациентов. Знаешь, я в некоторой степени даже рада, что так все получилось.

— Что ты имеешь в виду? — поинтересовался Каманин.

— Что у нас с тобой не сложилось. В этом случае у меня был бы всего один пациент, а для врача его мало. Больных должно быть много, только тогда он приобретает настоящую квалификацию.

— Я всегда был уверен, что не бывает худа без добра, — усмехнулся Каманин. — С другой стороны, будучи моей женой никто не мешал бы тебе работать в больнице. Да что теперь говорить.

Каманин отвернулся от Марии. К нему подошел Варшевицкий.

— Хочу попрощаться с тобой, Феликс, — сказал он.

— Автобус еще не пришел, так что успеешь.

— Я еду прямо сейчас на своей машине в Краков.

— Счастливого пути, Кшиштоф! Да, кстати, а где ты ночевал? Марии говорила, что не могла найти тебе места.

— Я ночевал в номера Руты.

У Каманина невольно вытянулось лицо. Варшевицкий понял, о чем тот подумал.

— Не беспокойся, мы занимались только двумя делами: сначала говорили, потом спали. Ничего другого между нами не происходило. Ты доволен?

— Ты даже не представляешь, как, — насмешливо произнес Каманин.

Варшевицкий недоверчиво покачал головой.

— Тебе меня не обмануть, Феликс. Как и мне тебя. По крайней мере, в этом мы с тобой равны. Прощай, я поехал. С удовольствием кого-нибудь взял с собой, но никому со мной не по дороге.

— Помнишь, Кшиштоф, я тебе когда-то говорил, что человек обязан быть одиноким путником. Только в этом случае он целиком принадлежит себе. А если он путешествует даже только в паре, то половины его уже как бы и нет. А это большая потеря.

— Но ты постоянно пребывал с кем-то в паре. Разве не так?

Каманин невольно посмотрел на Марию, внимательно слушавшая разговор.

— В этом ты прав. С моей стороны это была постоянная борьба за независимость. И, возможно, это была глупость с моей стороны. А впрочем, кто может знать.

— В этом весь ты, Феликс, — проговорил Варшевицкий. — Однажды я понял, что смысл твоей жизни — это постоянно опровергать самого себя.

Варшевицкий стал спускаться вниз. Его автомашина стояла немного в стороне от главного входа в замок и хорошо была видна с террасы. Каманин видел, как писатель сел в автомобиль и выехал на дорогу. Через пару минут его уже не было видно.

— Уехал, — констатировал Каманин. — Навсегда.

— Тебе грустно от этого? — спросила Мария.

— Да откуда мне знать, — с несвойственным ему раздражением произнес Каманин. — Я тебе уже говорил: я знаю и понимаю гораздо меньше, чем ты думаешь.

Раздался шум мотора, и в ворота въехал автобус. Он остановился перед входом в замок.

— Автобус приехал, выходите на посадку — громко объявила Мария.

Все мгновенно оживились, взяли за ручки чемоданы и покатили их к выходу.

Все быстро заняли места в автобусе.

— Można przejść? — спросил шофер.

— Подождите, — вдруг воскликнула Мария. — Нет моего сына. — Она выскочила из автобуса. — Андрей! — крикнула она. Но Андрей не появился.

Каманин тоже вышел из автобуса.

— Где же Андрей? — спросил он.

— Я его видела минут десять назад в каминном зале, — ответила Мария. — Ему кто-то позвонил, и он выбежал.

— Значит, он где-то по близости, — сделал вывод Каманин.

— Я его поищу, — произнесла Мария.

— Я с тобой.

— Зачем тебе это нужно, Феликс?

— Он все же не совсем мне чужой. Довольно долго мы жили с ним рядом. Ты обогни замок с правой стороны, а я — с левой. — Мария что-то хотела возразить. — И не спорь, нас все ждут. Если сильно задержимся, можем опоздать на самолет.

— Хорошо, — согласилась Мария.

Они направились в разные стороны. Каманин шел вдоль стены замка. Вперед он услышал какие-то непонятные звуки. Буквально через несколько метров каменная кладка поворачивала, поэтому он не видел, что происходит впереди.

Каманин быстро преодолел несколько десятков метров и оказался на небольшой площадке. Трое незнакомых парней избивали Андрея. Его лицо было в крови.

— Прекратите! — закричал Каманин.

Парни перестали бить Андрея и уставились на него.

— Убирайтесь отсюда немедленно, я позову полицию! — снова крикнул Каманин.

— Это еще что за дедушка, — произнес один из парней, возможно, их главарь.

— Оставьте Андрея! — Каманин почти вплотную подошел к незнакомцам.

— Он задолжал нам кучу бабок. И вместо того, чтобы отдавать, сбежал сюда, — пояснил все тот же парень. — Канай отсюда дед, и не мешай нам возвращать долг. — Он снова