Кровные узы - Кэтрин Джордж

— Позволь гостье поступать по своему усмотрению, — строго ответил тот. — Иди, Ана. Boa noite.

После того как Ана, зевая, исчезла из комнаты, Кэтрин быстро допила свой тоник.

— Мне тоже пора.

— Ты устала?

— Не очень, — призналась она. — Но у меня есть с собой несколько книжиц. Если не смогу заснуть — почитаю. А вот ты, должно быть, устал.

Эдуардо отрицательно покачал головой. Кэтрин от выпивки отказалась, и он плеснул себе каплю виски, а потом сел в кресло напротив.

— Еще нет и половины двенадцатого. Я редко ложусь спать до полуночи, чаще гораздо позже. Кэтрин, твое виски превосходно, составь мне еще на пару минут компанию, пока я допью свой стакан.

Что-то в его тоне сделало отказ невозможным, даже если бы у Кэтрин было желание отказаться. Но, откровенно говоря, ей приятно было сидеть в этом восхитительном sola, в обществе красивого, утонченного мужчины, не скрывающего, что он увлечен ею. Кроме того, уныло подумала она, ее пребывание здесь будет таким недолгим. Покинув Квинта-дас-Лагоас, она, скорее всего, никогда в жизни больше не встретит такого человека, как Эдуардо Барросо.

— Поскольку ты не ускользнула сразу же, смею считать, что ты согласилась на мою просьбу, — мягко сказал он, вглядываясь в ее задумчивое лицо. — Или тебе неприятно оставаться со мной наедине?

— Нет. — Она искренне улыбнулась в ответ. — Буду откровенной. Мне доставляет удовольствие твое общество.

От его ослепительной улыбки у нее захватило дух.

— Я рад, что ты находишь мое общество таким же приятным, каким я нахожу твое, Кэтрин. Но не бойся, я не буду строить иллюзий. Ты мне запретила любить тебя, значит, будь по-твоему. Как бы мне ни хотелось иного. — Он сделал привычный легкий жест плечами. — Пойми меня правильно, я это говорю, чтобы избежать между нами недомолвок. Кэтрин кивнула, успокоенная.

— Тогда и я скажу. Признаюсь, мне приятно твое внимание ко мне. Нет! — Она протестующе подняла руку, увидев, что он готов взвиться со своего места. — Я лишь хотела сказать, что симпатия обоюдная.

Эдуардо, напряженный, как сжатая пружина, пронизывал ее взглядом, от которого у нее запылали щеки.

— Ты говоришь мне такие слова и надеешься, что я буду держаться на расстоянии? Может быть, я уже не безрассудный юнец, Кэтрин, но я все еще мужчина!

Она тяжело вздохнула.

— Это я заметила. Но ты взрослый, цивилизованный мужчина, Эдуардо Барросо, и поэтому сможешь, конечно, понять, что за то короткое время, что я пробуду здесь, было бы безумием позволить себе сильно влюбиться.

— Слишком поздно, — пылко сказал он. — Думаю, и тебе это ясно. С того самого мгновения, с той нашей первой встречи, когда я держал тебя в руках, между нами возникли невидимые узы.

— Лишь потому, что я так похожа на Исабель Кардосо!

В глазах Эдуардо загорелся триумфальный огонек.

— Nao, senhora! Когда я вытащил тебя из машины, у тебя на голове был шарф, а очки закрывали пол-лица. Моя реакция на тебя была чисто инстинктивной — ничего общего с твоим внешним видом, carinha.

Кэтрин пристально вгляделась в него, чувствуя смятение от его уверенности.

— Это правда?

— Ты сомневаешься в моих словах? — высокомерно вскинул он голову.

— Нет-нет. — Она потрясение вздохнула. Эдуардо поднялся и пересел к ней на диван, подчеркнуто оставив между ними место.

— Это сходство было настоящим шоком, de sertew. Увидев в первый раз твое прелестное лицо, я не мог поверить своим глазам. Но не забывай, что Исабель была моложе тебя на пять лет. Ее лицу недоставало зрелости и силы, которые меня так привлекают в тебе. И чем больше я узнаю тебя, тем больше сходство стирается. — Осторожно, без всякого принуждения, он взял ее за руку, и нежности его жеста невозможно было противиться. — Прошло совсем немного времени, но я уже вижу лишь тебя, Кэтрин, одну тебя, а не бедную Исабель.

Она опустила глаза на их сплетенные руки.

— Я рада. Но это ничего не меняет. Я уеду и больше никогда тебя не увижу. Узы там или не узы… — Он стиснул ее пальцы, и она запнулась.

— Почему мы больше никогда не встретимся?! — страстно воскликнул он. — Ты не хочешь?

Она вскинула подбородок.

— Я живу в Лондоне, а ты — здесь, и случайных встреч не предвидится! Я буду занята своей работой, какой бы она ни была, а ты — своей. Поэтому будет лучше, если я сейчас скажу тебе спокойной ночи.

Она закусила губу и отвернулась, смешавшись от предательских слез, зазвеневших в голосе. Эдуардо повернул ее лицо к себе и нахмурился при виде ее повлажневших глаз. Издав сдавленный возглас, он привлек ее к себе, поцеловал дрожащий рот, и прикосновение его губ в тот же миг смело ее сопротивление. Объятия из нежных, успокаивающих стали страстными, как только их тела соприкоснулись. Дыхание Эдуардо участилось, рот стал жадным, требовательным, и кольцо его рук сомкнулось вокруг нее, отрезая ото всего мира. У Кэтрин вырвался глухой изумленный стон от силы его желания, которое электрическим разрядом пронизало ее с головы до ног, заструилось по ее нервам огнем, воспламенило такой ответной страстью, что она в ужасе задрожала.

— Эдуардо, довольно! — неистово выкрикнула она, и он тут же откинулся назад, вглядываясь в нее с победоносно сияющим видом.

— Вот видишь! — выдохнул он. — Ты тоже не можешь противиться этим узам.

— Узам? — Вздрогнув, она сглотнула. — Так вот что это?

Эдуардо прожигал ее взглядом.

— А ты как бы это назвала, querida? Кэтрин, захваченная врасплох, отвела глаза.

— Не знаю. Даже близко ничего похожего никогда не испытывала.

Она почувствовала, как он весь напрягся.

— Никогда?

— Нет.

— Даже с… — Он резко замолчал, как будто был не в силах произнести имя.

— Я сказала — никогда, — повторила она с таким значением, что он снова наклонился и пылко поцеловал ее, запустив пальцы в волосы и прижав ее голову к себе, чтобы она не смогла оторваться, даже если бы захотела.

Наконец он отстранился и заглянул в ее глаза, тоже потемневшие, с расширившимися от желания зрачками. Он прокомментировал свое открытие с извечным мужским удовлетворением, заставившим ее ресницы опуститься, чтобы скрыть предательское замешательство.

— Тебе никто не говорил раньше, какие у тебя глаза в минуты любви? — хриплым голосом спросил он.

— Нет. И прошу тебя, прекрати обсуждать мой предыдущий любовный опыт. Я же у тебя о твоем не спрашиваю.

— Ты можешь узнать обо мне все, что пожелаешь, — и о любовном опыте в том числе, amada, — смеясь, заверил он ее. — Клянусь, у меня его куда меньше, чем ты предполагаешь.

— Не думаю, что хочу об этом знать, — медленно протянула она, вглядываясь в глубину темных глаз, сияющих так близко от нее. Она поправила выбившуюся прядь волос. — И кроме того…