Наваждение, или Мой чужой мужчина - Адалин Черно

— Ты тоже знаешь, что я потерял память?

Вадим подходит ближе и останавливается в нескольких сантиметрах от меня.

— Скажи, пожалуйста.

Я едва дышу, потому что его близость все еще волнует меня. Странно, но муж больше не является предметом моего обожания. Человеком, из-за которого я проливала слезы. Мы развелись, и я забыла о его существовании. Хотя, если быть честной, я забыла о нем сразу, как увидела его с другой. Внутри что-то умерло, оторвалось и отпало. Как лишний волосок: незаметно выпал и развеялся на ветру. Так же и с Димой. Я просто перестала отвечать на его звонки, обходила на улице, когда он вдруг решил мириться и приходил с цветами и не открывала дверь, прекрасно зная, что там стоит именно он.

Я забыла бывшего мужа, но не забыла Вадима. Знала, что он с моей подругой. Что наверняка счастлив и у них все хорошо, но все равно вспоминала и думала о нем. Представляла, как бы все сложилось, если бы он оказался обычным мужчиной, а не женихом моей подруги.

— Отойди, пожалуйста, — моя просьба едва слышна, но Вадим таки делает несколько шагов назад, позволяя мне сделать вдох. — Мы познакомились с тобой три месяца назад. Ты оказался в моем подъезде в новогоднюю ночь. Я помогла тебе с осмотром доктора, приютила на неделю, а потом… — я запинаюсь, не желая вспоминать, что было. — Потом оказалось, что ты обручен с моей подругой.

— И?

— И все, — я развожу руками. — Ты уехал к себе домой. Больше я тебя не видела. До сегодняшнего дня. Я думала ты уже все вспомнил.

— Ты хочешь сказать, что мы вместе встречали новый год?

— Можно и так сказать. Я поднялась в квартиру, чтобы вызвать тебе скорую и уснула, а ты… ты остался в моей квартире.

— Без твоего разрешения? — зачем-то уточняет он.

— Без, — соглашаюсь я. — Вряд ли я была в состоянии разрешить тебе остаться.

— Это невозможно, — наконец, говорит он. — Мы встречали Новый год с Олей. В моем доме. У нас есть елка и фотографии, — на полном серьезе рассказывает Вадим, чем вызывает во мне шквал эмоций: от непонимания до негодования.

Он мне не верит! Снова! Конечно, так удобно поверить той, с которой у тебя отношения, а тут… человека первый раз в жизни видишь.

— Знаешь, что я сказала тебе, когда ты ушел с Олей из моей квартиры?

— Что?

— Чтобы ты не искал меня, когда все вспомнишь. Сейчас я говорю тебе то же самое. Не ищи меня.

Я, наконец, открываю двери и выхожу. Жду, что Вадим будет меня удерживать, но нет. Я спокойно выхожу на улицу и вдыхаю свежий весенний воздух. Морозы уже ушли и им на смену пришло солнце и дожди. Я не очень люблю весну именно из-за дождей, но сегодня особенно солнечно, что радует мою израненную душу.

Я дохожу до Старбакса, заказываю двойной американо и сырники со сметаной и малиновым конфитюром. Пока жду заказ думаю о том, что случилось с Вадимом, что он не то, что ничего не вспомнил, но и забыл нашу встречу. А еще меня волнует идентичная татуировка с Богданом. Они друзья? Или знакомые? В банальное совпадение я не верю, разве что Оля искала мужчину по татуировке.

Чем больше я думаю, тем больше внутри меня разгорается желание сорваться с места и докопаться до правды, чтобы узнать, как получилось так, что Вадим не то, что не вспомнил, а забыл еще больше. Я даже собираюсь так сделать, запихиваю телефон и кошелек обратно в сумку, но мне приносят заказ, и я остаюсь. Быстро пью кофе и ем сырники, а попутно извлекаю айфон и пишу Лешке, надеясь, что он не на операции.

Женя: Леш, помнишь того мужчину, который потерял память в новогоднюю ночь?

Я буравлю телефон взглядом до тех пор, пока экран не загорается и на нем не появляется сообщение:

Леша: Помню, конечно. Что-то не так?

Женя: Как может получиться так, что он не только не вспомнил ничего, но и забыл меня и тебя?

Леша: У меня есть только два варианта.

Женя: Каких?

Пока я наблюдаю, как карандашик двигается, сердце внутри меня замирает. Я жду, когда Леша напишет ответ и, когда он, наконец, приходит, я выдыхаю и перечитываю его несколько раз, прежде чем написать ответ.

Леша: Первый. Из тебя просто делают дуру. Второй. Он принимает какие-то препараты. Скорее всего, психотропы, но не факт. Это нужно проверить.

Женя: Это можно сделать?

Леша: Ты уверена, что тебя не обманывают?

Я несколько мгновений смотрю на это сообщение, не зная что ответить. С одной стороны: кто мне Вадим и что я знаю о нем? Только то, что он потерял память и провел у меня в квартире неделю? И что он мужчина, о котором долгое время рассказывала Оля. Это все. С другой стороны: он не мог врать о потере памяти. Я очень отчетливо видела эти вспышки гнева, когда он даже не мог понять, кто он, как его зовут.

Женя: Ты уверен, что он тогда потерял память?

Леша: На 100%, но ты смотри сама.

Женя: Мы сможем, если что, узнать, принимает ли он что-то не то?

Леша: Да. Привози своего забывчивого.

Я быстро оплачиваю счет и срываюсь с места. Добираюсь до работы за рекордно короткое время. Естественно, его нет в туалете, поэтому я спрашиваю у девочек, не видели ли они мужчину в светлом свитере. Почти никто его не видел, и я решаюсь на последнее — пойти к начальнику. Прихожу в приемную, но меня тут же останавливает секретарша, говоря, что у Семена Петровича встреча.

— У него в кабинете случайно не сидит мужчина в светлом свитере?

— Вадим Александрович? Да, есть.

— Отлично. Я подожду тут?

Она кивает, и я сажусь на диван. Жду десять минут, двадцать, когда дверь, наконец, открывается, и оттуда выходит сначала наш начальник, а уже потом высокий темноволосый мужчина и Вадим. Я тут же встаю, но еще не знаю, что сказать, чтобы привлечь к себе внимание.

Я жду, когда Семен Петрович попрощается с посетителями и выхожу за ними в коридор.

— Простите, — говорю громко, чтобы привлечь их внимание.

— Да? — спрашивает незнакомый мне мужчина.

Он разворачивается и смотрит на меня снизу вверх, оценивает взглядом, от которого тут же хочется поежиться.

— Мне нужно поговорить с Вадимом Александровичем, — уверенно говорю я. — Мы можем? — я перевожу взгляд на Вадима, но мужчина не дает ему и слова сказать.

— Простите, но мы опаздываем, — он разворачивается, хватает Вадима за плечо и вынуждает его идти вперед.

Я смотрю на эту сцену с немым непониманием и даже делаю несколько шагов вперед, когда Вадим останавливается и разворачивается.

— Я поговорю с ней, Богдан.

А вот теперь приходит мой черед удивляться. Богдан? Уж не тот ли Богдан, с которым Оля ездила на отдых? И почему он смотрит на меня так, будто я враг народа номер один, а не обычная сотрудница компании.