Нашла себе блондина! - Екатерина Вильмонт

Прошло две недели, до Нового года оставалось всего-ничего. Явовсю грызла гранит науки, хотя после истории с Никитой Алексеевичем мнесовершенно разонравилась геология. Но я же упрямая и начатое люблю доводить доконца, к тому же настроения разные бывают, да и сессию нельзя провалить,стипендия хоть и маленькая, а все же деньги…

Как-то вечером позвонила мне Райка, мы с ней после тогоразговора не перезванивались.

– Татьянка, ты не забыла про черное пончо?

– Вообще-то забыла, у меня сессия на носу.

– Ладно, это не срочно. У меня к тебе дело. Ты Новыйгод где встречаешь?

– Нигде. Не до того, сессия и настроения нет…

., – Ой, а как у тебя с тем мужиком, ну помнишь, онтебя на «Покаяние» приглашал?

– Да никак Зануда он.

– А! Тань, а хочешь, приходи ко мне, мамашка напраздники сваливает в дом отдыха, у меня наши соберутся, нехилая компания.Будущие звезды советской оперетты! Человек восемь – десять, приходи, а? Мне,между прочим, педагог по вокалу сказал, что я делаю большие успехи!

– Поздравляю!

– Танька, ты чего, в миноре?

– Да нет, просто живот болит.

– Марганцовочки слабенькой хлебни, как рукой снимет.Танька, а я с таким парнем познакомилась, охренеть можно! Летчик! Ему так формаидет! Летает, между прочим, в загранку! Не хухры-мухры! Зовут Владиком.

А глаза – закачаешься. Точь-в-точь черные вишни!

Обожаю черноглазых! Владик, между прочим, от меня тащится! Яему спела, он вообще лапки кверху. Говорит, у тебя, Раечка, голос такой жесексуальный, как у Елены Образцовой!

– Ого!

– А что, нехилый комплиментик!

– Да уж!

– Ну что, Тань, придешь?

– Не знаю.

– Нет уж, ты скажи, понимаешь, мы в складчину праздноватьсобираемся…

– Это понятно, а по сколько с носа?

– Думаем, по чирику. По-моему, нормально.

– Наверное…

– Ну так что?

– А летчик твой придет?

– Нет, он к родным в Оренбург уедет, у него сестразамуж выходит. Но ничего, у нас и так парней хватит, не волнуйся! Можешьзапросто невинность потерять. Давно пора, между прочим!

– Рай, это не твое дело, по-моему!

– Почему это не мое? – искренне возмутиласьРайка. – Старые девы отравляют атмосферу!

– Дура ты! Я хоть и дева, но еще не старая!

– Старая, старая! Тебе скоро двадцать! Двадцатилетняядевушка – позор и несчастье любой компании!

И с этим надо бороться.

– Тогда я точно не приду!

– Тань, ты чего, я же пошутила! – огорчиласьРайка.

– Если б я не понимала; что ты шутишь, вообще не сталаб с тобой разговаривать!

В результате я согласилась пойти в компанию Райки. Чемсидеть одной у телевизора, лучше быть среди веселых людей и не думать, гдевстречает Новый год Никита Алексеевич. Скорее всего, в Доме кино. А может,дома, с семьей или у друзей… Да какая мне разница, главное, что не со мной.

Тридцать первого часов в десять утра в дверь позвонили. Ясразу открыла, думала соседка. На пороге стоял Дед Мороз! Настоящий Дед Мороз вкрасном халате, в колпаке, с белой бородищей. Только росточком не вышел.

– Извиняюсь, Таня Шелехова здесь живет?

– Это я.

– Вы? Значит, я к вам!

– Это какая-то ошибка! Зачем мне Дед Мороз? –засмеялась я. – Вы что-то перепутали!

Дед Мороз достал из кармана очки и сверился с бумажкой.

– Вот, смотрите сами, никакой путаницы! Черным побелому написано.

Действительно, в квитанции был указан мой адрес.

И еще там было написано: поздравить Таню Шелехову!

– Убедились?

– Ну!

– Так впустите меня, я буду вас поздравлять и вручатьподарки!

– Еще чего! Откуда я знаю, что вы не бандит? Тоже мне!Не пущу, и не мечтайте! Обойдусь без дурацких поздравлений! – вдругразозлилась я.

– Хрен с тобой, не буду поздравлять, но подарки все жевозьми, а то у меня неприятности будут!

– Да какие подарки? От кого?

– От поклонника, наверное, ты красивая зараза.

Ну, бери подарки и распишись!

Он буквально силком всучил мне пакет и побежал вниз полестнице.

Я держала этот пакет и боялась его открывать. Навернякачья-то идиотская шутка! Но любопытство все-таки оказалось сильнее страха, и дляначала я ощупала содержимое пакета. Какая-то коробка, плоская, еще коробка,потолще, и сверток. У меня вдруг все оборвалось внутри. Я заглянула в пакет.Достала оттуда коробку шоколада, потом сверток, потом вторую коробку, тамоказалась бутылка «золотого» шампанского, а еще довольно большой конверт.Сердце ухнуло куда-то. Только один человек на свете мог прислать мне такое! Язавизжала, подпрыгнула, закружилась по комнате! Потом схватила сверток,разорвала бумагу… Платье! Голубое вязаное платье из совсем тонкой шерсти,мягонькое, заграничное.

Я чуть с ума не сошла и уже содрала с себя майку, чтобыпримерить, но тут вспомнила про конверт. А вдруг это все же ошибка и всеподарки не мне предназначаются, в конце концов вполне может оказаться, что внашем доме живет еще одна Таня Шелехова. Я разорвала конверт. Там лежал… билетна самолет, двадцать пять рублей и записка: «Таня, милая моя девочка, прости,если можешь, старого дурака! Смертельно хочу тебя увидеть, и если то, что ты сказаламне тогда в ЦДЛ, правда, то сядь в самолет и прилетай ко мне в Таллин, встретимвместе Новый год, тут сказочно красиво… А если ты не простила меня, то наденьна праздник это платье, выпей шампанского, съешь конфетку и помяни добрымсловом глупого дядьку, который сходит по тебе с ума. Я буду ждать тебя ваэропорту. Но если у тебя другие планы… Что ж, так мне и надо».