Черное пламя Раграна 3 - Марина Эльденберт

— Принесите мою одежду, — сказала я. — Я хочу пройтись и подумать.

— Я не могу отпустить вас одну в таком состоянии.

— Я не спрашиваю, что вы можете, а чего не можете. Принесите мне мою одежду. Я хочу отсюда уйти.

— Журналисты и СМИ…

— Я умею управляться с журналистами и СМИ. Я вообще много что умею делать сама, — это звучит язвительно. — Хотя, возможно, на первый взгляд так не кажется. Надеюсь, я ясно выразилась?

— Ясно, риам Этроу. Более чем.

Я даже не сомневалась, что Ландерстерг все равно отправит кого-нибудь за мной «присмотреть», и не ошиблась. Вон он торчит под окнами, точнее, невинно устроился на противоположной стороне улицы, развлекается, как может. Делает вид, что кого-то ждет. Тьфу!

И в этом они все, иртханы. Ты им говоришь: «Белое», а они тебе: «Черное». И по чешуе, что тебе это черное ни в одно место не вперлось. Особенно Черное пламя Раграна, чтоб его понос десять раз одолел.

Помириться с ним. Исцелить его.

Ага. Обязательно.

— Принесите еще чашку кофе, — попросила официантку, которая застыла у моего столика.

— Может быть, хотите десерт? Или сэндвич?

— Нет. Только кофе.

Девушка кивнула и отошла, а я облокотилась о стол. Кофе — пятая чашка, которую я буду пить — было и оставалось единственным, что позволяло мне не заснуть и хоть как-то держаться. Сил внутри меня не осталось, поэтому я брала в кредит, запуская в себя кофеин и выживая на адреналине.

По-хорошему, мне нужно было быть в гостинице, с Ларом. Но я не представляла, что я ему скажу. Как я ему это скажу. Что его брата и сестру забрал Вайдхэн, что наша семья… я даже не представляю, когда наша семья станет прежней, как я смогу их вернуть. Что Элегард Роа был агентом разведки Рэйнара Халлорана, и что все четыре года моей жизни, все это время, когда я думала, что все налаживается — фальшивка, подстава, игра политиков. Игра высокостоящих иртханов против друг друга.

Как это объяснить мальчику, которому едва-едва семь?

И который пережил двух «отцов», которым он не нужен. Третий вот тоже уже, на подходе.

— У вас не занято? — Я вскинула голову и обнаружила рядом со своим столиком мужчину. Плотные вьющиеся волосы, черные, в тугих спиралях колечки седины. Невысокий, примерно моего роста, обычного телосложения.

— Я не знакомлюсь, — отрезала коротко. И отвернулась, давая понять, что разговор окончен. Камартовым фларом им всем, что ли, намазано? Элегард говорил, что я в последнее время из дома не могу выйти, чтобы ко мне кто-то не приклеился, и это правда было так. Мужчины, даже понятия не имевшие, что я звезда балета, с какой-то радости просто на меня залипали, подходили знакомиться не просто в кафе или в ресторанах, а даже банально на улицах.

— Я и не собирался с вами знакомиться. В какой-то мере я знаю о вас все, Аврора Этроу.

Он отодвинул стул и сел, а я мысленно выругалась.

Понятно. Второй тип, как говорил тот же самый Элегард. Журналист под прикрытием.

— Интервью я не даю тоже, — резко в упор посмотрела на него. — Оставьте меня в покое, или…

— Мне не нужно от вас интервью. — Мужчина откинулся на спинку стула и улыбнулся: — Мне нужно, чтобы вы помогли нам защитить мир от иртханов.

Что?

ЧТО?!

Я начала подниматься, но он перехватил меня за руку:

— Сядьте, пожалуйста. Аврора. Мне очень нужно с вами поговорить. Вы прекрасно видите, что я один, без оружия, не собираюсь брать вас в заложницы и даже прекрасно знаю, что за вами следят, и что вы можете выйти из этого кафе, а я уже не смогу. Достаточно одного вашего крика.

Мой сопровождающий на той стороне тоже напрягся, это было заметно. Но это было лишь сотой долей того, как напряглась я.

— Мне не о чем говорить с террористами.

— Террористы не подсаживаются за столик с намерением поговорить, вы не находите? — Мужчина разжал пальцы, положил руки на скатерть. — Они действуют немного по-другому.

— Вы и действуете по-другому, — вот сейчас я готова была начать кричать. — Убивая невинных людей.

— Мы? Или те, кто хочет, чтобы их считали властелинами мира? Зачем нам убивать людей? Если мы изначально боремся за их права.

Он замолчал, потому что к столику приблизилась официантка. Принесла мне кофе, посмотрела на мужчину.

— Хотите что-нибудь заказать, ферн?

— Нет, благодарю.

Девушка ушла, а он посмотрел мне в глаза.

— Дайте мне пять минут, Аврора. Потом встанете и уйдете. Если хотите, позовете того парня. Да хоть прямо сейчас зовите его, но я тоже отец, и я тоже лишился своих детей, связавшись с сильными мира сего.

«Мне все равно», — захотелось заорать мне. — «Мне все равно, все, что вы говорите, ложь!»

Вместо этого я опустилась за столик и посмотрела на него в упор.

— Рад, что вы решили остаться. Теракты в Аронгаре — дело рук иртханов, Аврора. Зачем? Сейчас, когда их влияние в связи с драконами ослабевает — а вы сами видите, что происходит, вынужденное отключение щитов, люди перестают бояться драконов, в Ферверне чтобы удержать власть вынуждены делить ее с людьми — им нужен новый противник. Противник страшный настолько, чтобы защитить от него вас могли только они. Иртханы.

Я убрала руки под стол.

— И вы считаете, что я во все это поверю? В ваш бред?

— Вряд ли. Но хотя бы задумаетесь. Если вы хотя бы задумаетесь о том, что происходит, это уже хорошо. — Мужчина улыбнулся, но его улыбка тут же погасла. — Потому что присвоение власти — а именно это произошло в древности, и происходит даже по сей день — это не что иное, как тирания. Люди всегда были вторым сортом, они им и останутся. Пока иртханы продолжают править миром. Мы не собираемся никому мстить. Мы хотим, чтобы в свободном мире все были равны.

— Теракты, которые гремели несколько десятилетий назад, тоже организовали иртханы? — Я все-таки поднялась. — Мне все равно, что вы скажете. Мои дети наполовину иртханы, и мне плевать, какими намерениями вы руководствуетесь.

Я подхватила сумочку.

— Если вы хотели таким образом подобраться к вышестоящим иртханам, вы выбрали не ту женщину. Во всех смыслах.

— Ваш кофе.

— Что?

— Ваш кофе, — мужчина указал на чашку.

— Оставьте себе.

Я понятия не имела, как себя вести — если я сейчас закричу, кто знает, что может случиться. Да, он сказал, что он без оружия, но оружие бывает разным. То же биологическое, например, а здесь, в кафе, много людей.