Не верь глазам своим - Кейт Уайт

— Мона была на вечеринке?

— Да, она не пропускала подобные мероприятия, тем более если это не понедельник. Видимо, она вернулась в редакцию.

Но зачем? Встретить кого-то?

— Что будет дальше? — спросила Джесси. — Весь офис заполонят полицейские?

— О, в ближайшие несколько дней без них не обойдется, — сказала я. — Надо полагать, журнал возглавит Нэш?

— Да. Будем молиться, чтобы его поставили на эту должность. Тогда никто из нас не потеряет работу.

— Ой, мы же пропустим новости, — сказала я, всматриваясь в циферблат наручных часов. — Пойду гляну, ладно?

Мы опоздали. Когда я включила телевизор в спальне, на всех каналах уже шел спорт. Вернулись в гостиную и стали размышлять, что будет происходить в ближайшие дни: как поступит Дикер, как отреагирует пресса, как поведут себя сотрудники?

— Думаешь, это сделал кто-то из наших коллег? — спросила Джесси.

— Боюсь, что да, — признала я. — Хотя любой, кто был на вечеринке, — потенциальный подозреваемый.

— Хорошо, что я рано ушла. Ну ладно, мне уже пора. Спасибо за гостеприимство.

— Тебе спасибо, — ответила я. — Покаты здесь, еще один вопрос. Мона когда-нибудь работала допоздна по вторникам?

— Нет, насколько мне известно.

— Так что же она делала в кабинете?

— Может, зашла забрать какие-нибудь бумаги, как и ты?

Вероятно. Если убийца был среди приглашенных, то он заметил, как Мона направилась в кабинет, и прокрался за ней следом. Или кто-то из сотрудников находился в редакции и воспользовался ее неожиданным появлением?

— Думаешь, кто-то из гостей? — спросила Джесси, словно прочла мои мысли.

— Не знаю, — сказала я. — Может, завтра что-нибудь прояснится.

— Угу, — рассеянно произнесла она.

— Ты в порядке? — поинтересовалась я.

— Конечно. То есть я возбуждена от этих странных событий, но не напугана. Вряд ли ко мне проникнут в квартиру сегодня и ударят пресс-папье.

— Почему именно пресс-папье?

— По традиции, — ответила она, пытаясь выдавить улыбку. — Спокойной ночи. До завтра.

Я открыла дверь и проследила, как Джесси направляется к лифту.

— Кстати, — сказала она, развернувшись посреди коридора. — Ты слышала, что Робби уволили?

— Слышала. — Я постаралась принять равнодушный вид. — Ты присутствовала при сем?

— Да, и это было просто жутко. Вряд ли он угрожал ей или спорил — лишь выполз из кабинета поверженный, словно репетировал сцену из фильма «Страсти Христовы». А у себя начал крушить вещи, пинать мусорное ведро. В итоге вызвали охрану, чтобы вывести его из редакции. Хорошо, что при увольнении забирают пропуск, иначе полиция уже прибрала бы его к рукам.

Я ничего не сказала, многозначительно кивнула и закрыла дверь. Если полицейские не найдут улик, то Робби не поздоровится. Могли он совершить преступление ? И во что вляпалась я ? Ведь я умолчала о его поручении.

Настроив радио на новости по нью-йоркской станции «УИНС», я наполнила ванну и добавила в воду пену для мытья с экстрактом зеленого чая. Она досталась мне на раздаче косметических средств в «Глоссе». Вылила почти весь флакон, как сумасшедшая. Зато, как только погрузилась в воду, тело застонало от облегчения. К сожалению, эмоциональное напряжение никуда не пропало. Я не переставала думать о Моне. Если не Робби, то кто ? Из спальни доносились обрывки новостей: по Куинсу разгуливает маньяк-насильник, в Манхэттене такси съехало в кювет. И вдруг диктор заговорил о Моне. «Скандальный, широко известный редактор журнала „Базз“ убита в своем кабинете, — сообщил он. — Пострадала еще одна женщина, но травма несерьезная. Никто не задержан».

Перед тем как лечь, я попыталась связаться с Робби, узнать, нашел ли он адвоката. Опять автоответчик. Оставила сообщение, чтобы он в случае чего позвонил.

Спала я очень неспокойно, странные сны сменяли друг друга. Утром проглотила полрогалика с кофе, листая свежий выпуск «Нью-Йорк таймс». Статья о Моне заняла уголок первой страницы и разместилась далее в разделе «Метро». Там косвенно упоминалась даже я: «…еще живую обнаружила одна из сотрудниц». В конце напечатали некролог с историей о заслугах Моны в области увеличения тиража журнала до небывалых размеров. Журналист упомянул, что она слыла требовательным начальником. Правда, не сказал, какой она была стервой.

По дороге в метро я купила «Дейли ньюс» и «Нью-Йорк пост». Фото Моны поместили на первую страницу вместе со всеми шокирующими подробностями, что удалось раздобыть. Сообщалось, что ее ударили по голове, но полиция не говорит, как и чем. Там были также снимки приглашенных, включая Еву Андерсон на выходе из здания. У всех негодование на лицах.

Около офиса набилось люду не меньше, чем вчера: фотографы, журналисты, телевизионщики и любопытные граждане. Среди последних немало туристов, которые направлялись потратить деньги в магазинчике Диснея, и получили убийство Моны в качестве приза. Полицейские выстроились в ряд, чтобы держать толпу на расстоянии, и мне на входе пришлось достать пропуск.

На этаже редакции «Базза» творилось почти такое же сумасшествие. В приемной стояли не только охранники, но и прохлаждался полицейский. У девушки на ресепшене было такое выражение, словно из Нью-Йоркского залива вылез Годзилла и направляется к Шестой авеню.

Настроение вокруг колебалось от мрачного до восторженного. Люди собирались группками, разговаривали, очевидно, обсуждая подробности, и размышляли вслух. Некоторые казались расстроенными, потрясенными событием, а другие едва сдерживали радость, как в тот день, когда жена Нэша ворвалась к нему в стеклянный кабинет, назвала «лживым кобелем» и запустила сумкой в голову. Как только я приблизилась к одной из группировок, заместитель редактора предложил отменить ежедневную планерку.

Приемная у кабинета Моны была по-прежнему огорожена желтой лентой, и через приоткрытую дверь я разглядела, что там как минимум два человека создают видимость работы — полицейские довершают дела до конца. Детективы Тейт и Маккарти беседовали с Нэшем в его кабинете, а Томас Ликер ходил по комнате, как тигр в клетке.

Ни Джесси, ни Райана не оказалось на месте, Лео висел на телефоне, а на мониторе у него светились фотографии Дженнифер Лопес в коралловом бикини. Как видно, жизнь в «Баззе» со смертью Моны не совсем заглохла.

Я бросила сумочку под стол и проверила голосовую почту. К моему ужасу, помимо двух личных сообщений, там скопилось около десяти звонков от журналистов и телевизионщиков, которые надеялись взять у меня интервью. Значит, всем уже известно, что я обнаружила потерпевшую. В ближайшее время мне вряд ли удастся остаться в тени. Знакомые тоже проявляли любопытство: Кэт хотела знать подробности — здрасте вам! — и сосед Лэндон сгорал от нетерпения поболтать о происшествии. Я оставила сообщение на автоответчике, что свяжусь с ним позже.