Не верь глазам своим - Кейт Уайт

Джесси была уже на рабочем месте. Мы поприветствовали друг друга слабой улыбкой. Как только я села, она подкатила на стуле поближе.

— Что хотели полицейские? Я пришла, когда тебя уводили.

— О, просто у них назрели новые вопросы о вчерашнем происшествии. Ты Райана не видела?

Мне нужно было расспросить его о вечеринке и обсудить предстоящую работу, чтобы мы не наступили друг другу на пятки.

— Нет, кто-то сказал, он должен прийти около полудня.

— Мне понадобится и твоя помощь. Нэш поручил мне написать очерк о смерти Моны.

— Конечно. Что от меня требуется?

— Нэш принесет список приглашенных, и я хочу, чтобы мы прошлись по нему вместе. Ты знаешь многих, кого не знаю я. Еще хорошо бы поговорить с твоим знакомым в больнице, с тем, кто сообщил тебе о смерти Моны. Как считаешь, он не откажется?

— Нет. Правда, скорее всего только по телефону и анонимно. Ты должна будешь просто поверить мне, что он доктор из той клиники.

— Ладно.

За следующие пять минут я накатала план основных действий. Придется опросить кучу людей: приглашенных, мужа Моны, ее помощницу Эмми, Катю, знакомого доктора Джесси, полицейских и как можно больше сотрудников «Базза». Дел будет невпроворот.

Самая сложная задача — правильно подать историю о смерти Моны. Убийство произошло не вовремя: только что сдан материал, а выпуск с моей статьей замаринуется до следующего понедельника. В ларьках он появится лишь в четверг, а к тому времени люди узнают сотню деталей по телевизору и из газет. Нужно найти свежий подход.

А что, если описать события изнутри? Кроме меня, такого не сможет никто. Лучше даже вести повествование от первого лица. Пусть я не смогу выдать подробности, о которых обещала Тейту не распространяться, зато передам общую атмосферу, которая была истинно взрывоопасной. Главное, чтобы не забраковал Нэш.

В этом деле нелишним будет опросить сотрудников «Базза», только надо дождаться, пока уйдет Тейт с детективами. Они как раз допрашивают всех по кругу. Вряд ли им понравится, если я доберусь до кого-нибудь раньше их.

Остается рассчитать, как сэкономить время, расставив приоритеты и получив список тех, кто был на вечеринке, помимо Джесси. Я позвонила Ли, помощнице Нэша, и попросила включить меня в его повестку дня. С Райаном поговорю, как только он появится. Остается Хиллари, журналистка из «Клубнички», которая, по словам Джесси, присутствовала на вечеринке. По телефону она заявила протяжно, с южным акцентом, что у нее утром срочные дела и она сможет уделить мне время только после трех. Странно, какие такие дела могут быть важнее смерти Моны?

Затем я оставила сообщение, чтобы со мной связались судебно-медицинские эксперты и знакомые полицейские — устроили мне ликбез. Также получила официальные заявления о смерти Моны из полицейского участка и из Бельвью и даже из отдела Дикера по связям с общественностью. Я не собиралась использовать весь этот материал, но лучше иметь его под рукой, когда проводишь интервью. Однажды, еще работая на «Олбани таймс юнион», я узнала из официальных источников, что жертве был сорок один, а не тридцать шесть, в чем она убедила весь мир. Это дало мне бесценное преимущество при беседах с людьми.

Когда я положила трубку после очередного звонка, Джесси тоже оторвалась от телефона и подняла большой палец кверху.

— Это был он — доктор, — сказала она. — Сейчас не может с тобой говорить, но просил перезвонить через пяток минут.

Пока она записывала для меня номер его телефона на листке из фирменного блокноте «Базза», я бросила взгляд на кабинет Моны. Там по-прежнему копошилась полиция, но создавалось впечатление, что уже не так активно.

Я взяла сотовый и пошла вдоль коридора в поиске тихого уголка. Полицейские основались в конференц-зале, где меня допрашивал Тейт, поэтому я воспользовалась другим залом, за углом. По большей части я работала дома, поэтому меня не волновало отсутствие личного пространства в редакции «Базза», но в последнее время возникла необходимость конфиденциальности. Я должна была находиться на месте и одновременно подальше от любопытных глаз и ушей. А кто проявит больше любопытства, чем сотрудники «Базза»?

Я набрала номер, что дала мне Джесси. Ответил мужчина, судя по голосу, около тридцати лет. Наверное, интерн или врач-ординатор. Я представилась и собралась приступить к расспросам, как он меня оборвал.

— Имейте в виду, у меня времени максимум на три вопроса! — отрезал он.

— Хорошо. Какие увечья получила Мона Ходжес? Я видела рану на левом виске. Где-нибудь еще?

— Нет, только травма головы. Похоже, ее ударили два-три раза, что вызвало обширное кровоизлияние в мозг.

— Такое можно сделать с помощью пресс-папье?

— Вполне. Это был тяжелый предмет. Вероятно, округлой формы.

— Уборщице нанесли удар тем же орудием?

Последовала пауза.

— Да, не исключено, — наконец-то ответил он. — У нее сотрясение, но без внутреннего кровотечения. Сегодня ее отправили домой.

— Мона приходила в…

— Вы уже задали три вопроса.

— Пожалуйста, еще один.

Он не возразил, и я продолжила:

— Вам не известно, сказала ли она что-либо перед смертью?

— Нет.

Он повесил трубку, не попрощавшись.

Вооружившись информацией о нанесенных травмах, я решила позвонить Лайле Паркер, бывшему агенту ФБР. Направляясь обратно на рабочее место, набрала ее номер. На этот раз она подняла трубку.

— Привет, извини, что не связалась с тобой вчера вечером, — сказала она таким голосом, будто у нее забит нос. — Я была по делам в Чикаго, пересаживалась с одного самолета на другой. Что случилось?

— Тебе что-нибудь говорит имя Мона Ходжес ? — спросила я.

— Это редактор, которую убили в своем же кабинете?

— Именно. Я не успела с тобой поделиться, что уже несколько недель работаю в «Баззе». Это я обнаружила тело.

— Ну да? — воскликнула Лайла. — А ты вертишься где надо. Я смотрела новости по Си-эн-эн в аэропорту. Кого-нибудь арестовали?

— Нет, поэтому мне и понадобилось обсудить преступление с профессионалом.

— О, тут на табло как раз высветилось, что мой рейс задерживается. Когда я в следующий раз вздумаю лететь летом в Иллинойс, не пускай меня за порог. На обратном пути неминуемо бывает гроза.

— Если я опишу ситуацию, ты сможешь дать свое мнение?

Она вздохнула:

— Знаешь, я не люблю высказываться, не прочитав отчет. Это будут голые догадки.

— Ладно. Тогда слушай. Находясь на вечеринке, Мона Ходжес вернулась к себе в кабинет и получила удар по голове дважды, возможно, трижды, тяжелым округлым предметом. Из вещей отсутствует пресс-папье — потенциальное орудие убийства. Она билась в судорогах, когда я нашла ее, и умерла через несколько часов. Преступник услышал приближение уборщицы, спрятался за дверью и ударил по темечку, когда она зашла в кабинет. Травма оказалась не сильной. Ты еще слушаешь?