Развод. Адвокатская тайна - Марика Крамор

Я стараюсь держать себя в руках. Такой злости, как сейчас, я не испытывал довольно давно.

Предполагаю, что Оля наверху, Юльки вообще нигде не видно.

Хм… Ладно-ладно. Посмотрим.

Комиссаров, кстати, тот еще черт. Я ему звонил сегодня, а он меня вежливо, но, тем не менее, безапелляционно послал. Мол, у него сейчас связь барахлит, он в отъезде, на все вопросы ответит в рабочее время.

Вот конь педальный.

За дверью спальни слышатся тихие шорохи.

Я улыбаюсь, представляя, как жена переодевается. С замиранием сердца толкаю дверь, и… дааа!

Не роняя ни слова, вальяжно прохожу в комнату. Медленно приближаюсь, желая впиться зубами в нежную шею, сжать пальцы на талии. Моя жена красивейшая из женщин. У нее точно надо мной колдовская сила.

— Ну, привет, — на выдохе цежу я и тихо останавливаюсь за ее спиной.

В ответ получаю молчаливое приветствие, наши искрящие осторожностью взгляды встречаются в зеркальном отражении.

Оля сидит на стуле перед туалетным столиком в домашнем шелковом халате до пят. Даже с моего места видно, что полы разошлись, оголяя стройные ножки.

Я по-хозяйски кладу ладони на женские плечи, кайфуя от прикосновений к жене. Что бы у нас ни случилось — хочу ее.

Странно, но Оля не брыкается, не шипит на меня. Просто разглядывает меня в зеркале. Спокойно так изучает. Как будто раньше никогда не видела.

Так и хочется грубо уточнить: «Что?».

Я начинаю медленно разминать ее шею, в ответ не получая никакой реакции. Сказать, что мне это не нравится — пустота. Выбешивает дико!

Зарываюсь пальцами ей в волосы, голову прижимаю к паху, и только тут она начинает противиться.

Я убираю руки от греха подальше. Когда вывел ее хоть на какую-то реакцию, мне становится легче.

— Как отдохнули?

— Превосходно, — летит в меня равнодушный ответ.

— Как Светка?

— Нормально. Тебе привет передавала.

— Пойдем ужинать?

— Иди без меня.

— Ты успокоилась?

— Вполне.

Я нагибаюсь, желая пробежаться губами по сладкой коже, но меня ждет сюрприз.

Оля подскакивает с места и плотнее запахивает халат, не сводя с меня настороженного взора.

— Еще что-то случилось?

— Да. Ты когда по телефону с любовницами общаешься, постарайся, чтобы Юля в следующий раз не услышала.

— Что?! — удивляюсь я. — Что ты несешь?!

— Ты мог бы быть поаккуратнее, она все же ребенок.

Какого черта она Оле наговорила! Да я…

— Она слышала твой разговор. В новогоднюю ночь. Теряешь осмотрительность, Юрочка.

— То есть ты еще и дочь против меня настроила?! Молодец!

— Ты сам идеально с этим справился. Что я теперь должна ей сказать? Что это нормально?!

Ольга повышает голос. У меня ноздри раздуваются от бешенства. Лютого. Неудержимого. Какого лешего Юля матери рассказала! Могла бы сначала у меня спросить! Мы бы решили! Твою ж…

— Я поговорю с ней сам. Она должна была прийти с этим ко мне, а не шептаться за спиной!

— Не смей! То есть чувства вины ты не испытываешь вообще?!

— Сбавь тон! — рявкаю на нее! Какого черта все так сложно? Юльке вообще нечего соваться! Пусть свои уроки учит!

— Юра. Скажи, пожалуйста. А ты не мог бы какое-то время пожить отдельно?

— Ты головой ударилась? Я нигде жить, кроме как здесь, не собираюсь! И сегодня я хочу видеть тебя в нашей постели!

— А что ж так? — она вдруг коварно расслабленно улыбается, и я понимаю, что абсолютно ничего уже не контролирую. — Пластмасска твоя сломалась?

— Ты долго будешь меня этим тыкать? Я тебе уже сказал. Ничего страшного не произошло!

— Так, может, я тоже с другим ночь проведу? — роняет она с издевкой. — Это же ничего не значит.

Я молниеносно сокращаю между нами расстояние. Хватаю ее за запястья и завожу ладони ей за спину, перехватывая одной рукой. Второй же — прижимаю жену к себе крепко. И проговариваю прямо в губы.

— А ты что, уже и вариант подыскала?

— Полагаешь, это так сложно?

— Думаешь, оно того стоит?

— Но ты же что-то нашел в чужих прикосновениях. Может, и мне понравится.

— Ничего я не нашел! Хватит лить яд!

Как же бесит, а!

Швыряю ее на кровать, прижимая телом к матрасу. Руки сами собой прилипают к ее голым ногам. Тяну носом ее запах. Моя…

Оля как змея пытается вывернуться, как кошка царапается.

— Оля!!!

— Руки убрал, быстро! Или уезжаешь ты! Или я забираю дочь, и переезжаем мы! Хочешь гулять — вперед!

— Ты сама-то давно меня встречала с раскрытыми объятиями!

— Ногами, ты хотел сказать? — иронизирует она, а я не удерживаюсь и краду мимолетный поцелуй.

Как бы она ни билась, она моя, и все тут. Поскандалит, проглотит и успокоится через время!

— Какая едкая ирония, великолепно.

— Ты там своим хозяйством трясешь, а я должна тебя дома с трепетом в сердце ждать?!

— Да хватит уже орать! Где я там тряс!! Ну, было разок! — выхожу из себя окончательно. — Ну, может, два! Это просто секс! Успокойся! Бес попутал! И что дальше?! Уйдешь от меня из-за левого перепихона?! Это. Совершенно. Ничего. Не значит!

— То есть ты даже проблемы не видишь?!

Я не знаю, как, но пропускаю нехилый удар по лицу, потом сгибаюсь пополам от пронизывающей боли в паху, морщусь, хватаясь за пояс и осторожно перекатываясь на бок.

— Юра. Ты омерзителен! Но хуже всего, ты еще и перед дочерью спалился!

Ай, как же больно!

Она меня ударила!!! Стерва!

Дверь захлопывается едва слышно. А перед этим Оля что-то быстро вытащила из шкафа.

Глава 14

ОЛЬГА

Охапку вещей прижимаю к груди. Прихватив из спальни мобильный, отправляю его в карман.

Я даже не собираюсь прислушиваться к тем чувствам, что раздирают изнутри. Возмущение и злость ядом отравляют кровь.

Очень бы хотелось, чтобы Юра свалил куда подальше, оставив меня в покое.

— Мам… — звучит позади меня тихий голос дочери.

— Что такое?

Оборачиваюсь, подмечая растерянность на Юлином лице.

— Мам, а ты… — она запинается, подбирая слова, — полежи со мной немного.

Что ж. Очень печально. Тревога снедает не только мою душу.

Обнимаю дочку, целую ее в макушку.

— Конечно, Юль. Беспокойно?