Жестокие игры - Диксон Уиллоу

Джейс качает головой.

До сих пор часть меня верила, что то, что случилось с Феликсом, было неудачной шуткой, и тот, кто напал на него, просто хотел его подразнить.

Но взломанные камеры видеонаблюдения говорят об обратном.

Наша система — одна из лучших, и, насколько я знаю, уже много лет никто не мог ее взломать. Картер — единственный человек на территории кампуса, который имеет доступ ко всей системе, единственный, кто знает все уровни безопасности и точно знает, какие системы установлены и где. Даже Аксель, который отвечает за безопасность, не знает столько, сколько Картер.

Только хакер «черная шляпа»[1] мог сделать то, что сделал этот ублюдок, и это выходит за рамки шутки или попытки издевательства над Феликсом.

— Журналы проходов, — говорю я, когда Джекс садится рядом со мной с мрачным выражением лица. — Их подделали?

— Сейчас проверяю, — отвечает Джейс, набирая что-то на клавиатуре.

— И? — спрашиваю я Джекса.

— Джордан и Аксель идут посмотреть камеры и узнать, что мы нашли. — Он сует телефон обратно в карман. — А Нико хочет полный отчет, чтобы мы могли понять, что, черт возьми, произошло, поскольку Картер все еще пропал без вести.

— Они добрались до журналов проходов, — говорит Джейс, читая что-то на компьютере. — Я не вижу, что они изменили, но есть доказательства, что кто-то проник сюда и что-то подделал.

Я смотрю на близнецов.

— Это был настоящий удар.

Джекс кивает.

— Да. Но что-то здесь не так.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я.

— Все это выглядит неаккуратно.

— В каком смысле? — Джейс бросает на брата любопытный взгляд.

— Взлом системы выглядит профессионально, но то, как они пытались убрать Феликса, — это дилетантство.

Джейс откидывается на диван.

— Да, я тоже так думаю.

— Есть десятки способов утопить человека, не прикасаясь к нему, — продолжает Джекс. — Профессионал не стал бы ставить себя в такое уязвимое положение, особенно с целью, которая так хорошо плавает, как Феликс. Это все равно что пытаться перестрелять снайпера. Это ошибка новичка.

— Ты прав, — соглашаюсь я. — И можно было бы подумать, что они захотят избежать следов на нем каких-либо улик. Никто ни за что не поверит, что он случайно заплыл к краю бассейна и утонул. А даже если бы и поверили, то передумали бы, как только увидели бы видеозапись.

— Не могу сказать наверняка, — отвечает Джейс, нажимая на клавиатуру. — Но похоже, что они взломали трансляцию после атаки, а не во время нее.

— Да? — спрашивает Джекс.

— Мне нужно, чтобы Аксель взглянул и убедился, что он видит то же, что и я, но похоже, что так и есть. — Он поднимает глаза от экрана. — Думаю, они не ожидали, что он будет сопротивляться, и вместо того, чтобы полностью удалить журналы и трансляцию, они просто удалили те части, где был виден их человек и где Феликс получил ранение.

— Но зачем им оставлять доказательства взлома системы? — спрашиваю я. — Почему бы просто не удалить все?

— Доказательства — это их визитная карточка. — Джейс закрывает ноутбук. — Я не могу найти фактическую подпись в их коде, но тот, кто это сделал, хотел, чтобы мы знали, что это они. Я не имею понятия, является ли это сообщением «Пошли вы, я проник в вашу систему» или «Ха-ха, я проник в вашу систему», но определенно они хвастаются перед нами.

— Это делает теорию о неаккуратном ударе более правдоподобной, — размышляю я. — Хакер — профессионал, но то, что они оставили столько улик, создает впечатление, что они настолько уверены, что их не поймают, что им все равно, поймают ли того, кто их нанял.

— Да, — говорит Джекс. — Это также говорит нам о том, что тот, кто это сделал, попробует снова. Не стоит проходить через столько хлопот, чтобы убрать студента колледжа, если ты действительно не хочешь его убрать.

— Да, — соглашаюсь я. — Ты видел, что случилось с его сумкой? — спрашиваю я Джейса. Ее не было в ванной, и я не видел ее нигде в комнате, когда уходил утром.

Он качает головой.

— После того, как он залез в бассейн, ее уже не было.

Я откидываюсь на диван и провожу рукой по волосам. Ее взял нападавший? И если да, то почему? Это было частью его плана или он запаниковал?

Я как раз собираюсь высказать свои мысли, когда у всех троих звонят телефоны.

— Они здесь? — спрашиваю я Джекса, когда он проверяет свой телефон.

Он кивает.

Я вздыхаю и выключаю планшет.

Последнее, чего я хочу сейчас, — это встретиться с руководством дома, но у нас нет выбора. Неважно, что нападение было на Феликс, а не члена дома. Нападение на него в нашем доме — это нападение на всех нас, и мы ни за что не можем оставить это безнаказанным.

Глава седьмая

Феликс

Мне кажется, что мой мозг пытается вырваться из черепа, когда я тащусь по комнате и падаю лицом в постель.

Я провел большую часть дня, зарывшись под одеялом и пытаясь отгородиться от мира, но человек не может долго игнорировать полный мочевой пузырь, прежде чем рискнуть испачкать простыни. И после всего, что произошло за последние сутки, я отказываюсь мочиться в постель, как малыш.

Я не помню многое из того, что произошло прошлой ночью, по крайней мере после того, как я добрался до бассейна, но одна часть, которая ясна как день, — это когда Киллиан нашел меня лежащем на полу в ванной.

Я бы очень хотел, чтобы моя временная амнезия охватила эту часть ночи, потому что мое общение со сводным братом сбивает меня с толку не меньше, чем тот факт, что кто-то пытался меня убить.

Он был таким… милым, и его защитная реакция беспокоит меня гораздо больше, чем я хочу признать.

Киллиан не любит меня, и я не люблю его, но вместо того, чтобы оставить меня лежать на полу, он помог мне. И он позаботился обо мне по-своему, по-киллиански.

Я не знал, как на это реагировать. Он мог просто оттащить меня на кровать и оставить там, но он этого не сделал.

Он спросил, что случилось, действительно выслушал меня, а не отмахнулся, как от лжеца, и поверил мне.

А потом он осмотрел мою травму головы и сказал, что я его.

Я не выбирал этого, и я не хочу, чтобы ты был здесь, но ты здесь. Это значит, что ты мой, и я всегда защищаю то, что мое.

Он действительно так думал, или это было