Их лучшая игра - Мария Хайт

ненастоящим зубам. Они были не белоснежно-белыми, а с серыми оттенком. Однако даже цвет зубов смотрелся гармонично на угловатом, скуластом лице. Кире еще не приходилось разглядывать Даниила так близко. Отчетливо выделялись густые, но оформленные стараниями Натали брови. Под носом и на бороде рассыпались точки пробивающихся волос. В плотно сжатых губах читалось напряжение, видимо, он размышлял, стоит ли и дальше говорить с надоедливой однокурсницей.

– Просто будь осторожна, – наконец вымолвил он. – Поменьше мелькай в основном зале, лица не поднимай. Делай все максимально быстро и уходи, как только представится возможность. Ты не настолько… хорошенькая, чтобы каждый второй к тебе цеплялся. Просто не повезло, что попала в поле зрения этого кретина.

– И без тебя знаю, что не звезда, – расстроенно отвернулась Кира. – Но за совет спасибо. А полиция вас потом не привлечет… за укрывательство?

– Укрывательство чего? Я ничего не видел, ты – тоже. Да никто ничего не видел, кроме охраны, зачинщика и Папочки. Вам сказали убрать – вы убрали. Тут спасает то, что в штате конкретно вы не числитесь и…

– Там, на галерке! Потише, – вдруг повысил голос профессор, а затем продолжил монотонное повествование, не забывая делать заметки на доске.

– Так и часто у вас такое происходит? – не унималась Кира. Ответ Даниила только распалил ее любопытство.

– Ты ведь не отстанешь, да? – Парень снова повернулся, и их взгляды встретились, от чего у Киры по спине побежали мурашки. Даниил смотрел с легким прищуром, с какой-то едва уловимой искрой в темных глазах. И в то же время он будто видел ее насквозь, просвечивал карими радужками, как рентген.

Затем он надменно ухмыльнулся и, саркастично хмыкнув, вернулся к лекции. Только сейчас Кира поняла, что щеки ее пылали. Она попыталась унять огонь холодными ладошками, но тщетно.

– И ты не против, что эти тетки в Картье[5] лапают тебя за зад и суют деньги в полупрозрачные штаны? – Фраза выпорхнула совершенно неожиданно, как месть за то, что Даниил смутил и заставил почувствовать себя неловко и глупо.

Кира ожидала очередного взрыва, даже толчка, который бы послужил ее полету по ступеням вниз к кафедре. Но ничего не произошло, только корка льда между ними стала толще, чем в момент знакомства.

– Иногда просто нет другого выбора, – серьезно отозвался Даниил.

На этом можно было считать разговор завершенным. Кира так и не получила ответа на свой вопрос, и это ее безумно злило. Впрочем, как и собственная алчность. Любой нормальный человек, увидев кровь на стенах и полу приват-комнаты в каком-то странном баре, забыл бы о деньгах и больше не появлялся бы на пороге заведения. Но не Кира. Она не могла перестать думать о произошедшем, и та таинственность, что окутывала не только «Бабочку», но и ее обитателей, манила. Разумеется, больше всего ей хотелось узнать Даниила. А еще она не забывала приятное чувство, охватывающее человека с конвертом денег в руках.

Во время перерыва Даниил никуда не исчез, наоборот, общался с проходящими мимо профессорами. Те улыбались, хлопали его по плечу, иногда шутили. Несмотря на прогулы, он явно был на хорошем счету.

Усевшись на скамейке у старого, тронутого в нескольких местах ржавчиной кулера, Кира решила поискать в интернете хоть намек на произошедшее: статью или заметку в криминальной хронике. Но пугающая информационная тишина повергла ее в ужас. Такой, как она, девушке из провинции, большую часть жизни скрывающейся за широким отцовским плечом, любое насилие казалось дикостью. И хоть Кира умела за себя постоять, но к отмыванию паркета от крови явно не была готова. Пару раз она ловила на себе тревожный взгляд Даниила. Похоже, он пытался понять, не наломает ли коллега дров.

– Чего это ты села с нашим прогульщиком? Решила к нему подкатить? – Со стороны туалета подошли три подружки. Говорила Кристина, и по ее тону сложно было догадаться, ревнует она или подначивает.

Лиза тщательно вырисовывала карандашом линию губ перед крохотным карманным зеркальцем, а Юля поправляла старушечий кардиган.

– Хотела вернуть свою ручку, а потом предложила и тетрадку ему подарить, – полуправдой отмахнулась Кира.

– Из универа девок двадцать по нему сохнут. Сама слышала. А между собой зовут его либо «Видный», либо «горячий парень».

– Про горячего прям в точку. В такой-то рубашке тонкой разгуливать. Тут в коридорах вообще не топят… – Юля не успела договорить, как Даниил направился в сторону подруг.

Кира ждала, что он обратится к ней, уже была готова из вредности отпустить в его адрес колкость. Их взгляды встретились, но он прошел мимо. Остановился у информационной стойки, что-то написал в телефоне и вышел на улицу.

С разочарованием наблюдая через окно, как высокая фигура скрывается в сером тумане пасмурного дня, Кира предложила девочкам вернуться в аудиторию. Оставшиеся лекции она сидела рядом с ними, а Даниил так и не появился.

С того дня, как Кире впервые пришлось отмывать диваны и ковры от крови, страсти в клубе поутихли. Программы проходили спокойнее, гости почти не разгуливали по коридорам, да и Даниил с группой выбирал легкий репертуар.

Кира не рассказала маме о произошедшем, да и вообще старалась избегать темы работы в вечерних беседах. Хватало и приятного удивления, когда в семейной копилке возникли лишние двадцать пять тысяч. Остальные финансы были отложены на репетитора. Исследуя вопрос разработки игр, Кира вдруг поняла, что на языках программирования дело не заканчивается, ей стоит подтянуть и математику.

Жизнь вошла в нужное русло и текла по нему неторопливым потоком. Утром Кира шла на занятия, днем выполняла заданное и подыскивала нужного репетитора – оказалось, это не так-то просто – вечером помогала матери по хозяйству, а к ночи шла в клуб. Ее организм выдерживал недостаток сна только благодаря молодости. Отсыпалась Кира лишь на выходных. Но неумолимо растущий бюджет, который теперь следовало скрывать от матери, чтобы избежать лишних вопросов, успокаивал Киру, даря веру в лучший исход задумки.

Кира обновила гардероб и закупилась уходом для кожи: каждодневный макияж от Натали сушил лицо похлеще хозяйственного мыла. Девчонки в университете тоже заметили изменения. Из осторожной и немногословной новая подруга превратилась в общительную и открытую девушку. Такова сила денег, точнее, их наличия. В мире, где тебя встречают по одежке и где каждый шаг требует финансовых затрат, раскованно ведет себя лишь тот, у кого с достатком все в порядке. Однако предательская мысль о покалеченной эскортнице Киру не отпускала. И каждый раз, открывая кошелек или протягивая карту для оплаты, она вспоминала испачканное кровью зеркало.